"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 1511

– Вы… следили за ними? – Собеседник ощутимо напрягся, словно почуял в моих словах угрозу.

– Просто наблюдал со стороны, – поспешил я успокоить его. – Я не собираюсь устраивать новую войну, я хочу поговорить.

– У вас весьма странные способы призыва к диалогу… простите, как к вам лучше обращаться?

– Как хотите. – Пожал за меня плечами покойник. – Можете по имени, можете по выдуманному вами прозвищу.

– Хорошо, Сергей, мы вас услышали. Так вот, у вас очень странные методы вызывать на диалог. Когда обезглавленный человек приходит на порог российского посольства, то это совсем не располагает к дружеской беседе. Скорее, это вызывает желание вывезти свою дипмиссию из страны.

– А я и не предлагаю вам свою дружбу. Но зато у вас не возникло вопросов и сомнений в том, что я это действительно я. И с другой стороны я могу понять ваше беспокойство. В Москве я показал себя не с лучшей стороны.

– Не с лучшей стороны? – Это завопил уже дядечка с другого экрана. – Да почему мы вообще разговариваем с этой тварью?! Для вас что, все эти жертвы ничего не значат?! Сотни…

Изображение на мониторе с крикуном замерло, как на зависшем телевизоре, а потом и вовсе потухло. Кто-то, похоже, отключил его от видеоконференции.

– Просим прощения за нашего коллегу, – заговорил первый участник абсолютно ровным тоном. – Он в прошлом году потерял сына в… ну, вы, наверное, поняли где.

После этих слов лицо возмущавшегося чиновника мне вдруг показалось каким-то смутно знакомым. Воспоминания из моей прошлой жизни начали восставать в моем мозгу какими-то призрачными образами, и чтобы их рассмотреть, приходилось как следует напрягаться. Такое ощущение, словно бы я уже видел его, только лет на двадцать моложе… подвал Сафарова, море Тьмы, Измененные, мои пленники. Точно, ошибки быть не может.

– Фамилия его сына Савченко? – Поинтересовался я.

– Вы… вы помните имя каждой жертвы?

– Только тех, кто был причиной всех этих жертв. – Марионетка взглянул прямо в объектив камеры, и мне показалось, что четыре собеседника синхронно поежились от этого взгляда. – Скажите, этот недовольный господин все еще может нас слышать?

– Вероятно да, – расплывчато ответили мне. – Техническая сторона вопроса находится вне нашей компетенции.

– Тогда я хочу, чтобы он это услышал. Или чтобы вы передали ему мои слова. – Мертвец сделал пару шагов по направлению к веб-камере, и навис прямо над ее объективом. – Вы, неизвестный господин, отец ублюдка, который сам повинен в том, что произошло. И с ним, и со столицей. Если бы меня столь настойчиво не пытались убить, ничего бы этого не случилось. Так что подумайте десять раз, если захотите бросить мне подобное обвинение снова. Потому вы, безымянный сударь, в этих жертвах виновны не меньше. Вы произвели на свет и воспитали одну из тех мразей, чьи поступки вынудили меня защищаться.

Повисла глухая тишина. Люди на экранах, по-моему, даже моргать старались через раз. Мой спич если и не произвел впечатления на всех, то, как минимум, заставил задуматься. И это было вполне хорошо. Потому что вести переговоры с проигрышной позиции побежденного агрессора для меня было слишком невыгодно. Пусть эти сытые лица задумаются над первопричинами, и тогда мы с ними сможем поговорить почти на равных.

– Ваша позиция стала несколько более понятной для нас, – хмуро пробормотал один из мужчин в кителе, – не скажу, что она нам близка, но уже хотя бы стала прослеживаться причинно-следственная связь.

– Вот и прекрасно. Тогда, может быть, вы выслушаете меня?

– Конечно, ведь ради этого мы здесь.

– Тогда слушайте. Дело в том, что я не единственный в своем роде, кто способен повелевать мертвой плотью. Есть и другие…

– Мы прорабатывали эту версию, – вклинился в разговор доселе молчавший политик, – и не обнаружили в мире никаких признаков, которые могли бы указывать на это.

– Тогда может вам стоит посмотреть повнимательнее? – Огрызнулся я. – Что там сейчас происходит, к примеру, в Италии?

– Эм… – мой собеседник в военном кителе явно призадумался. – А что с Италией?

– Это вы мне скажите. Это ведь у вас в руках ресурсы целой страны, спутники и внешняя разведка.

Люди на мониторах засуетились. Они начали отдавать кому-то, кто не попадал в кадр, поручения, требовали информацию и что-то активно жестикулировали. Однако своих мест ни один из них не покинул. Ответили мне спустя каких-то пару минут.

– По последним данным в Италии обострилась эпидемиологическая обстановка. Власти закрыли границы страны, а в столице объявили полный локдаун, запретив людям выходить из дому. Это связано с каким-то новым неизученным вирусом.

От услышанных новостей мне стало несколько не по себе. Похоже, Древний слишком быстро добрался до властей Италии и обратил их в зомби. Но в то же время, в этом не было ничего удивительного. Еще бы, когда некромант пробуждается в резиденции Папы Римского, то дотянуться оттуда к правящей верхушке проще простого. Это могло означать только то, что теперь бороться придется ни сколько с Древним, сколько со всей Италией и ее союзниками… А еще Темный Жрец слишком уж быстро начинал понимать и принимать современный мир. Даю голову на отсечение, что идея с вирусом это не его личная придумка, а подсмотренная уловка у кого-то из наших современников.

– А какая-нибудь информация из самого Рима поступает? – Спросил я, внутренне уже догадываясь, какой ответ получу. – Я имею в виду от жителей, а не официальную.

Еще минут десять потребовалось переговорщикам на то, чтобы выяснить, что колыбель цивилизации безмолвствует уже которую неделю, и некоторые итальянцы в сети выказывают в связи с этим озабоченность, потому что не могут связаться с родственниками.

– Сука… – ругнулся я в сердцах. Все оказалось гораздо хуже, чем я мог представить. – Вы разве не понимаете, что это значит?

– Что в Риме эпидемия? – Попытался изобразить из себя Капитана Очевидность один из чиновников.

– Включите мозги! – Не поддержал я неуместной иронии. – Зачем из-за эпидемии лишать связи целый город? Попробуйте связаться со своим римским посольством, если у вас есть еще какие-то сомнения на счет моих слов.

– У нас в Риме выделенный канал связи, ограничения если и были введены, то они не должны были затронуть…

– Просто. Попробуйте. Связаться. Со своим. Посольством! – Едва не прорычал я, теряя терпение. То и дело проскакивающая узколобость этих чиновников начинала изрядно накалять даже мои омертвевшие нервы.

В переговорах опять возникла небольшая пауза. Четыре говорящие головы снова начали пытаться навести справки, прервав наш небольшой диалог. На этот раз у них ушло гораздо больше времени, и продолжить мы смогли только через полчаса.

– Связи с российским посольством в Риме нет, – кисло констатировал чиновник.

– Этого и следовало ожидать. Надеюсь, теперь вы отнесетесь к моим словам максимально серьезно.

Люди притихли, начиная понимать, что на горизонте замаячила какая-то очередная беда, и теперь уже внимали моим речам более внимательно.

– Последнее время я скрывался в Сомали, – начал я посвящать их в свою предысторию, – но, видимо, недостаточно хорошо. Чуть более чем полтора месяца назад на меня вышли представители Святого Престола. В разговоре с одним из них, я бросил угрозу, что если меня не оставят в покое, то я помогу пробудиться одному древнему Темному Жрецу, которого одолели много сотен лет назад…

– Кому, простите?

– Темные Жрецы, – терпеливо пояснил я, упустив из виду, что эта терминология моим соотечественникам может быть незнакома. – Это и есть те, кто способен повелевать мертвыми. Зачем-то церкви оказался нужен именно такой… такое существо. И они разыскали меня снова, выдвинув на этот раз ультиматум – либо я, либо он. И я сделал свой выбор. Я показал им место, где была темница древнего Жреца.

– Значит, вы Темный Жрец?

– Нет, насколько я успел понять, я только лишь адепт. И не факт, что когда-либо вообще дорасту до полноценного Жреца, потому что путь к становлению им весьма… специфичен. Я не хочу снова переживать это, я устал от смертей.