"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Кондратюк Глеб - Страница 1745

Лена посмотрела мне в глаза и заявила:

— Она хорошая девчонка. Умная. И добрая.

— Главное, чтобы она про мои пластинки не забыла, — сказал Артурчик.

— И про книги, — добавил Кирилл.

В воскресенье двадцать пятого августа Лена и Наташа перевозили свои вещи в общежитие.

В этот день у Наташиного отца был выходной, он перевозил вещички девчонок на служебной машине.

Прохоров вызвался им помочь.

Вернулся Артурчик в посёлок уже затемно. Он пришёл уставший и задумчивый. Артур расставил перед нами на столе привезённые из города шесть бутылок пива, вздохнул и покачал головой.

— Что я вам скажу, парни… — произнёс он.

Прохоров посмотрел сперва на меня, затем на Кирилла.

— У Ленки и у Наташки новая соседка по комнате появилась, — сообщил он. — Перевелась к нам из Ростова-на-Дону. Заселилась вместо Светки Миккоевой. Рыженькая. Ларисой её зовут. Фамилию я не запомнил.

«Широва», — вспомнил я.

— Так вот, парни…

Артурчик покачал головой.

— Эта деваха просто… просто обалденная!

Прохоров взмахнул руками, словно изобразил взрыв.

— Точно вам говорю: она красивее Натахи, красивее Инги и даже красивее Ленки Котовой.

Глава 8

В понедельник Торопова и Котова к нам не приехали. Девчонки ещё вчера через Прохорова нам передали, что понедельник посвятят уборке своей комнаты. Артурчик утром покинул посёлок: отправился к отцу собирать вещи для переезда в общагу (за ним приехал Дмитрий на служебной машине директора швейной фабрики). Мы с Кириллом в этот день тоже не бездельничали: занимались приготовлениями к завтрашнему возвращению в общежитие. Младший брат меня не торопил: Инга Руде в письме ему сообщила, что вернётся в Новосоветск в среду (двадцать восьмого августа). Поэтому мы с Киром сегодня без спешки сложили сумки, а после обеда прокатились на мотоцикле к реке, закрыли для себя купальный сезон.

Вечером я от соседей позвонил Илье Владимировичу Прохорову. Трубку сняла Варвара Сергеевна — мы обменялись с нею любезностями. Директор швейной фабрики обрадовался моему звонку. Он заявил, что сам уже подумывал со мной связаться, но отложил эту затею на завтра. Илья Владимирович поинтересовался, продолжу ли я работу кондитерского цеха. И признался, что у него уже есть два заказа для меня на первое сентября. Изготовлением «цветочных» тортов я не занимался с мая — за это время мои запасы денег не иссякли, но заметно подтаяли. Поэтому от заказов я не отказался (тем более что их сделали «очень важные люди»). Сообщил Прохорову, что и у меня есть к нему сразу две просьбы.

Поинтересовался у Ильи Владимировича: нет ли у него знакомых в Госавтоинспекции, через которых я бы «заочно» сдал на права. Рассказал Прохорову, что у меня теперь есть мотоцикл, на котором я хотел бы спокойно колесить по городу. Директор швейной фабрики поздравил меня с обретением транспортного средства и спросил, почему я не получу водительское удостоверение «обычным» способом, раз уж проблем с ездой у меня не было. Я честно ответил ему, что «предпочёл бы ускорить процесс» и «щедро отблагодарил» бы человека, сэкономившего мне время на получение водительского удостоверения «обычным» способом. Прохоров пообещал, что «проконсультируется» по этому поводу с «приятелем».

Ещё я попросил у «дяди Ильи» совета, как мне на законных основаниях пропустить сентябрьскую поездку в колхоз. Уточнил, что «основание» мне нужно «со всеми положенными штампами и печатями», чтобы «в деканате не подкопались». Пояснил директору швейной фабрики, что всей душой переживаю за сбор урожая. Но «так уж сложились обстоятельства»: в начале сентября у меня состоится важная встреча, которую я не пропустил бы даже ценой обычного «прогула» поездки «на картошку». Прохоров пообещал, что проконсультируется на эту тему с «людьми». Заявил, что ответы на мои просьбы я получу от него «на днях». А его водитель приедет за «продукцией» моего кулинарного цеха в субботу утром.

Во вторник мы с Кириллом перевезли свои пожитки из посёлка в общежитие. Встретили рядом с комнатой вахтёров шумную толпу первокурсников. Поздоровались с бабой Любой, вручили ей банку маминого абрикосового варенья. Явились в комнату раньше Артурчика — полюбовались на комки пыли, что передвигались по паркету, словно перекати-поле по пустыне. Вооружились вёдрами с водой и тряпками. Припозднившегося на наш не субботний субботник Прохорова я отправил на кухню перемывать посуду и начищать потускневшие за лето бока гордости нашей комнаты: электросамовара. По завершению уборки я не отказал себе в удовольствии — прогулялся в душевую, где больше получаса простоял под струями тёплой воды.

Котову и Торопову мы встретили в столовой (заранее согласовали с ними время встречи через Артурчика, уже посетившего сегодня «женский» корпус). Они пришли туда, когда мы с Кириллом уже увлечённо стучали по тарелкам алюминиевыми вилками, а Артурчик размахивал ложкой и фантазировал вслух по поводу сентябрьской поездки в колхоз. Лена Котова обрадовалась встрече с нами, будто бы не видела нас всё лето. Выглядела она весёлой и бодрой. А вот Наташа Торопова мне показалась хмурой и молчаливой — сегодня она не отпустила в мой адрес ни одного язвительного замечания, будто ей было не до меня. Здесь же, в студенческой столовой на первом этаже нашей общаги я впервые в этой новой жизни увидел Ларису Широву.

Отметил, что встреча с Ларисой случилась на неделю раньше, чем «тогда». Я впервые в этой новой жизни посмотрел в ярко-зелёные глаза Шировой не третьего сентября рядом с главным корпусом МехМашИна при посадке в автобус. А сегодня, двадцать седьмого августа, когда сидел за столом в столовой, ковырял вилкой остывшую запеканку. Лара (так она сама себя называла) уселась по левую сторону от Котовой — напротив меня. Посмотрел мне в лицо открыто, без смущения. Улыбнулась — продемонстрировала ровные белые зубы. Я скользнул взглядом по её лицу и с удивлением заметил, что у Шировой и у Котовой схожие причёски (отличался лишь цвет волос), похожий овал лица и даже взгляд Ларисы походил на тот, каким меня частенько изучала Котова.

— Привет, мальчики, — сказала Широва. — Меня зовут Лара. Теперь я учусь вместе с вами.

Рыжеволосая «Лара» не спускала с меня глаз. На Кирилла и на Артурчика она взглянула лишь мельком. А вот моё лицо Лариса изучала внимательно, открыто, без смущения — как тогда, в автобусе.

— Привет, Лара, — сказал я. — Добро пожаловать в Новосоветск.

Со среды студенческая жизнь вернулась на круги своя. Утором мы с Киром и с Котовой пробежались по уже слегка подзабытому за лето маршруту, позанимались на спортплощадке. Позавтракали в столовой. Четвёртый этаж мужского корпуса постепенно оживал: на кухне у окна вновь объявились Красильников и Мраморов (устраивали там задымление), за стеной нашей комнаты зазвучали голоса приехавших из Старого Оскола соседей, шаркали ногами по коридорам шумные первокурсники. Вернулась в Новосоветск Инга Рауде — Кирилл умчался к ней. Артурчик после завтрака тоже ушёл в женский корпус. Ко мне в комнату ожидаемо нагрянула Котова. Лена по-хозяйски улеглась на мою кровать и рассказывала мне «свежие» сплетни.

В пятницу после обеда по этажу снова пополз запах бисквитных коржей. Пока незнакомые с работой моего кулинарного цеха первокурсники приходили на кухню, посматривали на работу Котовой. Поначалу они лезли к Лене с расспросами и даже неумело заигрывали с ней. Пока их воспитанием не занялся Вова Красильников. Вечером при моём появлении на кухне вчерашние школьники убегали оттуда подобно потревоженным тараканам. Лена поведала мне: Вова и Паша (теперь уже пятикурсники) пугали студентов первого курса «злым и беспощадным» Чёрным, который «сворачивал шеи» за один лишь взгляд на Котову. А тех, кто совал свои носы в духовки, где выпекались коржи, Чёрный (по их версии) попросту «безжалостно выбрасывал в окно».