"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 1698

— Сначала погибнет профессор — прямо здесь, на твоих глазах, в этом зале, а потом уже прикончим и Альберта Колена в его сверхнадежной клетке.

— Руки коротки, — последовала столь безжалостную перспективу реплика сетелянина.

И вот тут ему изменила выдержка.

— Мальчишка, как и я, неуязвим!

Невольно, но проговорился Бьенол о том, что слышал всё во время беседы доктора с доном Луисом.

— Вернее, вы оба ранее были неуязвимы! — стало не только совершенно каменным, но и привычно унылым лицо доктора Лериха. — Ваша информация, Бьенол, устарела.

И он не лгал.

…Последние опыты показали, что в условиях достаточно сильного магнитного поля, обыкновенная плазма мгновенно испепелит все, что угодно.

И даже столь необычную плоть мутантов.

— Мы вас, дьявольское отродье, выжжем, как прежде еретиков уничтожали каленым железом, — разъярился ученый. — Не останется в мире ничего, чтобы могло бы даже напоминать о существовании таких, как вы, отщепенцев природы.

Насладившись эффектом сказанного, который явно отпечатался, на, помрачневших лицах, пленников, доктор продолжал вещать с экрана телевизора:

— Достаточно мне нажать кнопку, загоняя плазму в реактор, и от мальчишки даже пепла не останется.

Голос его внезапно стал обычным — демократично простым:

— Так что выбирай — или добровольное сотрудничество, или неотвратимая смерть этих двоих!

Бьенол, не помедлив ни минуты, принял решение, едва в полном объеме оценил полученную информацию. Она, судя по всему, сводила на нет все его замыслы.

Потом глянул в глаза профессора.

Даже сквозь стекла очков было видно набежавшие у того на глазах горькие слезы разочарования.

— Ладно, дорогой господин Колен, постараемся проиграть достойно.

Сетелянин глянул прямо в объектив телекамеры, соседствовавшей на тележке рядом с монитором.

— Я иду на сотрудничество с ними, профессор, — заявил пришелец то, что от него хотели слышать похитители. — Буду помогать в опытах.

Затем Бьенол обернулся к профессору:

— Да и Вы, уважаемый, тоже соглашайтесь. Видно, такова уж наша с Вами участь.

Чем несказанно обрадовал своего главного тюремщика.

— Вы молодец, Бьенол! И тебя, и Алика дон Луис осыплет золотом. Для нас, вы оба дороже всего! — раздался с экрана одобрительный говорок доктора Лериха.

Словно не замечая этого подключения к их разговору, Бьенол протянул профессору для прощального рукопожатия широкую ладонь:

— До свидания! Если будете на нашем сеансе связи, рассказывайте, как там наверху, под вольным небом.

Пришелец опять глянул туда, откуда его изображение поступало к доктору Лериху:

— Вы ведь не станете держать, старого человека все время в этом подземелье?!

И не ошибся.

Тот, кто все это время, внимательно смотрел на них с экрана монитора, куда шел сигнал с вебкамеры, установленной рядом с экраном перед пленниками решил проявить сочувствие.

— Разумеется, мой друг! — не стал возражать Бьенолу главный ученый концерна сеньора Грасса. — Его опыт хирурга и искуснейшего мастера пластических операций, нам очень даже нужны.

Следующие слова относились уже к вниманию французского коллеги:

— Ваш труд тоже будет оцениваться по достоинству.

— Тогда отправляйте к Алику! — поникнув головой, пошел к выходу Бьенол.

У самой двери он обернулся.

В последний раз взглянул на профессора, и ничего больше не добавив к прежде им уже сказанному, вышел.

Там же, у выхода из камеры другие охранники забрали у Бьенола пистолет. И после тщательного обыска повели его длинными коридорами туда, где гудел, пожирая чудовищное количество энергии своей электромагнитной обмоткой, опытный термоядерный реактор:

— Его новое жилище.

Глава десятая

Встреча друзей прошли без особой на то радости…

— Я думал, что хоть ты сумел удрать из рук бандитов! — разочарованно протянул другу Алик, когда на короткое время смолк постоянный гул и через поднятую краном многотонную крышку реактора, вниз к нему спустился пришелец Бьенол.

— Ничего, все идет к лучшему, малыш! — не смутился тот, достаточно холодным приемом.

Потому, что душевное состояние разочарованного мальчишки прекрасно понимал новый обитатель клетки, сооруженной для мутантов доктором Лерихом:

— Еще будет и у нас светлый день.

Однако, за напускной бодростью пришельца, его маленький собрат по несчастью отчетливо прочитал изрядную долю сомнения.

Оно преследовало Бьенола еще несколько томительных дней. Пока во время очередного сеанса с доном Луисом, по налаженному телеканалу, на экране не появилось такое знакомое, родное и близкое обоим лицо профессора Колена.

— Здравствуйте, мои дорогие! — Жан Луи откашлялся.

Потом с той же бодростью продолжил:

— Ну как вы там?

— Мы-то ничего, дедушка, а ты? — ответил ему Алик, тоже старавшийся казаться как можно бодрее. — Всё также держат и тебя взаперти или позволяют подышать свежим воздухом?

Профессор поддержал игру в «хорошее настроение»:

— И у меня все нормально.

Затем, чуть ли не по бумажке прочитал всё то, ради чего и получил доступ к телевизионному экрану.

— Вот приступил к работе в лаборатории доктора Лериха, — услышали обитатели термоядерного реактора. — У них тут прямо рай для хирурга, есть все самое необходимое.

Господин Колен-старший, не без чувства гордости, судя по всему, рассчитанного и на внимание со ст ороны своего нового начальства, произнес:

— Оперировал и первого пациента. Он…

Сидевший рядом доктор Лерих, не дал ему договорить.

— О подробностях помолчим, — сам оказался он на экране. — Главное, профессор, подтвердите наше к Вам доброе отношение.

Оно последовало тот час:

— Да, верно, теперь я свободен, хожу без охраны.

Но и этим старый хирург не ограничился.

— Есть хорошая комната, — оживился дедушка Алика. — Ну и, разумеется, разрешили мне прогулки на свежем воздухе.

После небольшой паузы, он многозначительно произнес. Надеясь, что тайный смысл слов дойдет до Бьенола:

— Так что скоро и моё общее самочувствие улучшится. И Вы, дорогой Бьенол, его по мне сразу увидите.

Намек был о том, что профессор не забыл о плане захвата подводной лодки и намекнул, что сразу по ее прибытию к острову готов совершить взрыв коммуникаций энергосистемы реактора.

Это привело бывшего пилота междухода в настоящее удовольствие. И теперь, подбадривая Алика, он совсем уже не кривил душой, как это бывало прежде.

Силы же им обоим были нужны теперь больше, чем всегда.

Сутки за сутками, через день — точно по графику, манипуляторы, дистанционно управляемые доктором Лерихом, доставляли в камеру все необходимое для дачи обоими заключенными очередных порций крови.

Все операции проводил Бьенол — быстро усвоивший навык санитара.

— Все же, — как ни говори. — Покладистость заключённых сейчас была лучшим средством для достижения цели и невольным союзником Колена-старшего.

— Только бы профессор сумел, дождавшись прихода субмарины, нажать кнопку взрывной машины! — заклинал пришелец с Сетелены.

Пока же он, как и обещал, исправно выполняя ненавистные ему процедуры.

Господину Жану Луи Колену, действительно, за счет согласия сотрудничать с мафией, предоставили едва ли не полную свободу передвижений по острову.

Да и сам он, сделав несколько удачных операций по изменению внешности кое-кого из людей дона Луиса, добился, чуть ли не полного расположения доктора Лериха.

Сам руководитель научных разработок концерна «Грузовые перевозки Грасса» был в эти дни, что называется, на седьмом небе:

— Все у него шло как нельзя лучше.

Оставалось совсем немного:

— И будет, наконец, синтезировано, то самое снадобье мыслителя Концифика, что так изменило организмы столь разных людей — пришельца Бьенола и землянина Альберта Колена! Попутно излечив подростка от приобретенного иммунодефицита.