Любовь и бытовая магия (СИ) - Надейцева Вера - Страница 23

"Ничего себе! Неужели Квит постарался? Вот это я понимаю, педагогический талант! — подумала я с толикой зависти, тоскливо чертя очередную формулу заклинания уборки на доске. Сложность моего предмета заключалась в принципиальном отличии бытового мага от прочих волшебников. Мне, к примеру, не нужны были слова или специальные жесты, чтобы прибраться. Я действовала интуитивно, а магия автоматически выполняла все пожелания. С адептами другой направленности чар такой фокус был бессмысленным. Для совершения простейших операций им нужны были речевые формулы, зачастую подкрепленные пассами. При этом была очень важна концентрация и умение вливать силу тоненькой струйкой, чему я и планировала обучать на практических занятиях остаток года.

Сигнал оповестил об окончании лекции, студенты стали расходиться, и я незаметно перевела дух. Однако снова напряглась, когда возле меня остановилась "великолепная четверка". Неожиданно Роми вышел вперёд, прижал кулак к груди и произнес:

— Уважаемая госпожа Вэлис, мы искренне просим прощения за свое недостойное поведение и искренне преклоняемся перед вашей храбростью.

Я так и осталась стоять с открытым ртом. Но, увидев выжидательные лица боевиков, кивнула головой, принимая извинения и осторожно спросила:

— А что я сделала?

— Вы не побоялись пересечь в одиночку проклятый лес и минное поле. Не каждый из боевиков рискнёт повторить такое, — с восхищением в голосе произнес Толлан.

— А, понятно, — протянула я, — но это, скорее, чистое везение.

— Кроме того, — не обратил внимания на мои попытки принизить свои подвиги боевик, — вы не мешали нашему отряду в дороге, являя чудеса стойкости, хотя могли, как педагог, избавиться от сковывающих заклинаний. Вы позволили нам достойно сдать зачёт, за что мы очень благодарны.

Со стороны группы раздались одобрительные возгласы.

А я зависла. Точно, я же что-то подобное читала! В тот момент я совершенно забыла пункт Кодекса Академии, где любая применяемая студентом магия могла быть нейтрализована по желанию преподавателя, если была направлена на последнего.

"Учить кодекс, чтобы от зубов отскакивало", — мысленно сделала я себе зарубку на память, вслух же произнесла:

— Рада была вам помочь. Кстати, что там в общежитии вчера бабахнуло утром? — чтобы сменить тему, спросила студентов.

— Опять кухню разнесли, — печально отозвался, кажется, если правильно запомнила, Варл.

— Да, зельевары не успели сделать задание и взяли его на дом, так сказать, — буркнул тощий, имя которого я не знала.

Теперь опять голодными останемся, — с мукой в голосе сказал Толлан, — мы же с полигона приходим, когда студенческая столовая давно закрыта.

— А кушать хочется, аж мочи нет, — жалобно подхватил Роми.

— Мы на кухне обычно и кашеварим, — вставил Варл. — А вот ближайшую неделю, пока все не восстановят, не видать нам горячей еды. Опять бутербродами давиться! А мне мама говорила, что это вредно!

Мне стало жалко ребят, и я предложила:

— Могу помочь все исправить, если хотите. После пар проведите меня в общежитие.

На меня посмотрели, как на спасительницу с такой надеждой, что стало неловко. Я выставила ладони вперёд, останавливая готовые сорваться с губ студентов потоки благодарности, и честно предупредила:

— Ничего не обещаю: пока не известен фронт работ, но, поверьте, бытовику проще справиться с подобными проблемами. Только пусть это останется между нами. Не хочу, чтобы ректор приобщил меня к реставрации помещений на постоянной основе.

Боевики слажено кивнули и мы договорились о времени встречи. На прощание Роми сказал, помявшись и краснея:

— И, это, извините, что хотели вас в пруду искупать. Мы тогда не со зла, зачёт не сдали, настроение было поганым. А меня ещё и невеста бросила, вот и не сдержался.

— Я поняла, не волнуйтесь, — ответила я, — все ведь обошлось. Только вам вот теперь проходить практику придется в Ледяной пустоши, а как я поняла, там опасно, — посочувствовала я магу.

— Вы что, это просто здорово! — глаза боевика загорелись восторгом, — где я ещё смогу гонять снежных демонов? Можно сказать, что мне крупно повезло.

— Тогда рада за вас, — ответила я.

— И ещё, — выступил вперёд Варл, — мы с ребятами потолковали тут и знайте: если какой недокормыш вас вздумает обидеть, пусть пеняет на себя. Говорите — разберемся.

— Спасибо, — растроганно произнесла я, не ожидая такой поддержки. — До встречи.

И ребята вышли, запуская следующую группу.

Оставшиеся пары прошли спокойно: я начитывала лекции, студенты конспектировали, и я полностью расслабилась, поверив, что все не так плохо, как ожидалось. Однако, как только я собралась уходить, открылась дверь и вошёл дежурный с объемным пакетом.

— Госпожа Вэлис, мэтр Граа передал вам вещи, чтобы вы их почистили, — отрапортовал студент и быстренько ретировался. Я стала закипать: "Да за кого он меня принимает, я что ему, прачка? Пусть я повела себя некрасиво, но он же тоже хорош? Вот пускай сам и чистит последствия своего хамства, — негодовала я. Внезапно мелькнула мысль, заставившая гаденько потереть ладошки. — Ладно, он хочет чистые вещи, он их получит! Я ведь, конечно, тоже вчера была не права, а за свои ошибки, как учила меня тетушка, нужно отвечать. Будет тебе костюмчик, мэтр Высокомерный хам! — и я достала пострадавшую вещь на свет. Что и говорить, сейчас ничто не намекало, что цвет костюма был белым. — Говоришь, ты — алхимическая звёздочка Академии? — зловеще приговаривала я, расправляя на столе грязную тряпку, некогда бывшую модным пиджаком. — Будет тебе звёздочка, даже созвездия!" — и я направила магию, подключив богатое воображение. Результат превзошел все мои ожидания. Да, одежда приняла первоначальный ухоженный вид и белый цвет, но по всему костюму теперь переливались радугой цветные звёзды. Достав из сумочки кружево и нитки с иглой, с которыми я по привычке, привитой ещё в Институте, не расставалась, я сделала прорези на брюках, украсив их ажурными вставочками. Хотелось ещё чего-нибудь добавить, но для более серьезных манипуляций нужна была швейная машинка. Отстранившись и осмотрев результат своих художественных трудов, я осталась довольна. Судя по внешнему виду, такой наряд мог принадлежать труженику квартала плотских развлечений, изображения которых как-то попались мне в одном интересном журнальчике. Тетушка тогда, помню, возмущалась, обнаружив картинки у меня, сказав, что мне рано такое смотреть, поэтому она забирает выпуск себе.

Довольно посмеиваясь, я передала свёрток на выходе дежурному с припиской: "Носите на здоровье!" и отправилась к общежитию. На душе распускались цветы, и даже ливень не мог притушить радость от сделанной пакости.

Хлопоты

Возле общежития меня уже ожидала четверка боевиков в полном составе. Увидев меня, они несказанно обрадовались и повели смотреть объем работы. На вахте комендант долго вещал про запрет на посещение, но Роми, что-то прошептав, сунул мужчине в руку кулёк, и, пожав плечами на мой вопросительный взгляд, повел меня на этаж, пока сторож изучал содержимое взятки.

— Это у вас всегда так? — поинтересовалась я, проходя по обшарпанному коридору.

— Ну, — почесал голову Толлан и ответил, — студенткам можно заходить до определенного часа, а вот посещения преподавателями женского пола не приветствуются.

— Но у нас все схвачено! — перебил его тощий, имя которого я наконец узнала, Фрам. — Кил Тын — очень хозяйственный старик, с ним лучше не ссориться, если не хочешь ночевать без подушки и одеяла.

— Или вообще без кровати, — пошутил Варл.

— А то, что он любит вяленое мясо, ни для кого не секрет, — сказал Роми, — а мне мои посылают. Вот и подкармливаю иногда деда, приручаю.

— Понятно, — сказала я, — пойдемте уже, кормильцы!

Уже на подходе к кухне я отметила почерневшие от копоти стены и потолок.

— Да, знатно разошлись зельевары, — на мой невысказанный вопрос ответил Толлан, — но ничего, мы им пояснили правила безопасности по старому студенческому методу.