"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 1391

Старик остановился где-то далеко за городской чертой, настолько далеко, что мне и самому, как бы я ни пытался этого избегать, пришлось немного проехаться, потому что мой поводок не доставал до того места. Кстати, радиус, в котором я могу чувствовать и контролировать марионеток, немного удлинился, но совсем несущественно. Скажем так, вовсе не пропорционально тем объемам Силы, которые я теперь в себе носил. Сейчас поводок составлял величину в районе сорока пяти, максимум пятидесяти километров, чего явно не хватало для того, чтобы довести подконтрольных марионеток до прибежища Далхана.

Сам я ехать через весь город не рискнул, предпочитая оставаться в тени и не отсвечивать лишний раз перед кем бы то ни было. Теперь, поскольку у меня есть своя армия, мне, как её полководцу, не обязательно делать грязную работу самому…

До наступления ночи семнадцать мертвецов в абсолютной тишине окружили невзрачный одноэтажный дом, находящийся в безымянном дачном поселке, и принялись ждать. Темнота давно уже опустилась на землю, укутав непроглядным мраком размокшую грунтовую дорогу и маленькие домики, но свет в некоторых окошках еще не погас. Здесь, вдали от многочисленных огней мегаполиса, ночь была настолько темной, что нельзя было разглядеть собственную вытянутую руку, и это было весьма кстати.

Дождавшись, когда погаснет свет в последнем окне, покойники восстали молчаливыми силуэтами из мокрых сугробов, и медленно двинулись вперед, сжимая кольцо вокруг дачи Далхана. У старика не оказалось ни единого шанса, потому что действующие как единый организм легионеры были очень серьезными противниками для любого даже самого обученного и подготовленного человека, или даже сработанной группы людей. Что мог им противопоставить одинокий старик?

Вломившись внутрь, марионетки застали врасплох и захватили всех, кто был в доме. Самого Далхана, его жену и, судя по всему, двоих сыновей. Младший выглядел лет на одиннадцать-двенадцать, а старший на все двадцать, хотя на самом деле ему вряд ли было больше шестнадцати зим. Просто мягкая, но уже весьма густая растительность на лице визуально очень сильно прибавляла ему возраста. Он, кстати, был очень похож на покойного старшего брата. Чуть другая, более прямая и аристократичная форма носа, не сломанные уши и почти женский миндалевидный разрез глаз, который, впрочем, удивительным образом не портил, а наоборот подчеркивал мужественный образ юноши.

Скрутив всем пленникам руки за спиной подручными средствами, а это были простые обрывки бельевых веревок и проволока, мертвецы стащили всех четверых в погреб, на тот случай, чтобы те не смогли своими криками переполошить немногочисленных соседей.

Первое время Далхан и старший сын пытались сопротивляться, рычали и вырывались, будучи не в силах преодолеть или перебороть легионеров, которые были способны поддерживать предельное напряжение в своих мертвых мышцах сколь угодно долго. Но стоило только одному из покойников ухватить мать семейства за густые волосы и как следует тряхнуть, заставляя её вскрикнуть, то мужчины сразу прекратили упираться, сверкнув яростной ненавистью в глазах, и послушно спустились вниз.

Там, в полутемном помещении с плесневелыми стенами, не имеющих ни единого следа отделки, семейство рассадили по разным углам, и начался допрос.

— Кто вы такие? У нас нечего взять, мы бедная семь…

Короткий удар коленом в лицо заставил слова застрять в глотке Далхана, который сходу попытался изобразить из себя дремучего селянина. Громко клацнули зубы, что-то хрустнуло, и старик со стоном повалился навзничь, после чего старший сын дернулся, пытаясь помочь отцу, а жена что-то громко заголосила на своем языке.

Пара увесистых оплеух и порядок снова был восстановлен. Повисла тишина, нарушаемая только лишь всхлипываниями младшего сына и тонким подвыванием супруги. В ком-то из пленников, а может и во всех сразу, начал нарастать страх. Я это почувствовал через своих мертвецов, которые стали двигаться одновременно дергано, но в то же время нечеловечески грациозно, что при управлении ими рождало в моем мозгу неописуемый диссонанс.

— Где Стрельцова? — Безэмоциональным голосом спросил легионер, поднимая за волосы окровавленного главу семейства, и заглядывая тому прямо в глаза.

— Кто такая Стрельцова? — Далхан вполне искренне изобразил непонимание, а я, не имея возможности быть поблизости, никак не мог ощутить его эмоций. Но если этот козел думает, что я буду с ним играть, то черта с два.

Не размениваясь больше на избиение старика, мертвец отошел немного назад, а на его место встал другой, который держал старшего сына. Марионетка жестко опрокинул парнишку на пол, с гулким стуком приложив его об пол, и наступил ногой на грудь. Другой в это время придавил коленом руку мальчишки, и начал демонстративно крутить в руках обычный кухонный нож, который взяли здесь же в доме.

— Еще один неправильный ответ, и твой щенок останется без руки. Где Стрельцова?

Далхан с ненавистью смотрел на окруживших его зомби, периодически бросая извиняющиеся взгляды на семью, но все же молчал. Теперь уже его младший сын тихо и протяжно скулил, глотая слезы, а мать, напротив, замолкла, боясь раскрыть рта, прекрасно памятуя, какими именно методами здесь заставляют замолчать.

— Ребята, если вы нас отпустите и уберетесь отсюда, то я обещаю даже не заявлять в полицию. Это просто какое-то недоразумение, мы не те, за кого…

Не дожидаясь окончания фразы, марионетка с ножом обрушился всем весом на несчастный кухонный инструмент, вонзая его в руку распростертого юноши. Замах не был молниеносным, так что все присутствующие успели его заметить и испугаться, что придало мертвецу дополнительных сил.

— А-а-а-а!!! Мама-а-а-а-а! — Заголосил подросток, лихорадочно дергаясь в бесполезных попытках вырваться из-под двоих титанически сильных легионеров.

Кровь хлынула из глубокой раны не то чтобы потоком, но вполне живеньким ручейком. От одних мыслей о том, как ему сейчас больно, мне захотелось немедленно сорваться и приехать туда, чтобы вкусить и поглотить все миазмы до последнего, но я твердо задвинул эту идею в сторону как откровенно бредовую.

— Зау-у-у-ур! — Ответный вопль прозвучал почти синхронно от всех троих родственников, так что снова пришлось отвешивать им тумаков, тщательно дозируя силу, чтобы ненароком не отправить никого из них на тот свет. Раньше времени…

Мальчишке, кстати, сильно повезло. Плохонький клинок кухонного ножа был едва ли толще пары-тройки сложенных листов бумаги, да и сталь лезвия не могла похвастаться отменным качеством, так что оно просто разломилось в руках легионера, оставив глубокий порез на чужом запястье. Возможно одну лучевую кость еще и удалось частично разрубить, уж больно глубоко вошел клинок, но вторая точно осталась целой.

— Я вас уничтожу, ублюдки, вы все будете молить меня о смерти, вы понятия не имеете, что с вами всеми будет, вы…

Под грязную ругань отца и страшные угрозы, один из покойников просто схватил подростка за раненную руку, и начал постепенно сжимать свою железную хватку. Юноша начал кричать так громко и неистово, что его вопль местами переходил на ультразвук, неприятно царапая ушные перепонки.

Крик длился долго, на сколько хватало пленнику дыхания, и только в перерыве, когда юноша делал вздох, удалось расслышать громкую мольбу главы семейства.

— Нет-нет! НЕТ! Оставьте его, пожалуйста, я все скажу! Клянусь Аллахом, я все скажу!

Мертвец сразу же выпустил из рук кровоточащее запястье, и стряхнул темно-рубиновые капли со своей ладони прямо в лицо Далхану.

— Говори.

— Я скажу об этом только Секирину лично, я хочу его увидеть.

Сидя в десятках километров от места событий, я не удержал свои брови, которые помимо моего желания поползли вверх. Меня этот человек одновременно удивлял и отвращал. Несмотря на то, что его семье сейчас грозила смертельная опасность, что я, как мне кажется, весьма наглядно продемонстрировал, он все равно пытался торговаться всякий раз, как только чувствовал, что градус накала спадает. Неужели он настолько слеп в своей глупой мести, что готов обречь из-за этого остатки своей семьи на муки?