"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Лазаренко Ирина - Страница 1105

Роксана Флакк остановилась подле Валерии. Вернувшись из плена, Роксана коротко постриглась и стала носить мальчишеские туники. Сейчас на ней была короткая туника со шнуровкой на груди и кожаные брюки до колен.

– Мы напрасно затеяли эту демонстрацию, правда? – спросила Роксана. – Римлянам нравится Бенит. А Флакк – нет. Так что топать дальше нет смысла. Только натрём ноги и устанем. Пойдём-ка лучше домой и тяпнем фалерна.

Тут только Валерия почувствовала, что от девушки изрядно пахнет вином.

Роксана вдруг захохотала.

– Знаешь, что мне это напоминает? – спросила Роксана, давясь от смеха. – Вся эта нелепая ходьба? Ползание под рабским ярмом. Да, да, мы все ползём под рабским ярмом, а воображаем, что протестуем. – Жаль, что тебя не зарыли в могилу, Валерия Амата. В этом был бы какой-то смысл. Да, в этом был бы смысл… А вот в этом… – Она махнула вслед уходящим, – никакого смысла нет. Только т-с-с… Я никому не имею права говорить про ярмо. Меня убьют. Кассий Лентул меня убьёт, если узнает, что я проболталась. Мы все дали клятву. Я и Лентул. Но тебе можно… Тебе, сестрица, можно…

И Роксана двинулась назад нетвёрдой походкой.

А к Валерии подошёл хмурый центурион и сказал:

– Валерия Амата, позволь проводить тебя в Дом весталок!..

Не сразу она узнала в нем человека, который сопровождал её в Эсквилинскую больницу, и вся вспыхнула.

– Ты… как ты осмелился?

– Я выполняю приказ. Мне велено проводить тебя в Дом весталок и следить за тем, чтобы ты его не покидала.

– Это что, домашний арест? – Валерия гневно нахмурила брови. – Меня должен сопровождать ликтор, а не центурион.

– Это забота о твоей безопасности, Валерия Амата. Ликтор пойдёт впереди. Я – сзади.

– Тебе самому не противно, центурион, делать то, что тебе приказывают? – Она повысила голос.

– Не надо оскорблять меня, – отвечал он.

И она смягчилась. Палач ведь никогда не виноват. В древности ликторы служили и почётной стражей, и палачами.

– А ты не можешь достать для меня бутылку фалерна? – спросила она. – Я дам тебе тройную цену.

Центурион едва заметно кивнул. И по дороге на деньги Валерии купил три бутылки фалерна. Себе он не взял ни сестерция.

А Дом бурлил и гудел, как растревоженный улей. В атрии Валерию ожидал Великий понтифик. Отныне Великая Дева должна передать свой титул другой весталке. Оставшиеся два года Валерии запрещено было покидать Дом. А также раз в месяц Великий понтифик будет стегать её плетьми до кровавых следов – её, раздетую, в одной полотняной тунике. Такова была епитимья за нарушение древнего обычая.

«Лучше бы я согрешила с Марком и меня закопали у Коллинских ворот, – подумала Валерия. – Ты бы, Веста, меня простила…»

ГЛАВА VIII

Игры в Риме

(продолжение)

I

Марка Габиния без всяких объяснений выпустили из карцера. Щурясь от яркого света, он медленно шёл по улице. День был чудный. Не жаркий, но тёплый. В лавках продавались розы и венки. Он купил венок и надел на голову.

– Марк! – К нему спешила девушка в белой коротенькой тунике и сандалиях с пёстрыми ремешками.

Он не сразу её узнал. Верма? Что она тут делает?!

– Как я рада! – Она обхватила его руками за шею и прильнула губами к его губам. – Тебя били, бедняжка?! – Она коснулась пальцами его покрасневшего века. Он поморщился. – Поедем скорее.

– Куда?.. – спросил он обалдело.

– Как куда? Ко мне домой.

– А Валерия?.. – Он был почему-то уверен, что у дверей карцера его встретит Валерия.

– Она в Доме весталок. Где же ей ещё быть?

Она взяла его за руку и повела к авто.

– Мы уедем в Альбион. В Риме нам делать больше нечего. Достаточно, что по делу Кумия меня допрашивали несколько дней подряд. А теперь ты… Нет, так больше нельзя. – Она уже распахнула дверцу новенького ярко-синего «кентавра».

– Но я не хочу ехать! – попытался протестовать Марк Габиний.

– Не хочешь ехать?! А чего хочешь? Чтобы тебя вновь посадили в карцер?

– Ты думаешь, меня вновь посадят? – Он болезненно передёрнул плечами.

– Что ж ты думаешь? Бенит ни за что не оставит тебя в покое. Ты же у нас знаменитость. Почти что гений.

Он послушно уселся в авто рядом с Вермой. Она взяла его руку в свою. Её ладонь была немного меньше, но куда сильнее. Если она сожмёт пальцы, ему не вырваться.

– Не бойся, Марк, я спасу тебя, – пообещала Верма, прижимаясь к нему. – Я уже все подготовила, даже домик в пригороде Лондиния арендован.

– Если я уеду, меня могут лишить гражданства.

– Ерунда! Валерия не позволит! Хотя после того как она заставила нас с тобой сыграть этот спектакль, от неё можно ждать всего чего угодно.

– Зачем она это сделала? – Этот вопрос Марк задавал себе в карцере постоянно. Но ответа так и не нашёл.

– Ей надо было защитить себя от Бенита. Теперь любые обвинения в её адрес прозвучат грубой клеветой. Ну а во-вторых… – Верма сделала значительную паузу. – Она отпустила тебя на свободу. Ты можешь более её не ждать: она от тебя отреклась.

Марк и сам подозревал нечто такое. Подозревал, но не верил. И сейчас – тоже нет. Отпустила? Но зачем? Разлюбила? Ему не хотелось в это верить. Но, с другой стороны, так, как поступила с ним она, можно поступить только с нелюбимым человеком. Марк глубоко вздохнул.

И Верма улыбнулась. Этот вздох был ответом: он согласен ехать в Альбион.

II

С утра на салютации к сенатору Флакку никто не пришёл. Ни клиентов, ни сторонников – никого. Атрий был пуст. Напрасно сенатор выглядывал за дверь, ожидая. И далее слуг в доме сделалось меньше. Секретарь исчез без объяснений, а служанка оставила письмецо – якобы она тяжело больна и будет болеть ещё долго. К письму прилагалась справка от городского архиятера. Сенатор Флакк выкинул и письмо, и справку в корзину.

– Выборы мы проиграем, – сказал сенатор сыну. Тот вчера вернулся домой из «похода за демократией» грязный, злой и голодный, с огромным синяком на спине – демонстранты жили в палатках, и вигилы несколько раз пытались их согнать с насиженного места. – Банкиры и промышленники разом потеряли интерес и к популярам, и к оптиматам.

– А к авентинцам? – зачем-то спросил Гай, хотя авентинцы были всегда заядлыми врагами всех банкиров.

– Ты идиот, Гай! – вздохнул сенатор. – Теперь все денежные мешки толпятся вокруг Бенита. Это их новый гений. А римляне не могут жить без гениев – вот в чем дело. Все в один час поглупели. Неужели они не видят, куда заведёт их Бенит!

– Ну почему – никто? А первое послание Нормы Галликан в «Вестнике старины»? По-моему – здорово сказано…

– Ну и что? Уж если я, сенатор Флакк, не могу никого убедить, то смешно надеяться на какую-то там Норму Галликан. Ну да, она хорошо пишет. Но легковесно. И к тому же отказалась дать разрешение на печать новой статьи. Но главное – она не видит сути. Нужно умение драться. Но это не умение гладиатора. Нет, только не гладиатора! Но все известно давно! «Это – Рим», «Государство, образованное от стечения племён, в котором много козней, много обмана, множество разного рода пороков»[279].