"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Боталова Мария - Страница 1233

– Я не допущу, чтобы ты объединял силы с Таис. Не приближайся к ней.

– Ты хочешь, чтобы она упала замертво?

– Я хочу? Я вообще хочу, чтобы Таис сидела в безопасном месте подальше отсюда!

Нет, ну это уже перебор…

Подавив непрошеную радость при мысли о том, чтобы объединить нашу с Лэраном магию, постаралась рассуждать адекватно:

– Послушай, Альвеир, я действительно устала, и со всеми разрывами мне будет справиться сложно. Но с Лэраном дело пойдет быстрее. Я чувствую это. Его магия поддержит мою, моих сил потребуется гораздо меньше, чтобы закрыть оставшиеся разрывы.

Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Ох, сколько же всего я прочитала во взгляде Альвеира! Недоверие, подозрение в желании вновь слиться с Лэраном магией и душой… И как бы мне хотелось, чтобы Альвеир ошибался, подозревая меня. Но где-то внутри все замирало в предвкушении этого момента. Мне хотелось объединить нашу магию, хотелось ощутить прикосновение тьмы, как мы с Лэраном становимся частью единого целого.

В то же время я прекрасно понимала, что это предательство. Смотреть вот так вот в глаза Альвеиру, прикрываться благородным мотивом во имя спасения мира и внутренне трепетать от предвкушения.

А еще осознание, что мир рвется прямо у нас на глазах и ему нужно помочь, залечить эти раны, никак не давало покоя, подталкивая к действию, сейчас, немедленно!

Потому что слияние наших сил на самом деле поможет. Без него не обойтись, не справиться. И неважно, какие эмоции оно вызывает.

– Ты не сможешь этому сопротивляться, – словно видя меня насквозь, произнес Альвеир. В его голосе проскользнула боль.

Проклятье, как же все сложно!

– Все, прекращайте балаган! – разозлился Тареш. – Или ты, Альвеир, прекратишь истерить и позволишь фениксам выполнить свою работу, или сам станешь затычкой в этих дырках!

– Затычкой? – Альвеир недобро усмехнулся. – Прекрасно.

Его глаза зловеще сверкнули, а в следующий миг Альвеир уже мчался, подобно смерчу, навстречу ближайшему разрыву. Рывок раскрытой ладони, и с нее срывается тьма. И целая волна, гигантская, пузырящаяся, стремительно образуясь перед Альвеиром, несется к разрыву, чтобы его затопить. Альвеир разворачивается, направляет еще одну волну к следующему разрыву, а потом еще одну и еще.

Дыры под действием тьмы не затягивались – тьма не способна исцелять и не способна заживлять разорванную ткань мира. Но, наполняя дыры до краев, магия их закупоривала, и монстры больше не могли прорваться в наш мир. Одна за другой эти заплатки возникали в пространстве. Еще один поток, еще один. Альвеир действовал быстро и четко, не оставляя времени на раздумья ни мне, ни лордам аркахонам, ни даже монстрам.

На самом деле все произошло очень быстро. Вот тьма волной устремляется к предпоследнему разрыву, незнакомый аркахон добивает клыкастого монстра рядом с Альвеиром. А в следующий миг на Альвеира бросается гигантское чудовище, похожее на осьминога. Бьет по спине усеянным шипами щупальцем, Тареш атакует монстра тьмой, по нему же ударяет Альвеир. Одновременно с ними кричу я, выплескивая смертоносную магию света.

Щупальце все же успевает подцепить Альвеира и, нанизав его на длинные, источающие зеленоватую жидкость шипы, высоко подбросить, чтобы тут же со всей силы ударить о землю. Правда, силы в оторванном щупальце уже не так много – от монстра, разорванного на части, ничего не осталось.

Меня окутывает теплый ореол. Рывок, пространство смазывается – и я уже рядом с Альвеиром. Тот лежит на земле, склоняюсь над ним. От обилия крови, разлитой по траве, хочется биться в истерике.

– Альвеир… я… я сейчас помогу тебе, – руки уже светятся целительной магией.

– Все в порядке, ерунда, – он слегка морщится, явно от боли. Лицо кажется слишком бледным, даже для аркахона. И как же много здесь крови, как много крови…

Где-то на периферии сознания понимаю, что аркахона так легко не убить. Они и утерянные конечности восстанавливать способны, и вообще очень живучи. Но крови очень много, а под ладонями – глубокие раны. И по телу начинает циркулировать яд – та самая зеленоватая жидкость.

Меня трясет, ничего не могу с собой поделать. Альвеир пытается поймать мои руки, не знаю зачем. Но я не поддаюсь – направляю свет на исцеление ран.

– Таис, да не нужно, само заживет, я же аркахон, забыла?

Яркий, золотистый свет окутывает его тело. Как тогда у Миры, вымывает яд, растворяет в себе, а затем – исцеляет.

Где-то там, за спиной, Лэран закрывает последний разрыв, оставляя такую же заплатку. Аркахоны добивают оставшихся монстров.

Последний разрыв.

– Таис, не плачь. Все со мной в порядке.

Альвеир приподнимается, видимо, демонстрируя мне это самое «в порядке».

Последний разрыв. Это осознание становится спусковым крючком. Нечто внутри перестает отчаянно биться, заставляя сражаться за благополучие мира. Все на самом деле позади, монстры не могут к нам прорваться, мир защищен. Сущность феникса света внутри успокаивается, отступает, зато на смену ей приходит кое-что другое.

Хватаю Альвеира за плечи. Позволяю свету окутать нас обоих. Сейчас это дается так легко, так свободно, словно я умела создавать порталы с рождения. А может быть, и вправду с рождения, с того самого, когда стала фениксом света.

Мы переносимся в комнату общежития.

– А защита на академии? Как ты прорвалась сквозь нее? Ведь я сам, сам ставил эту защиту!

Но… ответа от меня сейчас не дождаться.

Не слишком удачно мы вдвоем рухнули на кровать. Я пыталась успокоиться, честно, только слезы никак не прекращались.

– Таис, все хорошо. Ты ведь знаешь, меня невозможно убить.

– Невозможно? Тареш сказал, что именно так вы и погибали! Именно так исчезла почти вся раса! Вы вставали на защиту мира и погибали – один за другим!

Кажется, это истерика…

Но плевать, на все плевать. Ничего не имеет значения, кроме того, что Альвеир жив. Не пострадал. Ну, почти… Я смогла его исцелить, и теперь с ним все в порядке.

Господи, как же я испугалась. В тот момент, когда щупальце подбросило Альвеира, нанизав его тело на ядовитые шипы, мне показалось, что я его потеряю! И… нет, я не смогу без него. Вот просто не смогу.

Как вообще можно было сомневаться, как можно было раздумывать, остаться с Альвеиром или уйти? Как? Я просто не смогу без него. Я хочу быть с ним, всегда. А все остальное не имеет никакого значения.

Я первая его поцеловала. Жадно, отчаянно. Потому что сейчас вновь осознала, что не могу его потерять. И отказаться от него тоже не смогу.

Альвеир с жаром ответил на поцелуй, перехватил инициативу, завладев моими губами. Тьма прошлась по нам от головы и до кончиков пальцев на ногах, подобно морской волне. Оставила свежесть и чистоту – крови больше не было. Рывок – Альвеир нас развернул. Теперь я лежала на спине, глядя на него, нависшего надо мной.

Я не хотела просто так лежать. Хотела прикасаться к нему, вновь и вновь убеждаясь, что с Альвеиром все в порядке, что он живой, здесь, со мной. И… мой? Да, хочу, чтобы был моим! Плевать на глупые сомнения. Плевать на все. Альвеир ведь сам этого хотел? Так пусть же…

Когда мои руки скользнули от его плеч к рубашке и, все еще подрагивая от пережитого, принялись расстегивать пуговицы, Альвеир внезапно замер. Изумленно посмотрел мне в глаза. Перехватил руки, погладив браслет на запястье.

– Ты уверена?

Не знаю, как там у аркахонов брачные клятвы произносятся, но точно знаю, чего хочу.

– Уверена. Но ты, кажется, и при отказе готов был меня переубедить?

Глаза Альвеира загорелись завораживающим, манящим огнем.

– Я хочу, Таис, – он наклонился ко мне, – чтобы ты стала моей женой по собственному желанию. Ты хочешь стать моей женой?

– Да, – выдохнула я и сама потянулась за поцелуем.

Я прекрасно понимала, что Альвеир задал этот вопрос только потому, что был уверен в ответе. О да, он готов был пойти на все, чтобы я принадлежала ему, чтобы стала его женой. Не чувствуй он, что я отвечу согласием, этот вопрос не прозвучал бы. Альвеир еще долго и упорно мог меня соблазнять, подводить к нужному решению, разжигать пламя страсти, и в этом пламени я бы растеряла сомнения, желая только одного – принадлежать ему здесь и сейчас.