"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 1574

— Болельщиков киевского «Динамо», — пояснил Саня. — Сало. Дырка. Мы их так называем.

— Вот оно что…

— Ну да.

— А они вас как?

— Да по-разному, — ответил Саня, грустно вздохнув. — Чаще всего жидами.

— Какие высокие отношения… — заметил я.

— Да ваши ультрас тоже как только друг друга не зовут. У вас в Москве есть «Спартак» — они мясо. Есть ЦСК — они кони.

— Спасибо, что просветил, — ответил я.

— Пожалуйста, — ответил Саня.

Какое-то время сидели в молчании. Я заметил, что Саня дрожит — на нём не было футболки. То ли сорвали во время потасовки, то ли пришёл так. Я же был в лёгкой спортивной куртке, всегда надеваю её после силовых тренировок.

Скинув куртку, я протянул её Саньку.

— Держи, — сказал я.

— Да ладно, я нормально! — попытался возразить тот.

— Держи, говорю. Тебе ещё обратно ехать. С температурой это неприятно.

Немного поколебавшись, он всё-таки взял куртку и накинул её на плечи.

— Спасибо, — сказал он.

Где-то вдалеке послышались сирены.

— Припёрлись… — шёпотом сказал Саня. — Как обычно, под конец…

— Слушай, а вообще такое вот часто бывает? — спросил я. — Мне кажется, я видел убитых. Это же жесть вообще…

— Жесть? — переспросил Саня.

— Ну, в смысле, жёстко.

— А-а-а, ваши москальские словечки. Нет, были разные стычки. Но о похожем я ещё не слышал. Походу, сегодня история творится…

— Блин, такое чувство, что тебя это всё восхищает… — удивился я.

Саня хотел что-то ответить, но тут сирена взвыла совсем рядом. Где-то за заколоченным окном мелькнули синие отблески проблескового маячка. Мы притихли.

Милицейская машина (или скорая?) проехала мимо, по ближней дороге.

— Ну вроде как участвовал в легендарной битве… — всё-таки ответил Санёк.

— Дурь, — уверенно сказал я.

— Слушай, вот сейчас обидно было!

— Зато правда.

— Не будь ты… — начал было Саня, но потом осёкся и спросил: — ты где, кстати, так махаться научился? На секцию ходил?

— Что-то вроде, — кивнул я.

— Оно сразу и видно. Вообще, повезло, конечно, что ты рядом оказался. Я нифига не понял, почему пацаны не помогали — видели же, что меня сейчас мочканут… — он грустно вздохнул и замолчал, погрузившись в свои мысли.

С наступлением темноты заметно похолодало. Без куртки было зябко; я очень хотел обратно в квартиру Серёжиного дяди.

— Может, пойдём уже? — предложил я.

— Погодь чутка, — ответил Саня. — Надо дождаться, как скорые обратно поедут. Тогда уже можно пробираться.

— Ясно… слушай, а чем ты вообще по жизни занимаешься? Работаешь? Учишься?

— Учусь, — ответил Саня.

— А где?

— В Политехе, на программиста-лаборанта.

Я мысленно улыбнулся. Определённо, мироздание начинает мне подыгрывать. Для реализации моих дальнейших планов мне очень нужен был человек с айтишными навыками этого времени. Однако же радоваться рано: совпадение могло быть ложным. Едва ли футбольный фанат мог быть хорошим кодером. Или всё-таки мог?

— И… как успехи в учёбе? — спросил я.

— Да нормально, — ответил Саня. — Я сейчас на третьем курсе. Посылали на олимпиаду в Берлин, так меня одна британская компания клеить начала. Чуть не контракт подсовывали. А ещё вашей компании продал одну прогу, которая обрабатывает данные со спутников и даёт прогнозы по запасам месторождений. Допилил курсовую, и вот: продал за триста баксов. Оторвали с руками! Только хардлок за их счёт, конечно.

«Видимо, всё-таки мог», — решил я про себя.

— Слушай, а ты где остановился? — спросил я.

— В смысле?

— Ну, переночевать есть где?

— Сейчас на вокзал пойду, электричку ждать.

— Слушай, а, может, у нас заночуешь? — предложил я. — Не думаю, что мой друг и его дядя будут против, учитывая все обстоятельства.

Санёк помолчал немного. Потом ответил:

— А это дело. На вокзале менты шмонать будут, ловить наших. Реально же трупы были… короче, если получится буду благодарен.

— Договорились, — кивнул я.

Шли пешком, пробираясь через кусты и обочины. Чуть не попались, когда переходили большой мост: со стороны метро шёл пеший патруль. Увидели, как мы забираемся на тротуар, и начали кричать. Нам же ничего не оставалось делать, как дать дёру. К счастью, за нами не погнались. Видимо, работы и без того было предостаточно.

Отдышались, потом дворами-мостами-парками дошли до дома Антона Семёновича. Санёк при этом достаточно уверенно ориентировался, достаточно назвать было адрес, и он привёл меня на место не хуже навигатора. «К тётке часто ездили, пока жива была», — пояснил он.

К моему удивлению, Серёжу мы встретили возле подъезда. Он стоял, нахохлившись, в тонкой светлой ветровке и тревожно оглядывался по сторонам. Увидев нас, он широко улыбнулся и кинулся ко мне, раскрыв объятия.

— Саня, блин! — воскликнул он, стискивая мою грудь. — Ну ёлки же! Напугал ты нас!

В этот момент из подъезда показался сам Антон Семёнович. К моему появлению он отнёсся более сдержано, хотя и явно был рад меня видеть.

— Слухи дошли, там какая-то потасовка ультрас была, — сказал он. — Видел что-нибудь?

— Видел, — кивнул я. — Кстати, это Саша, — я указал на своего спутника, который до этого мялся в тени кустов, стараясь казаться как можно незаметнее.

— Драсьте!.. — кивнул он, улыбнувшись.

— Одессит, что ли? — спросил дядя, протягивая ему руку. — Я Антон Семёнович.

— Очень приятно, — кивнул Саня.

— Ты что, тоже из этих что ли будешь? — спросил дядя.

— Был… наверное, — Саня вздохнул. — Насмотрелся сегодня. Меня чуть не зарезали — Саша вот меня выручил. Он махается будь здоров! Как Джеки Чан!

Антон Семёнович улыбнулся.

— Чип с Дейлом, не иначе, в одном лице, — сказал он, глядя на меня.

Я улыбнулся в ответ.

— Ладно, народ, дело ясное. Добрались и отлично. Айда домой, мне надо выспаться, — сказал он.

Мы поднялись в квартиру. Антон Семёнович, однако же, лёг далеко не сразу: сначала накормил нас борщом и котлетами. Потом где-то достал ещё один комплект постельного белья.

Мы втроём разместились в одной комнате, где уже ночевали мы с Серёжей после возвращения из Зоны. Для ещё одной постели нашёлся матрас, который постелили на пол, рядом с моим. Серёжа спал на узкой тахте, у стенки, на которой висел ворсистый ковёр.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, но, несмотря на поздний час, спать не хотелось, сказывался полученный адреналин.

— Саня? — минут через пятнадцать непрерывного ворчанья и вздохов спросил Серёжа. — Не спишь?

— Нет, — мы с Саньком ответили одновременно.

— Блин. Как вас различать-то теперь? — вздохнул Серёжа.

— Зови его Шуриком, — предложил я.

— А почему меня? — возмутился Санёк.

— Потому что я первым ответил, — сказал я.

— Нечестно… хотя ладно, Шурик так Шурик. Даже интересно.

— Что спросить-то хотел? — уточнил я.

— Как там было-то, в качалке в этой?

— Да нормуль. Колхоз, конечно, но всё, что надо есть. Зря не пошёл, — на автомате ответил я, и тут же попытался исправиться, — хотя…

— Да нет, правда зря, — перебил Серёжа. — Теперь вот думать буду, что бросил тебя в беде…

— Ха! — возразил Шурик. — Это ещё кто кого бросил! Или ты что, так же махаться умеешь?

— Нет, не умею, — ответил Серёжа. — Но всё равно.

— Ничего не всё равно. Там людей убивали. Понимаешь? По-настоящему.

Серёжа промолчал.

— Вообще, очень странное чувство, конечно… — признался Шурик.

— Что выжил? Ничего, это нормально.

— Нет! — возразил он. — Не это…

— А что тогда?

— Слушай… ты только без обид если что, ладно?

— Ну как скажешь… а в чём дело?

— Да как-то вообще необычно, что в центре нашей столицы, в эпичном махаче столетия меня вдруг спасает реальный москаль…

Я сделал паузу. Потом осторожно спросил:

— Что именно тебе кажется необычным?

— Ну, знаешь… по чесноку если наши вас недолюбливают. Футбольные ребята.