"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 896

– А говорят, в девушке должна быть загадка.

Клим пожал плечами.

– А еще говорят, что всё хорошо в меру. Не стоит недооценивать надежность и предсказуемость.

Он снова повернулся к ней. Женя смотрела на него слишком серьезно для простого обмена мнениями.

– Я снова что-то не так сказал? – обреченно вздохнул Клим.

– Да нет…

А потом она подалась вперед. А потом еще немного вперед. А потом Клим не успел опомниться, как его поцеловали.

Мало того что это было крайне неожиданно, так еще и вышло очень косо. Смазанно и неумело. А потом губ и вовсе коснулось что-то маленькое, округлое и гладкое, заставив его вздрогнуть от неожиданности. И пока Клим соображал, что всё это значит и как ему реагировать, Женя отстранилась, облизнула губы и сказала как ни в чем не бывало, кажется, самой себе:

– Ага. – Потом снова посмотрела на него и немного виновато пожала плечами. – Извини.

– И что это было? – вернул себе дар речи Клим.

Боги, неужели Яша прав и Женя всё это время и впрямь строила на него планы? И как теперь вежливо объяснить, что он не это имел в виду, когда ел ее угощения, и при этом не обидеть? И дело было вовсе не в том, что он боялся остаться без Жениной стряпни. Просто общаться с ней ему и правда нравилось.

Но Женя спасла его сама.

– Захотелось попробовать, – просто призналась она. – Ну, ты правильно сказал, не стоит целоваться так, чтобы всем хотелось выйти из комнаты, но Злата именно так целовала Яшу, а мне уже давно было интересно, как это, вот я и не удержалась… Прости, пожалуйста, я, конечно, должна была спросить разрешения… Не волнуйся, больше не буду. Извини еще раз.

– А… ну да… конечно… Да, лучше предупреждать… – ошалело выдал Клим, а потом опомнился, сопоставил факты и сделал вывод. – Ты что, в первый раз, что ли!

Женя пожала плечами.

– Понятно, – заключил он и решил закончить всё шуткой. – Ладно, ничего страшного, обращайся, если еще чего захочешь попробовать.

Сказал и тут же пожалел об этом. Женя резко помрачнела, и брови ее устремились к переносице. Клим уже хорошо выучил это выражение. Ну всё, начинается: воинствующий еж вышел на охоту. Сейчас его будут словесно линчевать.

– Например? – поинтересовалась Женя с той самой интонацией, которую хорошо знает любой мужчина. Неважно, что ты ответишь на заданный с нею вопрос: смертный приговор уже вынесен и обжалованию не подлежит.

– Да это я просто так… Плохая шутка, согласен…

– Нет, если у тебя есть ценное мнение на этот счет и ты считаешь необходимым его до меня донести, чтобы наставить на путь истинный, то давай, неси, – потребовала она.

– Да нет у меня никакого мнения…

– Ну конечно!

– Да я…

– Еще скажи, что ни о чем не подумал!

– А о чем я мог подумать?

– Например, что раз мне уже двадцать три и я старая дева, это само по себе диагноз.

– Так точно не думал.

– О, нынче в моде иные формулировки?

– Жень, ты опять?

Женя поджала губы и замолчала.

– Всё, прекращай, – потребовал Клим. – Ничего такого я не думал. Просто как-то внезапно всё случилось…

– Я же извинилась, – снова нахмурилась Женя. – Неужели так противно было?

– Да нет…

Женя снова поджала губы. Но Климу показалось, что в этот раз не от обиды, а потому что побоялась заплакать. Да что ты будешь с ней делать? Почему все девки как девки, а эта такая сложная?!

А с другой стороны, если уж совсем серьезно, то тех самых, нормальных он ни разу и не встречал. То Ксеня, то Груша, то Злата, теперь вот Женя. И поди разберись, чего им всем надо.

Вот чего надо Жене, которая зачем-то выбрала в качестве мужчины для своего первого поцелуя его?

– Не пожалеешь? – спросил он. – Встретишь своего, а вот уже было.

Она покачала головой.

– Клим, я собираюсь одну часть жизни пропадать в глухих деревнях и селениях, а другую – изучать и описывать то, что я там увидела и услышала. Как, по-твоему, где именно на этом пути мне попадется нужный мужчина? И до скольких лет мне нужно ждать, чтобы просто попробовать, как это?

– И не грустно тебе одной будет, без мужа и без дитенка?

– Мне хорошо будет, – мечтательно улыбнулась Женя. – Я собираюсь посвятить свою жизнь науке, а наука – это и муж, и дети. А одиноким можно и в браке быть, поверь мне.

– Это как?

– А вот так.

– А если муж согласится отпускать?

Сказал – и сам себе не поверил. Права Женя, какой мужчина такое терпеть станет. Вот он сам не так давно рассуждал, что жена должна дома сидеть и пироги к приходу мужа стряпать.

– Ну вот коли найду такого, то сразу на плечо закину и в загс потащу, – засмеялась Женя. – Только ты мне скажи, а зачем это, если заранее знаешь, что человека будешь мучить? Заставлять его ждать и терпеть? А мы вроде как ответственны за тех, кому навязались. Нет, я не готова нести такую ответственность.

Она сложила стопкой карты, которые до сих пор держала в руках, и протянула ему.

– Я обед пошла готовить. Щи будут. Если пиццы тебе не хватило, приходи, отец про тебя спрашивал.

– Приду. Жень, подожди. Плохой поцелуй вышел.

– Просто я не умею.

– Так и я не целовал.

На этот раз придвинулся Клим. Женя смотрела на него с интересом, ничего не сказала и не отпрянула, когда он приблизил лицо к ее лицу, но и глаз не закрыла. Этот поцелуй тоже вышел странным, но, по ощущениям самого Клима, уже куда как лучше. Хотела попробовать, пусть пробует нормально. А то потом еще скажет кому, что он целоваться не умеет.

– Ну как? – спросил Клим, отстранившись.

– Нормально, – кивнула Женя. – Всё, Клим, спасибо, я всё поняла. Больше не надо, ладно?

– Договорились. Жень, а что у тебя на языке?

Женя замялась. А потом высунула язык. На розовом кончике красовался маленький металлический шарик. Она приподняла язык, демонстрируя такой же с другой стороны.

– Это что такое? – поразился Клим.

– Штанга, – рассмеялась Женя. – А вообще, это то, из-за чего я завалила экзамен по философии, когда в октябре поступала в аспирантуру. Препод каким-то образом углядел ее у меня и попытался воззвать к моему чувству прекрасного. Ну а я немножко ответила… – Она тяжело вздохнула. – Ладно, кого я обманываю… Я хорошо ему ответила, в результате мы почти час собачились и в конце даже наорали друг на друга… Вот я и вылетела. Ну и, разумеется, уже нечего было думать пытаться снова поступить туда же.

– А больно было? – спросил Клим.

– Не сдать экзамен? Пожалуй, это был самый болезненный опыт в моей жизни. После него я решила, что надо срочно что-то с собой делать. Видишь, к тебе вот пришла мириться…

– Да нет, я про другое. Эту штуку в язык вставлять больно было?

– Да нормально, – пожала плечами Женя. – Больше с заживлением мучилась. А что, тоже хочешь? Имей в виду, от нее зубы портятся. Лучше что-нибудь другое для начала.

– А что еще бывает?

– Да полно всего. Я просто такой вариант выбрала, чтобы отца не нервировать. Он про пирсинг даже не подозревает. Если специально внимание не акцентировать, то и незаметно.

– Жень, а ты куда по ночам ходишь? – в сотый раз спросил Клим.

– Гулять, – в сотый раз ответила Женя.

– Возьми меня с собой, а?

Женя покачала головой.

– Слушай, мне просто нравится, когда темно и тихо и людей на улицах нет.

– А если пристанет кто?

– У меня взороотводящий амулет есть. Отец делал.

– Я буду молчать, – пообещал Клим. – А ты мне покажешь, где такое делают, а?

– Ты в принципе не умеешь молчать, – вздохнула Женя. – Но я подумаю. Пошли, поможешь мне овощи нашинковать.

Она не согласилась прямо, но Клим уже знал, что это «да», просто ежик, живущий внутри Жени, не позволял ей просто так взять и произнести это вслух.

– Пошли, – кивнул он. – А то суши эти ваши странные какие-то.

– Вот и хорошо, мне больше достанется, – засмеялась Женька.

О поцелуе они больше не вспоминали.