"Фантастика 2025-7". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Карпущенко Сергей Васильевич - Страница 1384

— Дак то ж Гомель, сыне! — словно удивляясь вопросу, ответил «мужчина», а Илья тут же повернулся к Александру:

— «Ваше высокоблагородие, переночуем в Гомеле аль нет?

Лошади уж заморились, не кормлены, да и вам отдых-то не помешал бы. Три дня едем, на постоялых дворах ночуем, а здеся, по всему видно, гостиница приличная отыщется. Отоспитесь за милую душу.

Александр, уже готовый было провести эту ночь где-нибудь посреди поля, в коляске, укрывшись теплой меховой полстью, хотел уже отдать приказание не останавливаться в городе, но вдруг подумал: «А что? И впрямь пусть лошади отдохнут, да и Илья с Анисимом устали».

— Ладно, ищи гостиницу, да только поприличней.

— Самую лучшую отыщем, вашесыкородие, — по-военнному, вжившись в роль капитанского денщика, ответил Илья и хлестнул по крупу коренника кнутом.

— Но-о, пошли, доходяги!

«Приличную» гостиницу, однако, искали долго. Уже въехав в город, Анисим и Илья долго расспрашивали прохожих, где сыскать такую, чтобы «хорошему барину» было покойно провести ночь, а перед сном получить вкусный ужин. Наконец дали адрес, и скоро тройка остановилась у двухэтажного деревянного дома с высоким крыльцом. Большая вывеска с коряво выведенными буквами подсказала, что Александр скоротает ночь в самом «Париже». Увидев вывеску, Александр усмехнулся и при помощи соскочившего с облучка Анисима сошел на булыжник мостовой.

Он был одет в сюртук, но погоны обер-офицера тут же привлекли внимание гостиничных служителей, облепивших Александра, едва он вошел в зал, как мухи сахарную голову.

— Благодарим, что почтили нас своим присутствием!

— Вы в лучшей гостинице Гомеля! Наисовершеннейшие удобства! И совсем недорого!

— Апартаменты в три покоя с умывальником и отхожим местом!

Служители кланялись со сладкими улыбками на лицах в ожидании щедрых чаевых. Появился и сам хозяин гостиницы в поношенном фраке с затертыми до белизны швами. Тоже кланялся и улыбался. И Александру все это было неприятно видеть, потому что закралась мысль: «А не узнали ли они меня? Неужели перед капитаном так бы лебезили?»

— Я только на одну ночь. Покажите моим людям, куда снести вещи, — с недовольной миной на лице заговорил Александр. — И ужин приготовьте, покуда я умоюсь.

— Все будет сделано в самом лучшем виде, не тревожьтесь! — так и таял хозяин. — Поросенок с хреном? Уха стерляжья? Кулебяка? Водочки подать?

— Да, все годится только всего понемногу.

— Останетесь довольны, господин офицер!

Когда через полчаса Александр спустился в зал, два половых, чуть касаясь его локтей, по-холуйски согнувшись в поясницах, повели его к столу, накрытому, заметил сразу Александр, давно не стиранной скатертью. Ложка, вилка, хоть и серебряные, но потемневшие, не чищенные уже с полгода.

«Ну, а в монастыре-то лучше разве будет? — утешил себя Александр. Оловянными ложками есть буду, а то и деревянными. Готовиться надо…»

Даже не взглянув на гафинчик с водкой, Александр принялся за уху, в которой вместо стерляжьего мяса плавали несколько хрящей, вдобавок к этому уху была пересолена настолько, что, съев всего несколько ложек, Александр отставил тарелку подальше, хоть и подумал между тем: «А в лавре-то на хлебе и квасе сидеть придется».

А поросенка и кулебяку все не несли. Александр, скучая, стал посматривать на сидящих за соседними столами людей — каких-то мелких чиновников, мещан, скверно одетых, бранившихся, кричавших, уже порядком захмелевших, а из соседней комнаты, где, видимо, находился бильярд, вперемешку со стуком шаров, неслось:

— Карамболем бей, карамболем, ослиная твоя башка!

— Да не учи ты меня хрен еловый, а то кием заеду по сусалам, и будет тебе карамболь с карамелем вместе! Вот так, третьего в лузу!

— А и не попал, косорукий черт, не попал! Говорил же, карамболем бить надо! Ну, полезай под стол, да чтоб пять раз из конца в конец прошмыгал!

Проигравший, видно, и впрямь полез под стол, потому что раздалось улюлюканье, стук кулаков по столу и крики:

«Так тебе и надо, ослиной морде! Не станешь больше в благородную игру играть — ишь, мастак выискался!

Александру стало до того противно, муторно, что он уже хотел сказать половому, чтобы еду принесли в его «апартаменты», но тут в зал буквально влетел огромного роста человек в синем долгополом кафтане с длинной, чуть ли не до половину груди бородой. За ним, семеня. поспевал парень в фуражке, тоже в длинном кафтане. Бородатый же, добежав до середины зала, закричал, не обращая внимания на посетителей:

— Гришка! Гришка! Подь сюды скорее! Сам Поликарп Кузьмич по твою лохматую душу явился!

Подбежавшим к нему Гришкой был тот самый хозяин гостиницы, что рекомендовал Александру «апартаменты» с умывальником и отхожим местом. Хозяин замер перед бородатым в подобострастной позе, а человек в синем кафтане притянул его к себе за лацканы фрака и что-то стал шептать ему на ухо. Хозяин согласно кивал, торопливо говоря:

— Согласен, Поликарп Кузьмич, на все согласен, по рукам, по рукам!

А потом бородатый оттолкнул от себя человека во фраке, и тот быстро скрылся за дверью. Поликарп же Кузьмич с достоинством и даже с презрением обвел взглядом сидевших за столами людей и вдруг замер, увидев Александра. Он смотрел на него своими страшными, втиснутыми глубоко внутрь черепа глазами долго, и Александру стало очень неловко. «Узнал!» — подумал он со страхом и отвернулся. Но Поликарп Кузьмич уже шел к его столу, но не стремительной походкой, а едва ли не на цыпочках, чуть согнувшись. Остановившись неподалеку, он низко, в пояс поклонился Александру, украсив свое широкое, смуглое лицо льстивой улыбкой:

— Позволю себе отрекомендоваться — Поликарп Кузьмич Переделкин, купец второй гильдии и заводчик. Зело приятно зреть в столь гадком месте особу, украшенную воинским мундиром. Премного обяжете, ваша милость, ежели позволите присесть хоть на самый краешек стула близ вашего стола.

Александру было неприятно соседство этого человека, но он с любезной улыбкой кивнул:

— Да, да, садитесь.

Когда купец, точно выученный медведь, осторожно опустился на стул, то вкрадчиво, что давалось ему с великим трудом, заговорил:

— Судя по вашей благороднейшей внешности, в гвардии изволите служить?

— Н-нет, в армейском егерском полку, — и добавил хотя сразу же осознал, что совершил ошибку: — Капитан Василий Сергеич Норов.

— Ах-те-те-те! — покачал головой Поликарп Кузьмич. — А по статской линии какое соответствие сему чину имеет быть?

— Титулярный советник, девятый класс. Впрочем, мне скоро выходит майорский чин, а это уж, согласно табели, коллежский асессор, — невольно солгал Александр, потому что что-то подсказало ему — титулярным советником государю быть совсем уж не с руки.

— Ах-те-те-те! — чуть ли не с восторгом воскликнул купец. — Стало быть, потомственный дворянин?

— Разумеется.

Купец сделал плечами какое-то нетерпеливое движение и придвинулся поближе к Александру.

— А позвольте моему невежеству спросить: и именьецем обладаете?

— Есть небольшое, с полтыщи душ в Тамбовской губернии.

— Ах вы, милый мой батюшка! — весь сиял от восторга Поликарп Кузьмич. — С кем довелось за одним столом-то сиживать. Вовек не забуду милости вашей, господин капитан!

«Знал бы ты, борода, с кем сидишь, так и вовсе бы язык отнялся», — не без самодовольства подумал Александр, а «борода» продолжал:

— А не прогневайтесь, сударь милый, за такой вопросец: семейными узами изволите ли быть обременены?

— Нет, не обременен, — ответил Александр, зная, что и «нестоящий» Норов не был женат. К тому же его занимала игра, которую он сам и затеял, а поэтому Александр с улыбкой добавил: — Вот получу майорский чин, тогда и подыщу себе невесту.

Он не заметил, как волна довольства прокатилась по смуглому лицу купца, а Поликарп Кузьмич, указав на отодвинутую в сторону тарелку с недоеденной ухой, спросил:

— Что ж, не пошла в горло-то?

— Не пошла. Вот сижу да жду поросенка и кулебяку.