"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 1381

Поначалу мозг просто распухал от объемов информации, которые шли через него, и, вероятно, это тоже внесло свою лепту в то, что я сейчас чувствовал себя выжатым лимоном. Однако у меня достаточно быстро стало получаться фильтровать этот поток, и большую часть этого информационного шума я попросту перестал замечать, акцентируя внимание только на том, что меня интересовало. Но это случилось немного позже, а сейчас…

Сейчас я через своих наблюдателей узнал, что к «Матросской тишине» на всех парах мчатся военные. Несколько грузовых машин, чьи кузова были укрыты толстым брезентом, неслись по ночному городу с такой скоростью, что едва умудрялись входить в повороты. Рубль ставлю, что это к нам в гости едут, в качестве силовой поддержки для полиции, которая окружила изолятор, но уже больше часа не рисковала сунуться внутрь.

Не прошло и пяти минут с момента прибытия военных, как во двор хлынули отряды вояк и полицейского спецназа с нашивками «ГРОМ» на спинах. Они методично начали прочесывать все корпуса СИЗО, жестоко и безжалостно прессуя любого, кого находили за пределами камер. Приклады глухо стучали по черепам, клацали челюсти, хрустели выворачиваемые суставы. Все те несчастные, кто каким-то образом сумел выжить в устроенном мной аду, теперь немного жалели, что не умерли вместе с остальными.

Хотя не мне осуждать методы работы силовиков, ведь сейчас в здании уже практически не осталось моих легионеров, тех, кто убивал охрану, кто ломал комнату хранения оружия и вооружался, кто мог бы оказать им серьезного централизованное сопротивление. Но ведь никто же об этом не знает, и с их точки зрения любой здесь потенциальный враг. Так что, если смотреть со стороны, такая мера являлась вполне обоснованной и понятной.

Сумели штурмовики достучаться и до выживших тюремщиков, что успели ночью забаррикадироваться в своих корпусах, не допустив прорыва заключенных в здания. И вскоре началось спешное наведение порядка. Администрация изолятора бросилась считать потери и выяснять личности беглецов, а главное их количество.

До нас добрались как-то подозрительно быстро, словно бежали прямой наводкой без остановок. Дверь в камеру распахнулась, и внутрь влетели три автоматчика, крутя дулами во все стороны:

— Стоять! Руки за голову! Кто такие? Фамилии?!

— Левашов.

— Щербич.

— Секирин.

Я и еще пара марионеток, что остались со мной для вида, послушно исполнили все указания, и теперь ждали, когда мнущийся за спинами военных сотрудник в форме ФСИН, что-то проверит в журнале, который держал в руках, кивнет, и вся ватага покинет нас так же быстро, как и прибыла.

Лязгнули засовы, и мы снова и в полной мере обрели статус узников.

Прошло еще несколько часов, за окном рассвело, но поверку проводить никто не торопился. Завтрак, соответственно, нам тоже не спешили нести, ровно как и не включали радио. Видимо, сегодня было совсем не до того. Когда снова заскрипели дверные петли, мы с мертвецами синхронно повернули головы в сторону входа, и увидели как в дверях показались фсиновец и пара военных.

— Секирин, на выход.

— На выход, так на выход…

Я безропотно встал, дождался, когда за спиной на запястьях щелкнут браслеты, и отправился по коридору, сопровождаемый вооруженным конвоем. Конкретно «клоповник» почти не пострадал, ведь мы здание взяли изнутри и бескровно, поскольку охрану мы нейтрализовали сразу. Моря крови пролились там, где мы штурмовали здания, имея при себе целый арсенал из комнаты хранения оружия. Так что сейчас наша процессия двигалась по вполне приличным помещениям, стены которых не были испещрены выбоинами от пуль, а на полу не красовались ни тела, ни кровавые лужи.

Я полагал, что сейчас меня выведут если не лично к Сухову, который наверняка не смог усидеть спокойно, когда узнал, что тут в «Тишине» произошло, либо к его доверенному лицу, получившему поручение меня к нему доставить. Однако меня завели в какой-то кабинет и, не снимая наручников, усадили за стол перед мужиком в военной форме с подполковничьими погонами.

Он коротко кивнул миом сопровождающим, и они, не издав ни писка возражений, беззвучно вышли, тщательно притворив за собой дверь.

— Доброе утро, Сергей. Подполковник Болотов, будем знакомы.

Он слегка наклонил голову в приветственном кивке, а я даже не удивился тому, что он знает меня по имени.

— Прямо-таки уж и доброе? — Не удержался я от колкости, поскольку действительно пребывал в прескверном состоянии.

— Для нас с вами, определенно. — Не оценил иронии вояка. — Очень радует, что вы сумели устоять и не поддаться той истерии, которая минувшей ночью овладела умами многих заключенных.

Я не мог не отметить, что речь у подполковника была весьма грамотная и уверенная. Мужчина буквально с первых предложений заставил признать, что он не отшибленный солдафон, которому фуражкой мозги натёрло, а вполне адекватный собеседник.

— Что ж я, себе враг, что ли? — Удивился я для вида. — Куда бы я пошел с этой кодлой уголовников и кем бы я с ними был?

— О, Сергей, вы в этой среде могли бы занять очень высокое положение, уж поверьте. С вашими навыками, полагаю, вы могли бы даже потеснить иных главарей.

— О каких вы навыках говорите?

Я насторожился, потому что слишком уж часто последнее время поминали мои способности, и почти каждый раз потом выходил мне боком.

— Исключительно о спортивных, другие нас и не интересуют.

— А, так вы здесь только из-за этого?

— В основном, да. И, позвольте, я сразу озвучу наше предложение, дабы не тянуть резину. Вы когда-нибудь слышали о Силах специальных операций Главного управления Генштаба?

— Не думаю. — Я полубезразлично пожал плечами, поскольку в самом деле не имел никакого понятия о том бесконечном множестве контор и управлений, которые росли в отечественном министерстве обороны.

— Тогда небольшой ликбез. ССО — это подразделение внешней разведки, которое специализируется на силовых операциях, наведении авиации, ликвидации лидеров террористических организаций, организация диверсий, обеспечение безопасности высокопоставленных лиц, оказавшихся по долгу работы в горячих точках, и многом другом. Наш контингент в том или ином количестве присутствует на всем земном шаре, включая даже такие отдаленные континенты, как… впрочем, извините, об этом вам знать пока рано.

Он с хитрым прищуром глянул на меня, пытаясь оценить, насколько я проникся его пересказом и соблазнился ли приобщением к чему-то таинственному, но подполковника ждал облом. У меня давно была стойкая аллергия на всякие секретики, особенно чужие, и уж тем более государственные, так что я остался внешне совершенно невозмутимым, и даже немного поморщился.

— Кхм… — Болотов совсем чуть-чуть растерялся от моей реакции, но быстро вернулся на путь беседы, которую он пытался выстроить. — В общем, как вы догадываетесь, Сергей, нашим бойцам было бы очень полезно, если б их поднатаскал такой незаурядный рукопашник, как вы.

— Простите за вопрос, а с чего вы взяли, что у меня для этого достаточно квалификации?

— О, мы полностью уверены, что вы прекрасно для этого подходите. Дело в том, что нам довелось лицезреть одно занимательное видео, где вы бьетесь против десятка человек…

Ах, так вот оно что! Мной уже и военные заинтересовались, только, в отличие от полиции и ФСБ, этих впечатлило мое руконогомашество. Знал бы я, что от того видео, что сняла Алина из машины, будет столько проблем, то строго-настрого бы запретил ей вообще телефон тогда трогать. Но жизнь, зараза, вся такая непредсказуемая, никогда не знаешь, где упадешь, соломки заранее не подстелешь.

Выходит, военные, завидев, как лихо я разделываюсь с толпой бородачей, решили меня прибрать, чтобы я натаскивал их волчат. Они, похоже, совсем не понимают, что все мои умения до ужасного заурядны и посредственны, а на новый уровень их выводит только лишь мой дар. Нет, серьезно, отобрать у меня сверхскорость, и я опущусь на уровень средненького любителя единоборств. У меня нет ни колоссальной выносливости, которая позволяет иным спортсменам биться по двенадцать раундов в высоком темпе, нет какой-то особой техники, да я даже не обладаю какими-то углубленными познаниями в каком-либо виде спорта. Я просто нахватался по верхам всего и везде, что оказалось пригодным к адаптации под мой стиль, только и всего.