Путь к моему сердцу (СИ) - Мали Мари - Страница 2

Провалившись в забытье, я оказалась в очень светлой комнате или мне так показалось, так как со всех сторон светил очень яркий свет, что слепил глаза. Сидела я посредине комнаты на деревянном табурете и ощущала тепло, идущее со всех сторон. Постепенно от стен отделились фигуры старцев, оказавшиеся источниками этого освещения.

— Приветствуем тебя, путница! — изрек первый старик. — Вероятно хочешь знать, зачем ты здесь?

— Да знаете, дедушка, хотелось бы знать, и почему я старая такая, и почему именно здесь, и где мой Мишка?

— Слишком много вопросов задаешь, путница. Скажем тебе пока то, что нужно знать тебе именно сейчас. Забрали тебя сюда за свет твоей души, которым ты сияла рядом со своим избранником. Он тоже здесь, но не узнаете вы друг друга пока ты, путница, не спасешь десятерых от неминуемой беды. А также после спасения этих душ, должна ты будешь выполнить одно условие и лишь после этого, твоя вторая половина — твой избранник начнет тебя узнавать, ну а заодно дадим мы тебе молодость и красоту, как награду за испытания.

— Только сначала пройди этот путь, а мы пока за тобой понаблюдаем, вмешиваться будем только в самом крайнем случае, так что надейся только на себя, — молвил второй старец.

— Дедушки, миленькие, а как же я спасать то буду, эти души ваши, если я старая, что та кобыла, которая еле копыта переставляет, — взмолилась я.

Один из дедов кивнул третьему, что стоял молча: — Дай ей сил молодых, и то правду говорит, что старухе под силу то.

Старик поднял посох, что держал в руках и как даст мне по лбу, и я опять провалилась в темноту.

В этот раз я проспала очень долго, когда открыла глаза, за окном было ранее утро и стояла полная тишина. Встав с кровати, я поняла, что сон был непридуманный, руки и ноги работали, как у молодой, спина не болела, только внешняя оболочка осталась старой и неприглядной.

Вместе со здоровым организмом похоже, посохом мне вбили еще воспоминания графини, коей я являлась. Ну хоть беспамятной дурой не придется прикидываться и то хлеб.

Старая графиня, была далеко не промах, имея не очень привлекательную внешность, очень поздно вышла замуж за более молодого вдовца — барона с двумя малолетними дочерями. Материальной выгоды в этом поступке для нее не было, но возникало замужнее положение, к которому она стремилась. Что касаемо, барона Пентона, который имел более низкий титул, он в браке с Беллиндой Блэр увидел возможность попасть в более высокие круги общества, о чем давно лелеял надежду. Брак с более титулованной женщиной не давал ему графское кресло, он по-прежнему оставался бароном, но для социума он как будто бы приподнялся за счет жены графини.

Барон был по-мужски привлекателен и не стеснялся скрашивать свои вечера не только с женой, о чем Беллинда прекрасно знала и равнодушным молчанием никак не препятствовала его похождениям. Мужа она не любила, к его дочерям относилась достаточно прохладно, на что они отвечали полной взаимностью. Получив статус замужней дамы и избежав положения старой девы, вполне довольствовалась этим. Проанализировав воспоминания своей предшественницы, я пришла к выводу, что графиня была достаточно холодной и равнодушной особой, не проявляющей практически никаких интересов к жизни. Существовала этакой статуэткой на камине в гостиной, куда поставят, там и стою. Что же я буду делать со своим неуемным характером в этом инфантильном теле? Где наша не пропадала! Пусть думают я сошла с ума, после ухода мужа в мир иной.

3. Наводим порядки

Встав с постели, я мысленно приготовилась к бою за чистоту в этом поместье, где царила ее величество грязь, а прислуживали ей мыши с тараканами. Пойду, устрою им тут кузькину мать, остальные пусть погрязнут в этом бардаке, но я точно не буду. Знаем мы этих англичан, моются небось раз в полгода. Полномочиями по управлению я обладала в полной мере, особенно после смерти муженька, просто раньше никогда ими не пользовалась. Две клуши — дочери барона также не утруждали себя ведением дел, руководил всем и вся барон. Вот когда он начал болеть и старость брала свое, взял он в помощники управляющего, некоего Джеймса Брана из простых.

Ну о делах мы подумаем чуть позже, а пока пойду всех выстрою вдоль и поперек.

С таким настроем я выбралась из своей спальни и продефилировала на кухню, начинать я решила с самых злачных мест, в списке которых, по моему мнению, места приготовления пищи занимали первое место.

На кухне суетились две девочки подростка, под руководством бабищи, которую, наверное, за три дня не объедешь. Тетка орала на девчонок зычным басом, призывая торопиться, а то леди на завтрак уже скоро выдут, а у них ничего не готово. К моему удивлению в данном помещении было относительно чисто, только котлы не мешало бы почистить, конечно.

Увидев меня, кухарка быстро заморгала, видать нечасто хозяйка сюда заглядывала, а возможно и никогда.

— Доброе утречко, Ваше сиятельство! Может что-то хотели, так мигом вам сделаем в лучшем виде, — поприветствовала меня Лидина, всплыло в памяти имя главной поварихи. Я поперхнулась, да, слава Богу, что живешь ты не в современном мире, от такого имечка совершенно точно были бы одни только неприятности. Хотя, судя по фактурной комплекции кухарки, мало бы кто посмел рифмовать ее имя без последствий.

Подавляя смешок, я заверила кухарку, что мне ничего не надо и выспросила, где мне искать служанку, что должна убирать мои покои.

— А, так это, Блайт, вам нужна что ли? (реальное английское имя). Так ее днем с огнем не найдешь, поди на конюшне обитается, там жених ее, вот она и крутится перед ним без остановки.

Блайт, ну епрст, что за рай матершинника, кто их тут так называет, ладно разберемся, зато запоминаются на ура. Память прежней хозяйки хоть и возвращалась ко мне, но пробелов было еще немеряно. Образ легкомысленной служанки все-таки возник перед глазами. Все понятно, ищем рыжую и бесстыжую Блайт. Ну ничего, хоть я и графиня и все тут привыкли, что мне по барабану на хозяйство, теперь все будет по-другому. Мы, бухгалтера, бардак не потерпим, ни в отчетах, ни в жизни.

С боевым настроем я отправилась на конюшню, дабы научить неразумную девицу наводить чистоту в хозяйском доме. На месте мне открылась чудесная картина. Рыжая оторва, лицо которой было усыпано веснушками, словно звездами на ясном ночном небе, крутилась вокруг симпатичного молодого парня, ну прям идиллия. Сейчас я им устрою тут романтическую обстановку, все флирты в нерабочее время, а солнце пока еще высоко.

— Блайт, иди сюда немедленно! — гаркнула я с максимальной строгостью в голосе. Девица аж подпрыгнула на месте. Вот ведь правда, если человек всю жизнь вел себя спокойно, ты не ожидаешь от него уже ничего другого. Несчастная Блайт, решила, что хозяйка сошла с ума, но подчинилась и подошла ко мне.

— Когда ты убиралась у меня последний раз, отвечай? — грозно спросила я бедняжку.

— Так это, вчера… — неуверенно залепетала служанка.

— Вчера там только мыши хвостами мели, да тараканы усами пыль стряхивали, а тебя там точно не было, — возмутилась я на откровенную ложь девицы. — А ну бегом убираться и, если я к вечеру найду хоть соринку, уволю к чертовой матери без выходного пособия.

Что такое за чудо — выходное пособие, Блайт не знала, но предпочла убежать от злой хозяйки, дабы не получить еще больший нагоняй. Тааак, теперь найдем тут главную по служанкам, экономку Маршу Петт, подсовывала мне подсказку память из своих закоулков.

Вышеупомянутая дамочка, преспокойно распивала чаи в гостиной, нисколько не смущаясь и не тушуясь от присутствия хозяйки дома. Похороны прошли позавчера, но цветы не были убраны, про общее состояние гостиной вообще умолчу. Что толку от богатых гобеленов и шикарных росписей на деревянных стенах, если это никогда не чистилось и не приводилось в порядок. На люстрах пауки наплели столько сетей, что можно было снимать и спокойно заниматься ловлей рыбы, настолько многослойными были паучьи кружева.

Электричество слава всем богам, здесь было. Не знаю попала я в параллельный мир или меня унесло во временном вихре в старую добрую Англию конца XIX века, это мне еще предстоит уточнить. Хвала создателю «электрической свечи» Павлу Яблочкову и экспертам, не давшим осудить существование электричества и его право на жизнь. Такой суд реально был и проходил между сторонниками газового освещения и защитниками электротехнического прогресса. Тогда как в других странах уже вовсю активно пользовались электричеством, в Англии не давали ему ходу. Аргументы противников были смешны и нелепы, ну как можно серьезно отнестись к тому, что электрический свет старит женщин или придает товару торговца рыбой «дурной вид». Через два месяца заседаний, судьи безоговорочно «оправдали» прогрессивное освещение.