"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гудкайнд Терри - Страница 924

— Привет, — произнес гелекостюм. Она подскочила от неожиданности. Голос был мягкий, холодноватый, бесполый. Источники его располагались словно бы сразу под каждым ее ухом.

— Ну, привет, — сказала она.

И поняла, что улыбается, как последняя дура.

— Госпожа Юбрек? — уточнил костюм.

— Вы угадали! — Она рассмеялась чуть громче и сердечнее, чем это входило в ее изначальные намерения.

— Не были бы вы так любезны позволить мне запустить микроволоконца в ваши ушные раковины, чтобы мы могли общаться напрямую?

— А это обязательно? — спросила она, почему-то перейдя на шепот.

— Желательно, — ответил гелекокон. — Компоненты оборудования воротничка подготовлены к восприятию глоттированной речи. Это значит, что в случае необходимости мы сможем общаться, не привлекая постороннего внимания.

— Ладно, — согласилась она. — Давай.

Пауза. Она ничего не почувствовала. Потом в ушах что-то коротко зазвенело, как очень тихий колокольчик.

— Это оно? — уточнила она.

— Да, — ответил голос гелекостюма. Его звучание слегка изменилось. — Тест: слева, справа, — сказал он, соответствующим образом перемещая кажущийся источник звука относительно центра ее головы. — Все в порядке?

— Кажется, да, — сказала она.

Новая пауза.

— Нет, костюм, я не подслушиваю, — сказал Демейзен.

Ледедже набрала воздуху в грудь.

— Костюм, подними шлем, пожалуйста.

Шлем гелекокона сомкнулся вокруг ее головы почти в то же мгновение, как затих последний звук этого приказа. Он выскочил из воротничка с тихим свистом.

Она понимала, что теперь ее голову что-то окружает, но не видела, что именно. На зрении присутствие шлема никак не сказалось. Она могла моргать. Поднеся пальцы к глазам, она обнаружила, что каждая глазница прикрыта какой-то невидимой выпучиной. Она расслабила стиснутые челюсти и высунула язык. Такая же выпучина закрывала ее рот, но теперь растянулась, следуя за языком. И такие же выпуклости прикрывали каждую ноздрю.

— Чем я дышу? — тихо спросила она.

— Воздухом, наверное, — крикнул аватар.

— Воздухом из окружающей среды, — подтвердил гелекокон. — Я зарядил резервные емкости сжатым воздухом модуля в качестве меры предосторожности, однако я способен снабжать вас кислородом, синтезированным в реакторе из выдыхаемого вами углекислого газа.

— Реакторе? — переспросила Ледедже обеспокоенно.

— Химическом реакторе, — уточнил костюм.

— А-а.

— О, то, о чем ты привыкла думать как о настоящем реакторе, тут тоже есть, — прокричал Демейзен от экрана.

У нее было такое впечатление, что он наслаждается происходящим.

— Стандартный микрореактор на реакции аннигиляции материи и антиматерии, — объяснил костюм.

У Ледедже округлились глаза.

— Опустить шлем, — скомандовала девушка. Шлем тут же утянулся в воротничок.

— А можно сделать его черным? — спросила она.

Костюм стал черным с матовым отливом.

— Пускай тот участок, под которым находятся контрольные точки татуировки, останется прозрачным.

Участок гелекокона над ее левым предплечьем сделался прозрачным. Когда она коснулась этого места, ей показалось, что там кокон истончился до субмиллиметровой толщины, обеспечивая почти полную чувствительность обычной кожи. Она приказала линиям татуировки стать толще, и лицо ее почернело. Довольная, она вышла из душевой кабинки.

— Все в порядке, — сказала она. — Я с ним освоилась. А теперь что?..

Она остановилась в паре шагов от кресел.

— Какого хера?.. — начала она и остановилась. — Ой, я забыла про доспехи. — В среднем кресле челнока сидело, чуть наклонившись вперед, что-то вроде воина древних времен. Доспехи были гладкими и ярко сверкали, отражая свет. Толщиной они, наверное, раза в три-четыре превосходили гелекокон. Вместо головы у доспехов было некое подобие мотоциклетного шлема с черным экраном визора.

— Да, — согласился Демейзен, — тебе понадобятся доспехи.

Он смерил ее взглядом.

— Ты очаровательна, — сказал он.

— Угу.

Она села назад в свое кресло. Изображение на экране не изменилось, и это ее разочаровало.

— А теперь что?

— Теперь, — сказал аватар, — ты облачишься в доспехи.

Она посмотрела на Демейзена.

— Это просто мера предосторожности, — сказал он, пренебрежительно взмахнув руками.

Она встала. Доспехи поднялись ей навстречу, куда мягче и плавнее, как ей показалось, чем мог бы привстать человек. Они сделали шаг вперед и остановились перед ней, а потом расползлись, будто облезлая кожура, и молниеносно продублировали ее профиль, отобразив каждую часть ее тела: ноги, руки, туловище, все. В немного уплощенном виде, разумеется.

Она тоже сделала шаг вперед и осмотрела доспехи.

Погляделась в их сверкающую зеркальную поверхность и нервно глотнула. Оглянулась назад.

Демейзен сидел, уставившись в экран.

Он, казалось, заметил, что она замялась, и оглянулся.

— Что там?

— Ты, — начала она и запнулась, прочистила горло, — ведь не причинишь мне вреда, правда? — И тут же у нее вырвалось то, что она не намеревалась произносить. — Ты обещал.

— Да, я обещал, Лед, — он мгновение глядел на нее с непонятным выражением, потом усмехнулся.

Она кивнула, повернулась и вошла в доспехи. Костюм тихо сомкнулся вокруг нее, мягко прижав гелекокон. Казалось, он совсем ничего не весит. Шлем не закрылся полностью: экран визора уполз вверх, не ограничив поле зрения.

— Пройдись, — сказал Демейзен, не глядя на нее.

Она сделала несколько шагов, подсознательно ожидая, что костюм потянется за ней или свалится на пол. Вместо этого доспехи двигались так, словно они гуляли с ней рядом. Она подошла к креслу и осторожно села в него, стараясь как можно аккуратнее передвигать свой новый серебристый скаф.

— Я себя чувствую, как настоящий космический воин, — сказала она аватару.

— Но ты не воин, — ответил Демейзен, — это я воин.

Он ослепительно улыбнулся.

— Ура. Так что теперь?

— Теперь мы постараемся сфокусировать внимание нашего энтузиаста обгонов по скоростной трассе на том, что будет выглядеть в точности как луч сканера корабля класса «Палач», пущенный назад по курсу. Это его немного остепенит.

— А это не будет выглядеть подозрительно?

— Не слишком. Корабли — особенно старые корабли, в частности, старые военные корабли — часто так поступают. Сплошь и рядом. Просто на всякий случай.

— А ты часто что-то находишь?

— Практически никогда.

— А все ли старые корабли так... прытки?

— Те, кто выжил? Да, — сказал Демейзен. — Встречаются среди нас и откровенные параноики. Мне вполне позволительно круто развернуться и нацелить первичный передний сканер прямо назад, просто чтобы убедиться, что ко мне никто не подкрался втихаря. Конечно, я это ненадолго. Это немного страшно, все равно что бежать спиной вперед в темноте.

Аватар рассмеялся.

— Но не так страшно, как украдкой красться за кораблем, который, как ты полагаешь, ничего об этом не знает, и внезапно угодить прямо под луч переднего сканера корабля класса «Мерзавец», так чтобы ты весь аж заискрился и заблестел. — Аватар какое-то время сидел, с наслаждением внимая отзвукам собственных слов. — Ну ладненько, начнем.

Ледедже посмотрела на экран.

Гранулированная структура в центре дисплея изменилась. Теперь она была похожа на слегка закругленную по краям черную снежинку с осью симметрии восьмого порядка.

Пауза.

Она увидела, как брови Демейзена круто заломились.

— А? — нарушила молчание Ледедже через несколько мгновений. — И? Что происходит?

— Ебать-копать, — протянул Демейзен. — Они увеличивают скорость. И очень резко.

Ледедже посмотрела на экран и никаких перемен не заметила.

— Что ты намерен делать? — спросила она у аватара.

Демейзен посвистел сквозь сжатые зубы.

— Ты бы знала, как меня одолевает искушение просто прыгнуть и оставить их с разинутыми ртами. Или просканировать их в режиме полной боевой готовности, а потом приветственно заорать: Ау, собратья-космопроходцы! Чем могу помочь? — Аватар тяжко вздохнул. — Но мы узнаем о них больше, если еще ненадолго задержимся под личиной скромненького невинного «Палача»; они догонят нас приблизительно через сорок минут. — Демейзен посмотрел на девушку взглядом, который, вероятно, должен был ее успокоить. Получилось не слишком убедительно. — Но ты все это не принимай всерьез. Думаю, что ты скоро сможешь вылезти из этих доспехов.