Из бурных волн (ЛП) - Лейн Вал И. - Страница 38

— Ты когда-нибудь перестанешь задавать вопросы?

— Ну, а что мне еще остается делать? — Я подбоченилась, чтобы выразить свою обиду. — В прошлом месяце я была просто неуклюжей студенткой-искусствоведом, пытающейся избежать очередного похмелья, а теперь нахожусь неизвестно где с 300-летним пиратом, прячущимся от других пиратов. Ты ожидаешь, что я не буду задавать вопросов?

Он протянул мне руку, так как мне еще предстояло присоединиться к нему на скале внизу. Я была немного напугана падением, и, хотя в тот момент была взволнована нахождением с ним, приняла его помощь и легко спрыгнула вниз.

— Прости, — сказал он, поправляя свободный пояс, который удерживал его жилет на талии. — Просто Беллами не хочет разрушать наше проклятие. Он хочет, чтобы Вальдес продолжал страдать за то, что он сделал с Сереной.

Я вздрогнула, когда прохладный порыв соленого морского воздуха поднял вокруг нас туман с поверхности воды. Майло повернулся ко мне спиной и указал подбородком на маяк, который теперь был всего в нескольких футах от него.

— Давай укроемся от этого ветра, — сказал он.

Я плелась следом, восхищаясь величием потрескавшегося камня и похожей на замок архитектурой старого маяка.

— У тебя с собой есть фонарь? — спросил он, когда мы вошли в башню. Стоя на пороге без дверей, плечом к плечу с Майло, я посмотрела вверх, в жуткую пустоту темноты.

— Ты имеешь в виду на телефоне? — Мой смешок эхом отразился от каменных стен. Я вытащила телефон и включила крошечный фонарик.

— Да, на нем.

— Здесь жутковато. Мы можем подняться наверх? Бьюсь об заклад, оттуда открывается потрясающий вид, — предположила я, думая обо всех замечательных идеях, которые могли бы возникнуть с вершины башни для моей следующей картины.

— Так и есть. — Майло нырнул под опору лестницы у нас над головами.

— Ты бывал там раньше? — Мне стало интересно, как часто он посещал это место.

— Много раз. — Он ухмыльнулся мне, проталкиваясь вперед. — Помнишь, что я рассказывал тебе о звездах там, на острове?

Я кивнула.

— Там лучшее место, чтобы видеть их. — В его голосе зазвучала энергия, которой я раньше не замечала. Во всем этом хаосе он, казалось, искренне обрадовался простому упоминанию о звездах.

По мере того, как мы поднимались по винтовой лестнице наверх, темнота становилась все гуще, и я замедлилась. Недостаток освещения играл с моими глазами злую шутку, и я боялась оступиться на одной из узких каменных ступенек, но с нетерпением следовала за ними, думая об откроящемся передо мной виде.

Без какой-либо подсказки с моей стороны Майло внезапно продолжил разговор о Беллами с того места, на котором остановился, будто размышлял вслух.

— Я понимаю, почему Беллами хочет, чтобы Вальдес страдал вечно. Серена любила его. — Его бархатный голос эхом разнесся по пустой башне, наполняя сырую темноту теплом. — И он, должно быть, любил ее, раз был готов вечно жить под этим проклятием, только чтобы чувствовать, что мстит за нее. — Он покачал головой. — Но остальные из нас не должны вечно расплачиваться за проступки Вальдеса. Нет, если есть выход. Ничто не заставит меня предпочесть этот ад побегу из него.

Я молчала. Воздух и без того казался густым от отчетливой сырости, смешанной с прохладой цементных стен маяка, но боль в голосе Майло делала его еще более тяжелым.

— Если можешь в это поверить, до того, как Серену убили, мы с Беллами были друзьями. Я говорил ему, чтобы он не проводил так много времени на материке, — продолжил Майло. — Но он был в еще большем отчаянии, чем мы, и повсюду искал ответ на наше проклятие. Он также общался с людьми на протяжении веков, полагаю, в поисках острых ощущений, несмотря на мои предупреждения. И, конечно же, все обернулось против него, когда он встретил ее.

От того, как Майло произнес «ее», у меня по спине пробежали мурашки, потому что ему удалось выразить столько эмоций — сожаление, удивление и горечь — все в одном слове.

— А как насчет тебя? Ты когда-нибудь кого-нибудь любил? — Я не смогла сдержать любопытства и рискнула задать вопрос. Откровенно говоря, он был очарователен и, бесспорно, неотразимо великолепен. В прошлой жизни у него должна была быть любовница.

Темнота начала рассеиваться в лунном свете, и я поняла, что мы уже почти на вершине. Когда мне оставалось сделать еще один шаг, я поскользнулась и потеряла равновесие. Я потянулась за чем-нибудь, чтобы опереться на стену, но там не было ничего, кроме плоского камня. Как только сердце запнулось в груди, и я, спотыкаясь, начала спускаться по ступенькам, чья-то твердая рука схватила меня за локоть и потянула наверх. Майло притянул меня к себе, а я оперлась на его плечи, чтобы не упасть. Он впился пристальным взглядом в меня, и мне захотелось остаться там, в его объятиях. Он ответил на мой вопрос с ноткой разбитого сердца, и в его глазах появилась печаль.

— Нет. — И он отпустил меня.

Он отвернулся от меня и шагнул к краю башни.

— Не более чем мимолетные интрижки с несколькими шлюхами из таверны. — Он приправил свои слова слабым смешком, глядя на океан. — У меня никогда не было шанса полюбить. Вальдес взял меня в команду, когда мне едва исполнилось пятнадцать.

Я осторожно направила свои ноги к краю рядом с ним. Верхняя часть башни маяка была разрушена, крыши не было, так что осталась только платформа, предназначенная для освещения, с осыпающимися краями. И вот мы стояли под открытым небом, а звезды мерцали над головой в таком количестве, что их было больше, чем ночью на острове.

— Сколько тебе сейчас лет? — Я посмотрела на него, но он не отрывал взгляда от горизонта. — Э-э, я имею в виду, сколько тебе было, когда…

— Двадцать один. — Он заложил обе руки за голову, как бы потягиваясь, затем повернулся ко мне.

— Сочувствую, что тебе пришлось так долго быть частью команды Вальдеса. — Это была самая странная форма сочувствия, которую я когда-либо пыталась выразить, но она была искренней. — Похоже, он настоящий придурок.

Легкая, кривоватая улыбка озарила лицо Майло, отчего у меня внутри потеплело. Я подумала о том, что он заставил меня почувствовать за несколько секунд до этого, когда остановил мое падение. Ощущение его рук, обнимающих меня, было как электрический разряд, и я жаждала ощутить это снова. Но его слова, прозвучавшие в моей голове, заставили меня передумать.

«Никогда не доверяй пиратам».

Признаюсь, я никогда не думала, что мне придется применять это предупреждение в реальной жизни. Я попыталась сменить тему.

— Знаешь, разве пираты не должны говорить что-то вроде «арррр» и «свистать всех на борт»?

Майло приподнял бровь, глядя на меня через плечо.

— Эммм… нет… извини, что разочаровываю, но это, пожалуй, самая абсурдная вещь, которую я когда-либо слышал. — То, как он смеялся, заставило мое сердце подпрыгнуть. — Арррг? — произнес он.

Я рассмеялась вместе с ним.

— Извини, — я прикрыла улыбку рукой. — Ты можешь винить фильмы.

— Фильмы?

У меня появилась идея, которая, я была уверена, поднимет настроение.

— Знаешь? Давай покажу. — Я переместилась на ту часть платформы, где все еще сохранялась стена башни, и села, скрестив ноги и прислонившись спиной к стене. Майло последовал за мной, но по выражению его лица было видно, что он сомневается в моих действиях, и подошел скорее из любопытства, чем с подозрением.

Я отбивала пальцами чечетку по экрану телефона, когда перешла на веб-сайт с видео и начала искать культовые сцены из любого пиратского фильма, который только могла вспомнить. Без дальнейших объяснений я направила экран к Майло, чьи зеленые глаза загорелись от изумления при виде движущихся картинок, но затем его удивление сменилось замешательством, когда он увидел культовую сцену Джонни Деппа в роли капитана Джека, поющего о своей банке с землей.

— Так вот какими, по-вашему, были пираты? — Он повернулся ко мне и спросил так, словно его оскорбили.

Я не смогла удержаться от смешка, увидев его недоумение.