"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 947

Она дождалась, когда закипит вода. Заварила в большом чайнике чай, добавив в него листья малины и те, что достал Демьян. Положила меда в розочку. Взяла семь чашек – восьмая осталась сиротливо висеть на подставке – и составила их на поднос. На него же положила чайные ложечки. Теперь Демьяну останется только разлить чай. Как попросить прощения у Константина Иосифовича, Василисы Петровны, Златы и Якова, она придумает чуть позже. Может быть, напишет письмо…

Юля развернулась и подошла к Демьяну. Взглянула на него в последний раз, стараясь запомнить каждую мелочь. А потом стянула с пальца обручальное кольцо и положила на стол рядом с ним. И в тишине вышла из кухни. Ей оставалось только миновать коридор, выйти из этого дома и закрыть за собой дверь. И больше никогда не увидеть никого из них. И это было правильно. И не стоило плакать.

Еще немного…

– Юля, подождите.

Она остановилась и заставила себя обернуться. Позади нее возле лестницы стояла Василиса Петровна.

– Если вы уходите, полагая, что так ему будет лучше – не уходите, – попросила она.

Жестоко. Лучше б проклинала и приказала больше никогда не приближаться к ее родным и к этому дому.

– Юля, Демьяну сейчас очень тяжело. Он отпустил вас, ибо уверен, что так будет лучше вам. Или, и это скорее всего, потому, что на самом деле плохо понимает, что именно сейчас вокруг него происходит. Ему как никогда нужна ваша поддержка.

Юля нахмурилась. О чем Василиса Петровна говорит? Она поняла далеко не всё, что произошло в тронном зале, но ведь Демьяна не ранили…

– Наверное, вам кажется, что мы злы на вас, но это не так, – продолжила Василиса Петровна. – В случившемся нет вашей вины. Пожалуйста, не бросайте его. Особенно теперь. Он всё вам объяснит, когда сможет, но сейчас ему просто нужно немного покоя и понимания.

– Он плакал как мальчишка, когда узнал, что вы выходите замуж. А потом отправился в Навь и едва не сжег мне там пол-леса. А я еще удивлялся, что это за круги на полях появились…

Кощей стоял на верхней ступеньке лестницы, тяжело опираясь на поручень. Василиса бросилась к нему и поддержала. Он подарил ей благодарный взгляд, а потом снова посмотрел на Юлю.

– Не стоит уходить из-за случившегося, – уверенно сказал Кощей. – Там, где работает магия, простые смертные обычно бессильны. А вы не испугались и пошли за Демьяном.

– Из-за меня вас чуть не убили, – прошептала Юля. – И вас, и Злату, и всех…

Кощей вздохнул.

– Не из-за вас, а из-за моего сына, который почему-то решил, что умнее всех на свете. Если бы он не показал вам свое прошлое или послушался бы меня и сделал так, как я сказал, ничего бы не произошло. С другой стороны, тогда Ростислав придумал бы что-то другое. В общем, главная роль в этой истории всё же принадлежит не вам.

– Брат любит тебя уже лет десять, если не больше, – раздался голос со стороны гостиной, и Юля крутанулась на месте. Позади нее стояла Злата. – Он даже решил, что будет хранить тебе верность. И, между прочим, хранил, – со значением добавила она, а потом смущенно взглянула на родителей: – Простите. Мама рассказала мне, что случилось, – снова обратилась она к Юле. – И ты правда думаешь, что произошедшее как-то изменит его чувства? Не такой уж он и дурак, чтобы не понимать: ты тут ни при чем. И ты спасла Яшу. А за это личное спасибо от меня. И я готова сама свести вас обратно. Впрочем, ты, конечно, можешь уйти, и вы оба будете страдать до конца жизни, и это станет уроком нам всем. Иначе-то мы выводы сделать не сможем.

Они стояли и смотрели на нее. Трое Кощеевых. Люди, которые готовы были сделать ее частью своей семьи, несмотря на то, что она натворила.

– Я вернула ему кольцо, – призналась Юля, то ли пытаясь сказать, что всё кончено, то ли надеясь, что они и вправду помогут ей найти выход. А вдруг она всё же ошиблась, и у них с Демьяном и правда был шанс, а сотворив такое, она отрезала себе путь назад навсегда.

– Так пойди и забери обратно, – явно не понимая проблемы, пожала плечами Злата, и Юля четко осознала, почему в итоге не Демьян, а именно его сестра заняла трон.

Юля взглянула на руку, которая теперь ощущалась голой.

– Или попроси Демьяна надеть его на тебя заново, – улыбнулась Василиса Петровна. – Если ты нуждаешься в искуплении, пусть эта просьба им и станет.

Злата с Василисой Петровной улыбались ей. И никто не смотрел на нее с осуждением. Они действительно были на ее стороне. Юля развернулась в сторону кухни. Самым правильным было всё же уйти. Самым безопасным. Потому что если Демьян всё-таки считает ее виноватой, если молча отвернется или и вовсе встанет и уйдет, если…

Но Василиса Петровна права. Пусть это станет ее эшафотом. Она не сможет жить, так и не узнав, была бы казнена или помилована.

Юля сделала шаг вперед, но не успела дойти до кухни. Демьян сам появился в проеме арки. Выглядел он так, будто только очнулся после тяжелого бреда, и смотрел на нее горящими безумными глазами. Пальцы его правой руки были сжаты, и Юля сразу догадалась, что в них лежит.

– Подожди, – едва ли не взмолился Демьян. – Дай мне сказать. Я так виноват перед тобой. Просто позволь извиниться. Я понимаю, ты не хочешь меня больше видеть, но я не отниму у тебя много времени…

И тогда Юля всё же заплакала и кинулась ему на шею. Демьян обхватил ее и шумно выдохнул ей в ухо.

– Дурак ты, Авдеев! – с трудом произнесла сквозь слезы Юля. – Прости меня. Прости…

Они обнимались так крепко, что, казалось, стали одним целым. И не заметили, как все ушли. А потом Демьян отстранился, но только чтобы надеть ей на палец кольцо. А затем вновь обнять. И одним богам ведомо, сколько еще они так простояли.

Глава 36

– Здравствуй, Любомир.

Кощей поднял взгляд от книги. На диване в его гостиной как ни в чем не бывало сидел тот, с кем он предпочел бы больше никогда не встречаться. Но когда это боги интересовались желаниями смертных? Особенно тех, кто снова стал таковым всего неделю как.

– Вижу, ты отдыхаешь, – благосклонно заметил старец. – Это хорошо.

– И я хотел бы продолжить, – отозвался Кощей. – Поэтому предлагаю сразу перейти к сути.

Белобог улыбнулся. В глазах его мелькнуло и пропало нечто снисходительное.

– Ты никогда не умел расслабляться, Любомир, оттого и устал, – вздохнул он. – Но, может быть, теперь научишься. Ведь, судя по всему, наша игра подошла к концу.

Кощей всё-таки отложил книгу. По всей видимости, разговора было не избежать, и его мнение здесь не учитывалось. А значит, нужно было обратить ситуацию в свою пользу.

– Моя душа вернулась ко мне, и я стал смертным, я ведь всё правильно понял? – спросил он.

– Верно.

– Выходит, в любой момент своей жизни я мог просто разбить перстень и получить ее назад?

– Может быть, да, а может быть, и нет. Кто знает, захотела бы она возвращаться к тебе в любой момент? Да и потом, разве бы ты решился на такой шаг?

Белобог снова улыбнулся ему, и Кощей не стал отвечать.

– Вы пришли поговорить об этом? – спросил он.

– Разве что ты сам этого захочешь. Скорее всего, мы с тобой встречаемся в последний раз, поэтому тебе решать, о чем говорить. За тобой было интересно наблюдать, Любомир. Ты скрасил нам с братом пять веков. Мы решили, что задолжали тебе. А боги не любят быть в долгу. Я отвечу на один твой вопрос и исполню одно твое желание. Поразмысли, чего ты хочешь. Я не стану торопить.

Кощей молчал, Белобог терпеливо ждал, с интересом изучая интерьер гостиной. Пришла Бонни, обнюхала полы его одеяний и без всякой опаски забралась ему на колени. Старец принялся гладить ее с явным удовольствием.

– Злата. Сначала я не смог заглянуть в ее разум, потом она сотворила невозможное. Кто она? – наконец спросил Кощей.