"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 1341

Искорка слева мигнула ещё ярче…

Портал!

Да, вот он… Еле видно… Но спираль словно прожигает эти пожухлые стебельки. И чем дольше я кошусь на неё глазами, тем быстрее она начинает плясать вокруг растущей тёмной пустоты…

— Ну что, всё или нет? — Позади замороженной девчонки снова послышался голос Кривошеина. — Долгое ещё возиться будешь?

— Да вот, уже… Так пойдёт?

— Хм… А у неё не плохой вкус в нижнем белье, оказывается… Вот уж не думал… Эй, Шубский? А может это она для тебя так приоделась, а? А-ха-ха-ха…

— Хе-хе-хе…

Спираль раскручивается всё сильнее… И становится всё больше… Интересно, как они этого не замечают? Или слишком заняты там, позади…

— Жаль, конечно, что остальное всё недоступно… Ну да ладно… Хм-м-м… Это лёд тает, или ты уже для меня так намокла, а, девочка?

Рыжие всполохи уже снова танцуют вокруг меня… Тени, падающие от трибуны, быстро сгущаются… И вот вокруг уже нет ничего, кроме пляшущего пламени и крутящих хоровод теней…

И голосов…

— Кто это? — Сиплый хрип на этот раз удивился явно притворно. — Снова тот, о ком я думаю?

— Это он… — Змеиный шелест снова где-то сзади. — Ему понравилось…

— Но он смог лишь забрать жизнь… — Тонкий голосок сверху снова был разочарован. — Всего лишь жизнь…

— Он не готов. — Низкий рык в бесконечной бездне под моими ногами снова вынес категоричный вердикт.

Вижрьогня и тьмы начал растворяться и убегать прочь. Нет! Подождите!

— Я хочу попробовать ещё раз!!!

Понятия не имею, что я имел в виду… Наверное то чувство, которое возникло в момент смерти того подонка из спортзала. Тогда, когда его лицо плющилось под моими ударами… Тот огонь в груди. Тот жар на коже… То пламя в моих глазах… Как я мог забыть это чувство? Оно же лучше всего, что случалось со мной до этого…

Чувство свершённой мести. Чувство восстановленной справедливости. Ощущение того, что теперь я вершу чью-то судьбу…

— Он думает, что в этот раз сможет? — Сиплый по-прежнему говорил вопросами.

— Он не думает… — Змея позади шипела ответы. — Он знает… Он помнит… Он любит…

— Он ещё такой наивный… — Тонкий голосок сверху, кажется, хихикнул. — Думает, что их жизни чего-то стоят…

— Хорошо. — Снова вынес решение басовитый рык. — Пусть попробует забрать то, что нам нужно.

Согревающие воспоминания тут же вновь сменились холодной пустотой. Которая начала высасывать в себя то танцующее пламя, из которого сейчас состоял я сам…

Холод… Обжигающий морозный холод… Пустой и в то же время твёрдый, как лёд… Он снова вытягивает из меня мои огоньки! А ну не смей! Не смей!!! Это моё по праву!!!

— Нет!!!

Распахнув глаза, я обнаружил, что сижу на земле, сжимая в руках оплавленные куски металла. Сжимаю в руках, раскалённых до бела.

И теперь взгляд полный растерянного смятения застыл не только на лице вмороженной в лёд девчонки. Теперь на меня так смотрят и все остальные…

Глава 22

То,что нужно

— Что за… — Пирсингованный парень наконец-то выдавил из себя пару слов, опустив вытаращенные глаза на обрывки гнутого металла в моих руках.

За этот миг мои ладони вдруг резко снова стали вполне обычными — словно кто-то щёлкнул выключателем. И вместо раскалённой добела поверхности снова была обыкновенная кожа.

Я рефлекторно выронил раскалённые скобы ещё раньше, чем понял, что произошло — они чуть не сожгли мне пальцы.

В нос тут же ударил запах горелой тряпки — оплавленные по краям металлические крючья теперь перестали держать ещё и ноги. Но успели подпалить костюмные брюки. Дорогой натуральный материал, конечно, не вспыхивал так легко, как взялась бы синтетика. Но жжение тлеющих штанин я почувствовал. И немедленно вскочил на ноги, сбрасывая с себя горячие обломки.

И без малейших раздумий рванул дальше вперёд, разбрасывая по пути тлеющие искры. Ведь кем бы ни были те голоса в портале, они лишь дали мне шанс. А дальше я должен сам…

…забрать то, что нам нужно.

Любитель пирсинга стоял ближе всего. И тут же поплатился за дань своему экстремальному стилю, когда я сначала с ходу ткнул его обожжённым правым кулаком в солнечное сплетение. А левой — выдернул дерзкий перевёрнутый крест из его уха. И украшение весьма удачно уместилось между сжатыми пальцами, выставив наружу длинную острую часть — как раз пока я на обратном движении врезал локтем в другое ухо — почти свободное от украшений.

И пока этот парень ненадолго вышел из игры, я тут же развернулся к тем, кто сейчас находился позади ледяной глыбы.

Кривошеин, как оказалось, уже даже успел приспустить штаны, пристраиваясь к размороженной части беспомощной пленницы. И пока он торопливо подтягивал их обратно, я атаковал ближайшего ко мне белобрысого фокусника.

Никаких размашистых хуков в ухо, как в барных драках киношных кобвоев. Никаких ударов в скулу или челюсть, от которых быстрее сам сломаешь себе пальцы, если у тебя нет кастета. И уж тем более никаких пинков по ногам или нелепых толканий в грудь. На улице бить надо туда, где мягко. Глаза, нос, горло, пузо, пах — смотря до чего дотягиваешься.

Я смог дотянулся только до первой цели.

— А-а-а-а-а-а!!! — Острый крест остался торчать из угла левого водянистого глаза. Не выколол. Но тоже неприятно.

А мой правый кулак не достал до бледного вражьего носа совсем чуть-чуть — прямо в воздухе перед ним вдруг образовалась ледяная пластина. Которая вдребезги разбилась от удара, но порезала мне костяшки — так сильно, что вместе с ледяными осколками в стороны полетели и капельки крови.

Однако вид раненого противника тут же разжёг в груди уже знакомый азарт. И вместо того, чтобы продолжать переть на крашеного блондина как молотилка комбайна, я пригнулся и прыгнул плечом вперёд — толкнув орущего парня в живот. Одновременно подхватывая с земли один из осколков.

Острый кусок льда был настолько холоден, что вместо того, чтобы выскользнуть, наоборот примёрз к вспотевшей ладони. И как только я оказался на земле вместе со своим противником, я тут же вонзил этот осколок опять туда, куда дотягивался — прямо между ног.

И если до этого крашеный барчук лишь растеряно подвывал, схватившись рукой за глаз, то теперь заверещал совсем как девчонка. Вселяя в меня ещё больше презрения и ненависти… И вы ещё называете себя благородными⁈

— Хдунк!

Едва я попытался подняться с земли, как тяжёлый удар слева отбросил мою голову в сторону — а за ней и всё тело. Мир немного пошатнулся. Но я на автомате сделал то, к чему уже давно привык в таких ситуациях. Когда не можешь быстро подняться на ноги после нокдауна — катись в сторону, прочь оттуда, откуда только что прилетело.

И пока я кувыркался вбок по траве, злость от пропущенной оплеухи просто взорвала меня изнутри…

Наткнувшись рёбрами на одну из разорванных горячих железок, я без малейших опасений схватил её голой рукой. И не глядя швырнул в ту сторону, откуда только что получил ногой в челюсть. Но вместо металлического стука оттуда вдруг раздалось шипение — словно кто-то разбил на раскалённую сковородку пару яиц.

— Ай, с-с-у-у-ук-к-к… — Тараща глаза на собственное плечо, Кривошеин попытался столкнуть с него кусок расплавленного металла. Но тот быстро застыл, вцепившись горячей хваткой в дымящуюся под ним ткань. И в итоге плешивый граф лишь обжёг себе пальцы. — Ай-с-с!..

В то время, как я пытался встать, осматривая собственную пятерню. И успел заметить, как раскалённая добела поверхность вновь превратилась в обычную человеческую кожу.

— Арс, сними это!!! Сними!!!

Отпустив порванное ухо, смуглый паренёк махнул окровавленной ладонью в сторону вопящего от боли приятеля. И оплавленный кусок стали отлетел на землю, вырвав клок прилипшей к нему пиджачной ткани. Сквозь дымящуюся дырку было видно, что и белую рубашку прожгло почти насквозь.

— Орёшь как баба… — Отталкиваясь от земли, я сплюнув кровь и схватил свободной рукой ещё один металлический обломок. И когда мой взгляд невольно упал на тот участок ледяной глыбы, к которому только что пристраивался Кривошеин, ярость немедленно вскипела с новой силой… Как же я ненавижу ублюдков, которые пользуются чужой беспомощностью!