Жемчуга - Гусева Надежда - Страница 32

Отправлено. Саша уставилась в монитор, ожидая, что бородатый Иван тут же кинется печатать и через три минуты разрулит ситуацию. Но Иван, конечно, и не думал ничего читать.

Саша подняла глаза чуть выше своего сообщения.

«Иван был в сети 3 сентября».

Почти два месяца назад… Саша поздравила себя с тем, что дура, отключила Интернет и завалилась спать.

2

В пятницу от Лизы сообщений не поступало. Иван тоже молчал. И Саша успокоилась. Мало ли психов на свете. Всякое бывает.

Выходные она тщательно распланировала. И первым пунктом плана значилось выспаться. Саша отключила телефон, проветрила комнату и положила под язык таблетку глицина.

Спала она крепко и снов не помнила.

А когда в ночи вернулась с вечеринки и нетвердой рукой включила ноутбук, сразу глупо заулыбалась. Лиза заявила о своем существовании.

Пьяненькая Саша захихикала.

«Какая ты молодец! Очень красиво!»

«Я радо что вам понравилась. Вы мой ангел. Вы такая красивая!!!»

Ага. И волшебница, не забыть бы! Саша вяло подумала, что не стоило мешать красное с шампанским.

– Саша! Са-ашенька!

Голос был высок и немного слащав. Все в Женечке было хорошо, кроме этого голоса. Он звал из спальни, из голубой хрустящей постели.

– Счас, пять сек.

А утро было тихим, затаившимся. Женька спал. Саша лежала на спине, смотрела в потолок и не шевелилась. Будто боялась кого-то потревожить – не Женю, нет, а кого-то невидимого, воздушного, в кого веришь в детстве. Потом накинула халат и прошлепала на кухню. Насыпала хлопьев в миску. Щелкнула кнопкой чайника. Потянула за рычажок жалюзи.

Вот оно. Во дворе лежал первый снег. «Пройдут, черные тучи. И все, станет белое».

Эти лишние запятые – зачем они?

– Сегодня планирую навестить маму, – сказала Саша, нарезая бекон. – Если хочешь, возьму тебя с собой.

– Но мы же собирались…

– Знаю, Жень. Но мне надо. Без обид. Так поедешь?

– Я… знаешь…

Кто бы сомневался!

– Жень. Я все понимаю. Не надо выкручиваться. Я одна, лады?

Через десять минут медленного движения по осклизлой слякотной дороге Саша попала в пробку. Встали серьезно. Саша чертыхнулась и достала телефон.

Господи…

Треньк. Еще сообщение. Саша ощутила, как из глубины живота пришло холодное волнение. Иван Очитков.

«Здравствуйте. Я вас понял. Надо встретиться и поговорить».

Сбоку загудела чужая машина. Саша покрутила головой. Нет, пока стояли крепко.

«Здравствуйте. Почему бы вам не написать мне об этом здесь?»

«Нет. Надо поговорить. Это важно. Приеду туда, куда вы скажете. Сегодня и завтра совершенно свободен».

«Хорошо. Я подумаю и напишу».

Позади пронзительно загудело. Саша медленно тронулась. Теперь она знала – к матери сегодня не поедет. Может быть… в другой раз. Молодец – научилась врать другим так, что почти уверовала сама. Она закусила губу и нервно сжала руль.

На первом повороте Саша развернулась, притормозила возле супермаркета, достала телефон. Это просто развод, а она легкомысленная дура. Да это он сам и придумал – эту девочку, этих ангелов и волшебниц. Сидит себе в баре да угорает, извращенный пикапер.

И все-таки, кто он такой? Вот же! Как она забыла?

Иван Очитков.

Друзей: 125

Общие друзья: Катя Катечка

Твою же мать…

Каждое фото Катечки полагалось отмечать. Потому что она обожала путешествовать и постоянно пыталась растрясти на это дело Сашу. Она вообще всегда готова была растрясти всех на что угодно. Замечательно мотаться по свету, когда у тебя две квартиры и мужик, кормящий с ложки. Просто супер.

«Катюш, привет. Классные фотки. Когда вернулась?»

«Позавчера. Ууу!!! Было чудесно».

«Верю. Выглядишь супер! Белая-белая зависть. Катюш, а не подскажешь – кто такой Иван Очитков? Просто я тут друзей пересматривала… Ну и… какой-то чел».

«Сашунь, ну ты даешь! Ты же для них проект делала!»

«Да?»

«Школа коррекции, Сашуль, да-да… Мы с ними еще намучились. Документация как в аду, жестяк».

Катины слова перемежались смайлами – смайл ржущий, смайл с вытаращенными глазами, смайл удивленный. Саша ненавидела смайлы. Зато теперь все было ясно. Документация как в аду. Да этой самой документации вообще практически не было, и с этим тогда срочно надо было что-то делать. А Очитков там был то ли директором, то ли завучем, но его не было на месте, и кто-то скинул Саше на всякий случай его телефон. Правда, это ничего не дало. В делах финансовых Иван был полный лох.

3

Встречу Саша назначила в парке. И безнадежно опоздала. Проехать по растекшемуся месиву города было почти невозможно.

Уже вбегая под сень огромных черных лип, она вдруг поняла, что не помнит, как выглядит Очитков. Да, была черная борода. И все. Вряд ли он будет рассекать посреди ноября в своей красной кепке. Саша остановилась и огляделась. Тихо, зябко, почти безлюдно. В основном гуляли с собаками. Собака – дело такое: завел, так гуляй, хоть в слякоть, хоть в мороз, хоть во всемирный потоп. Прямо возле Сашиных ног прошествовал пудель в маленьких красных сапожках. Пес в сапогах, сумасшествие. За пуделем, пыхтя, тащилась толстая тетка.

– Здравствуйте! Вы уж извините, опоздал.

Саша вздрогнула и отступила на шаг. Очитков был похож на пирата – черный, ужасно волосатый и весь какой-то расхристанный, неприбранный. На шее болтался темно-зеленый шарф. Бровь рассекал глубокий светлый шрам.

– Да я вот… тоже. Здравствуйте.

– Покажите, пожалуйста, ее сообщения.

Саша внезапно растерялась.

– Покажите, – сказал мужчина мягче. – Это… так надо.

Странное чувство возникает, когда незнакомый, да что там – чужой – непривлекательный человек листает твою личную переписку. Будто раздеваешься на людях.

Очитков читал внимательно, шевелил губами, словно складывал слова по слогам, хмурил брови и медленно водил по экрану темным пальцем с круглым обломанным ногтем.

– Спасибо. Я думал, будет хуже. Хорошо, что вы ответили ей.

Телефон лег обратно в Сашину руку.

– А если бы не ответила?

Мужчина промолчал. Только сейчас Саша заметила, что все это время они двигаются – медленно бредут по снежной каше, а она невольно подстраивается под его неровный шаг.

– Кто она, эта девочка?

– Вообще-то тут такое дело… не знаешь прямо, что и сказать. Просто ребенок. Подросток. Человек.

– Почему она мне написала?

Очитков призадумался, задрал голову, посмотрел на стылое серое небо.