"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 1594

Я покосился на водителя.

— Да брось! Он глухой. Я разве не говорил тебе?

— Нет, — ответил я. — Не говорили.

— В общем, что-то этим летом сдвинулось в высших сферах. Не знаю точно, с чем связано, но знающие люди ожидают чего-то эдакого, и очень скоро. Многие говорят на празднование дня города.

— Там был… будет большой концерт. Один из самых массовых в истории, — ответил я. — На Воробьёвых горах. Я сам его видел.

— Может, теракт предотвратили? Что-то было?

— Нет, — я помотал головой. — Ничего подобного.

— Сейчас многие настоятельно не советуют там появляться… может, и зря панику нагнетают.

— Я собираюсь там быть, — признался я.

— Зачем? Недостаточно в жизни зрелищ?

— Со специалистами, — ответил я. — Нужно понять, что это и для чего вообще было устроено.

— А-а-а, в этом смысле… — политик почесал голову. — Может, действительно, зря всё это?.. ладно, это ещё не всё. Кроме этих, есть ещё более тревожные слухи.

Он сделал паузу. Я терпеливо ждал.

— К ребятам после залоговых аукционов пришли, — сказал он. — И к твоим боссам тоже.

— Они мне не боссы, — возразил я. — Это ситуативно.

— Не важно, в общем, пришли ко всем.

— Не думаю, что у комитетчиков сейчас достаточно сил, чтобы… — начал было я, но политик перебил.

— Кто сказал, что я про комитетчиков?

— А про кого?

— Серьёзные ребята. Западники. Намекали, что, если наших хотят сохранить добытое — неплохо бы договориться о распределении активов и построить «эффективные схемы контроля». Вроде к Ходору сами Ротшильды пришли.

— И что?

— Что-что? Договорились! Слушай, Саша… мне не нравится то, что происходит. Как-то всё быстро меняется, слишком быстро. Гэбешники могу не осилить всё это дело, будет слишком поздно.

Я почесал подбородок.

— Осенью мы запускаем образовательную программу, для детишек в регионах, — сказал я. — Лика говорила?

— С космонавтами с этими? Да, говорила. Хорошее дело — но, как я вижу, этого слишком мало, однозначно. Это игра в долгую. Нужны годы… а всё меняется.

— Я ведь говорил, как оно всё должно быть?

— Говорил, — кивнул политик. — Но ты ведь уже начал всё менять. Как и я. Что, если изменения ускорились и теперь всё пойдёт совсем не так, как было когда-то? А? Ты ведь и сам говорил, что это неизбежно.

— Я проведу повторный анализ, — сказал я. — Плюс поговорю с кем надо.

— Надо реагировать. Чую, что-то будет, крупное. Гораздо раньше, чем ты говорил.

— Всякое возможно, — кивнул я. — Мы… перестрахуемся.

— Это хорошо… это ладно, — кивнул политик. — Кстати, твои предложения по Марий-Эл реализуем. Пока что всё работает, как надо.

— Да? — я поднял бровь.

— Безусловно. Ты был прав, дело можно свести к досрочной отставке. Коммуняка подставляется. И Зю не сможет его защитить — внутри сильные брожения после слитых выборов, ему нужно время на восстановление контроля. Отличная возможность для размена фигур.

— Вот и отлично, — улыбнулся я.

— В общем, ты подумай. И на день города особенное внимание обрати. Не нравится мне происходящее, совсем не нравится…

— Я подумаю, — пообещал я.

Машина остановилась в районе Смоленской площади. Я вышел и направился к метро.

С новым начальником отделения ЗВИ я встретился в неформальной обстановке — в скверике возле его дома в Новогиреево. Он ждал меня возле сломанной лавочке, недалеко от детской площадки, которую оккупировали алкаши. Те шумели о чём-то своём, разливая пойло по пластиковым стаканчикам, но притихли, увидев меня во дворе.

Убедившись, что мне до них нет никакого дела, алкаши продолжили «застолье».

— Часто у вас так? — спросил я, поздоровавшись, кивая в сторону компании на детской площадке.

— Да каждый вечер, пока морозы не вдарят, — начальник отделения равнодушно пожал плечами.

Он был одет «по гражданке» — в довольно приличную куртку, джинсы и кожаные туфли. Такой «прикид» на зарплату офицера не купишь. Вот и хорошо, это сильно упрощает дело.

— Неприятно, — поморщился я.

— Ну да, — кивнул Анохин. — Придётся подождать, пока не передохнут… в общем, я знаю, зачем ты здесь. Условие — пятёрка в месяц.

Я выдержал паузу.

— Дорого? Да. Но ты сам подумай, я не могу такое оставить на своём уровне. Приходится делиться. У юрлы вон расценки ещё выше, там до десятки доходят. Но там такие родители, что ты сам понимаешь, это не проблема.

— Ясно, — кивнул я.

— Вообще ты мне симпатичен. Вроде разумный парень, с понятиями. Знаешь, как зайти. Поэтому условия такие, человеческие. К тому же, я знаю, что для тебя такие деньги не проблема.

— А откуда знаете? — заинтересовался я.

— Откуда надо — оттуда знаю, — улыбнулся Анохин. — Да ладно, ты на себя посмотри. Таких как ты сразу видно. Короче, из этой пятёрки половина сразу идёт наверх, чтобы ко мне вопросов не было. Ещё штуку я возьму на отделение. В коридоре учебного корпуса линолеум менять надо, да и мебель неплохо бы закупить… а то бомжатник-бомжатником.

— Спасибо, — кивнул я.

— Отдавать наличными, только в руки. Сейчас после меня подойдёт девушка — вот ей всё и передашь. Встречаться будете в разных местах — я через Ступикова говорить буду… кстати, ловко ты с ним. Молодец. Он прям за тебя горой! И главное — обошлось в копейки.

— Стараемся, — ответил я.

— Один только момент: в сессии я помочь не смогу. Что-то завалишь — на кафедры я не полезу. Особенно на языковые. Там у них отдельный ценник. А если узнают, на каком ты положении — его заломят до небес. А они узнают. Так что имей ввиду.

— Не завалю, — ответил я.

— Ну и ладно. Но я всё же рекомендовал бы помогать по возможности. Вот тебе намёк: в этом семестре вам назначат препода по языковой практике, который на китаянке женат. У него шуры-муры с торговлей, вроде как дублёнки ли шубы таскает. Поможешь разрулить ему тёрки с местом на Черкизоне — он будет весь твой.

— Спасибо, — повторил я.

— Да не за что, — отмахнулся Анохин. — Давай, смотри только по своим делам осторожнее. Я бы хотел благополучно доработать до пятого курса. А дальше там уже как сложится.

— Кстати, насчёт моих дел. Я бы хотел взять с собой на день города Гоменюка и Зимина, не возражаете?

— На выходные?

— Выходные плюс пятница.

Анохин почесал подбородок.

— Ну ладно. Только смотри — наша договорённость она только про тебя. За остальных, конечно, можешь простить — но не чаще раза в месяц и по обстоятельствам, без гарантий.

— Договорились, — кивнул я.

— Ну ладно. Жди здесь.

С этими словами Анохин развернулся и пошёл к своему подъезду. Ровно в тот момент, когда он приблизился к двери, она распахнулась и оттуда вышла девушка. Некрасивая, полноватая, но в дорогом пальто и кожаных осенних сапогах.

Девушка подошла ко мне. Встала рядом, не произнося ни слова.

Я достал из кармана «бомбера» заранее приготовленный конверт и протянул ей. Она тут же спрятала его в карман пальто и удалилась обратно в подъезд, даже не пытаясь пересчитать сумму. Впрочем, учитывая соседство, это было, скорее разумно. Некоторые вещи приходилось делать на доверии.

Мы собрались в пятницу, в техническом помещении высотки МГУ, под самым шпилем. В самом здании вовсю шли подготовительные работы к завтрашнему шоу. Чтобы достать пропуска сюда, Лике пришлось выйти на мэрию.

Серёжа порядком запыхался по дороге — сказывалась комплекция. Я дал ему время отдышаться, любуясь видом.

— Ты в курсе, что отмазал нас от наряда по столовой? — спросил Зимин, приближаясь к распахнутому настежь окну.

— Нет, — ответил я, пожимая плечами. — Это имеет значение?

— Да не особо… просто приятно оказаться на дне города свободным. А то я и Москвы-то особо не видел.

— Ребят, вы обдумали то, о чём мы говорили в прошлый раз?

Я решил перейти сразу к делам. Для сантиментов ещё найдётся время.