"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 1346

Тут было прохладно и совершенно пусто, так что я с облегчением выдохнул, почувствовав, как от адреналинового всплеска и волнения начали подрагивать колени. Свобода приблизилась ко мне еще на один шаг, и это неимоверно будоражило разум. Но еще рано было говорить «гоп».

Я стал медленно спускаться, чуть ли не вздрагивая от гулкого эха каждого моего шага, и подолгу замирал, когда в этих отзвуках мне начинала мерещиться чья-то чужая поступь. Вдруг где-то снизу с грохотом распахнулась дверь, и раздался громкий топот ног, сопровождаемый неразборчивыми, но весьма эмоциональными перекрикиваниями. Я от страха вжался в стену, хотя вряд ли это мне бы помогло стать более незаметным, если б неизвестные направлялись в мою сторону. Но в этот раз все обошлось, их быстрые шаги удалились на пару этажей вниз, а потом стихли, отрезанные хлопком уже другой двери.

Утерев выступившую на лбу испарину, я поспешил ускориться. Находиться на лестнице вдруг стало вовсе не так комфортно, как десяток секунд назад.

Переставляя ватные ноги, которые то ли от волнения, то ли от непривычно долгой нагрузки стали уже откровенно хреново держать меня в вертикальном положении, я добрался до этажа, где на стене была нанесена заветная цифра «1». Добрался-таки, первый этаж! Есть, конечно, вероятность, что здесь в здании выход будет на каком-нибудь цокольном или минус первом, но на разведку все равно необходимо высунуться. Ну, с богом!

Слегка приоткрыв дверь и убедившись, что за ней никто не стоит, я выглянул и поискал взглядом характерные пиктограммы с надписью «Exit» или их аналоги. К моему несказанному счастью, одна такая почти сразу попалась мне на глаза, так что я вышел из своего ненадежного укрытия, все еще опасаясь бросать на кого-либо из проходящих мимо меня прямой взгляд. Народу на первом этаже было гораздо больше, чем в отделении, и я даже не знал, хорошо это или плохо. С одной стороны, мне так проще было затеряться, а с другой, повышался шанс быть узнанным.

Нервы мои были уже натянуты как тросы подъемного крана, и разве что не звенели от дикого напряжения. Казалось, будто каждый прохожий пытливо всматривается в мое лицо, что вот сейчас меня кто-нибудь опознает, поднимет крик, и сюда сбегутся десятки полицейских, которых я приметил на первом этаже уже как минимум троих. Но нет, обстановка вокруг оставалась все такой же спокойной, будто меня до сих пор еще не хватились.

Я двинулся, строго следуя указаниям табличек, трясясь и паникуя еще больше, чем за все время до этого. Я был совсем близок к желанной свободе, от которой меня отделяет лишь несколько десятков метров. И эта близость дурманила меня почище любого крепкого алкоголя. Мне нужно преодолеть это расстояние во что бы то ни стало!

Я делаю шаг, один, еще один, выхожу из-за поворота и… резко ныряю обратно.

Черт, ну что за дерьмо-то такое?! Я уже увидел выход — большие стеклянные двери с широкими металлическими ручками, за которыми мокрый асфальт, снег и воля! Но именно на этом пути находилось сразу три мента, лишая меня какой бы то ни было надежды пробраться мимо них неопознанным. Нет, так дело не пойдет… так близко и так недостижимо… нужно срочно что-то придумать!

Проведя, пожалуй, самый быстрый в своей жизни мозговой штурм, я пришел к выводу, что у такой огромной больницы просто не может быть один единственный выход, и где-то наверняка есть еще один, а то и несколько!

Развернувшись на каблуках я потопал в обратном направлении, лихорадочно вращая глазами в поисках не только указателей, но и плана пожарной эвакуации. Хоть я и вряд ли сумею по последнему сориентироваться исключительно верно в абсолютно незнакомом здании, потому что мой хронический топографический кретинизм не позволял мне даже север найти с компасом, но все же о количестве выходов и примерных направлениях я уже смогу иметь представление.

Драгоценные секунды утекали подобно песчинкам в перевернутой колбе песочных часов, а я все еще продолжал слоняться по первому этажу, обходя седьмой дорогой все людные коридоры. План эвакуации я все-таки нашел, он подтвердил мою теорию о наличии альтернативных способов покинуть здание, и сейчас я безнадежно пытался угадать с направлением, которое бы вывело меня к одному из них.

И вот удача, наконец-то, удача одарила меня своей золотой улыбкой в очередной раз за последний десяток минут! Я углядел обычную непримечательную дверку, но в моих глазах она засверкала ярче створок райских врат. Из десятка прочих ее выделяла обычная светящая табличка с лаконичной и понятной надписью на русском языке: «Выход».

Я, все еще с трудом могущий поверить в свое счастье, подошел и толкнул ее, сжимаясь от предчувствия, что она может быть заперта, но… она поддалась! Она открылась! Господи, я сделал это! Я свободен!

В лицо мне пахнуло влажным ветром, прохладой и приглушенным шумом мегаполиса, от ощущения которых я чуть было не пустил слезу. Как же я давно не ощущал на своей коже свежести улицы. Наконец-то я могу отсюда свалить…

— Эй, болезный, ты далеко собрался?

Не успел я осознать смысл фразы, которая раздалась у меня над самым ухом, как мне под ноги врезалось что-то твердое, опрокидывая меня на землю.

Глава 5

Твою мать! Да как же я смог прошляпить чужие эмоции?! Как они сумели меня так подкараулить?! Иначе чем задурманенным восприятием от близости свободы я это даже и назвать не могу…

Изворачиваясь подобно змее, словно во мне костей не было вовсе, я отчаянно пытался применить все свои спортивные навыки, чтобы отбиться и все-таки осуществить побег. Но нападавших оказалось целых двое, и они явно не проводили последний месяц лежа в реанимации, так что у меня против них изначально не было никаких шансов.

Меня очень быстро скрутили в две морды, не особо церемонясь и не заботясь о том, что я еще далек от выздоровления, так что я не сумел сдержать болезненного стона.

Боже, ну почему все так хреново?! В какой-то момент я пожалел, что у меня нет достаточного запаса Силы, чтобы убить хотя бы одного из полицейских, что сейчас с упоением выворачивали мне плечи, вдавливая меня острыми коленями в слякоть асфальта. Но потом я опомнился и одернул себя, понимая, что конкретно этих ребят убивать не за что. Да, они стоят сейчас между мной и свободой, но ведь они просто несут свою службу. В их глазах я всего лишь беглый преступник и убийца… хотя почему только в их глазах? Если отбросить всю шелуху и не рассуждать о причинах того, почему я ступил на этот путь, то в сухом остатке будет то, что я именно такой и есть. Хладнокровный душегуб, на счету которого десятки, десятки чужих жизней.

Да-да, понимаю, эти размышления звучат несколько лицемерно после того, как я не очень-то и давно чуть ли не собственноручно отправил на тот свет как минимум четверых омоновцев в особняке, кто точно так же делал свою работу. Но там действительно было другое. Тогда я не имел намерения никого убивать, а наоборот прикладывал все усилия, чтобы избежать подобного исхода. Но пуля дура, и ничего с этим нельзя было поделать. Вышло, как вышло. А этот позыв был слишком чуждым мне, так что я без особого труда сумел его распознать и задавить в самом зародыше.

— Ишь, сука, вырядился! — Злобно прорычал один из сотрудников органов, и мне не нужно было видеть его лица, чтобы понять, что оно сейчас перекошено от еле сдерживаемой ненависти. — Слышь, Димыч, может, пальнем ему в задницу разок, а? Скажем, что он вырвался от нас и побежал, а мы пресекли его побег снайперским выстрелом?

Кхм… а вот теперь мне стало действительно жалко, что у меня не хватает Силы на полноценную атаку. После таких слов я бы сдерживать себя не стал, тем более что почувствовал, насколько искренне они были сказаны. Этот мент действительно очень хотел меня подстрелить. А у меня, после известных событий, отношение к огнестрелу стало ну просто о-о-очень негативное. Я даже начал формировать подобие малюсенького иголочного острия, на которое только и хватало моих крупиц энергии, собираясь в случае опасности ткнуть им любого, кто достанет ствол из кобуры. Вряд ли, конечно убить получится, слишком уж мизерный у меня запас, так хоть напугаю до усрачки…