"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 970

И Яра снова разрыдалась. Настя гладила ее по спине и спешно пыталась придумать, как быть дальше. Но в голову почему-то не приходило ни одной разумной мысли. Она вдруг вспомнила, какой задумчивой и тихой была Яра все новогодние каникулы. Сидела дома, заперевшись у себя в комнате, говорила, что готовится к сессии. Они с Финистом радовались, что дочка взялась за ум. Оба были жутко уставшие, им не хотелось вникать… Тем более Грач неожиданно предложил отработать за Сокола все его дни. Они решили, это потому что он один и не хочет оставаться на праздники в тишине пустой квартиры…

— А сегодня весь такой «как дела»! — воскликнула Яра, вырывая Настю из пучин самобичевания. — Зачем вообще пришел? Позвонил бы папе, он бы в Контору подъехал, все бы подписал! Это он специально, да?

И она подняла зареванное лицо и посмотрела на Настю так, будто у той были все ответы. Рано или поздно все ее дети делали это: приходили к ней с вопросами, которые она сама хотела бы кому-нибудь задать.

— Нет, — помотала головой Настя. — А может быть и да. Может быть хотел тебя увидеть…

— Глупости! — воскликнула Яра и подпрыгнула. — Хотел бы увидеть, давно бы предложил встретиться! Зачем он меня мучает?

— А ты его зачем мучила? — спросила Настя.

Яра непонимающе нахмурилась.

— Ну что я, слепая что ли? — пожала плечами Настя. — Не видела последние пару лет, как ты на него смотришь. Яра, это все очень непросто и не так однозначно. Он почти в три раза старше тебя. Он тебя с детства знает. Папа только ему тебя и доверял. Ну представь себя, он тебя двухлетней на руках носил…

— Да не хочу я этого представлять! — взорвалась Яра. — Он это все время твердит, что старше, что не может предать доверие отца, что я молодая и ничего не понимаю, что лучше мне найти кого-нибудь своего возраста…

— Все время? — переспросила Настя.

Яра отвернулась, сжала виски ладонями.

— Допустим, мы с ним уже об этом говорили, — тихо произнесла она. — Допустим, несколько раз…

Насте вдруг очень захотелось получить передышку. Остановить время и пойти заварить себе один из своих успокоительных сборов. Просто побыть в тишине и собраться с мыслями. Увы, дети редко давали такую возможность, когда в ней наступала необходимость.

— И давно вы?.. — начала было она, но осеклась, потому что уже знала ответ на свой вопрос. Видела его два года назад, когда Яра вдруг словно с цепи сорвалась, забываясь на тренировках с Григорием и переходя в настоящее нападение.

— Я ему не нужна, — тихим убитым голосом произнесла Яра, так и не повернувшись. — Я все придумала. И поцеловал он меня просто… ну не знаю, ситуация такая была, да и правда, наверное, выпил, хотя я не почувствовала ни запаха, ни привкуса алкоголя, но может, мне просто было не до того… Я знаю, надо все это просто отпустить, но не могу. Мне так больно, мама…

Она сгорбилась, и Настя снова притянула ее к себе за спину, снова уложила голову на колени, погладила по волосам. У Яры были серые глаза Финиста. А вот черные шелковые волосы она унаследовала от нее и жутко злилась, когда в четырнадцать лет выяснила, что чтобы перекраситься в любой цвет, их нужно полностью обесцвечивать. Финист категорично сказал «нет», и Настя не смогла его переубедить. А Яра, взбунтовавшись, отрезала ножницами в ванной половину косы, оставив волосы чуть ниже лопаток, и заявила, что отращивать их не будет. Скандал был жуткий.

— Прямо так тебе и говорит? — спросила Настя. — Что не нужна?

Яра помотала головой.

— Так — нет. Но ведь если была бы нужна, то он наплевал бы на все, правда? И на возраст, и на то, что с отцом работает, и…

— Яра, а как он на тебя смотрит, когда все это говорит? — спросила Настя, с ужасом ожидая ответа.

Яра вдруг перестала рыдать, закусила губу.

— Никак, — наконец ответила она. — Он в такие моменты отворачивается. Он вообще почему-то на меня старается не смотреть.

Настя горько улыбнулась. Сейчас ей нужно было принять очень сложное решение. Она могла развернуть все так, чтобы Яра окончательно удостоверилась, что неинтересна Григорию. А могла сказать правду. В конце концов, за ним она последние два года тоже наблюдала и немало. И она понятия не имела, что из этого лучше для ее дочери. Но было ли у нее право решать за нее? Настя вдруг вспомнила, как целую вечность назад ее сестры утыкали ножами и спицами раму окна в ее комнате, чтобы Сокол не смог вернуться к ней. Все эти годы она злилась на них, но, возможно, им действительно казалось, что они защищают ее.

— Что ж, — сказала Настя и сглотнула слюну, в горле пересохло, — а вот это уже верный признак.

— Чего? — не поняла Яра, и лицо у нее при этом стало совсем как у Финиста в моменты недоумения.

Настя заправила ей прядь за ухо.

— Не думаю, что он правда к тебе так равнодушен, — вздохнула она.

Лицо дочери просияло, но Настя не спешила радоваться.

— Однако подумай вот о чем. Представим, что он ответит тебе взаимностью, и вы попробуете, — Яра покраснела, — и у вас не получится, — Яра набрала в грудь воздуха, чтобы возразить, но Настя не дала ей этого сделать. — Только представим, — подняла руки она. — И что дальше? Он будет корить себя за это. Он взрослый человек и привык брать на себя ответственность за сделанное. К тому же… Уж извини, но я знаю Григория куда дольше, чем ты. Для него очень важна его работа. Если вы расстанетесь, вместе с твоим отцом он больше работать не сможет.

Яра вдруг сдулась словно шарик. Осела на кровать.

— Я не сказала, что это абсолютное противопоказание к вашим отношениям, — вздохнула Настя. — Просто в отношениях нужно привыкать просчитывать последствия своих решений не только для себя, но и для партнера.

Яра упала лицом в подушку и что-то невнятно пробурчала оттуда.

— Что? — переспросила Настя.

Ее дочь повернула голову вбок.

— Я не справлюсь, — проскулила она. — Почему я вообще решила, что имею право на какие-то отношения? Я эгоистичная, эгоцентричная, самолюбивая…

— Дочь, — перебила Настя, — мне тоже известно много синонимов к этому слову, не нужно перечислять все. И ты не такая, уж поверь мне, я точно знаю.

— Правда? — всхлипнула Яра.

— Правда, — кивнула Настя. — Просто нужно периодически себе напоминать о том, что ты не одна, а потом войдет в привычку. Вам нужно поговорить.

— Я пыталась, — шмыгнула носом Яра. — Но после корпоратива он отказывается со мной встречаться и разговаривать. Я вообще сегодня его в первый раз за все это время вблизи увидела.

— Сам позвонит, — уверила ее Настя. — А теперь ложись спать. Завтра тебе надо быть отдохнувшей.

— Зачем? — удивилась Яра.

— Чтобы в универе носом не клевать, — ответила Настя и погладила ее по плечу.

— Мама?

— Ммм?

— А это правда, что он женат был?

Настя вздохнула.

— Был, только недолго и неудачно. И это было давно, еще до твоего рождения.

— А какая она была? — Яра прищурилась, явно ожидая, что мать распишет ей бывшую Григория во всей красе, но Настя не оправдала ее надежд.

— Я ее почти не видела, только на свадьбе и потом один раз, — ответила она. — Просто женщина. Просто у них не получилось. Такое бывает. И не стоит к нему с этим лезть, если сам не заговорит, да и тогда, наверное, не стоит. У каждого есть прошлое.

Яра полежала, переваривая информацию, потом насупилась.

— Мам, а можно я все-таки поем?

Настя с трудом удержалась оттого, чтобы рассмеяться.

Когда Яра наконец уснула, она осторожно встала с кровати, где лежала, обнимая ее, и подошла к столу, чтобы выключить свет. Взгляд упал на скетчбук, Настя не выдержала, взяла его в руки, перелистала. Портреты Григория выходили малость кособокие. Но вот в искусстве изображения грачей ее дочь абсолютно точно преуспела.

3.

— Итак, ты со мной не разговариваешь! — резюмировал Финист, когда Настя наконец зашла в спальню. — Что, скажешь, я был не прав?