"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гудкайнд Терри - Страница 1223

Существа визжали, теряя драгоценные когти. Некоторые недоверчиво вытягивали обрубки, пытаясь ухватить врага и атаковать зубами, но у них уже не было когтей, и Ричард легко отрубал головы хищников, решивших продолжать атаку вместо бегства. Увидев, как много их товарищей с обрубками вместо рук возвращаются в свой мир, Гли не решались махать когтями из страха потерять их.

Пока они колебались, змеи атаковали, вонзали клыки в мягкую черную кожу и не разжимали челюсти. Ричард рванул в гущу Гли, отрубая когти. Без когтей они не могли освободиться от змей.

Паника распространялась среди кричащих и умирающих Гли. Когда их смелость и агрессивность превратились в ужас и робость, те, кто еще был в состоянии, превратились в угольные штрихи и сбежали в свой мир от Ричарда и змей.

Когда целей не осталось, Ричард остановился, тяжело дыша, и оперся острием меча на мостовую. Он огляделся, выискивая новую цель. Ярость меча все еще грохотала внутри, требуя больше крови. Земля была усеяна сотнями когтей и десятками голов, а также телами тех, кто не успел исчезнуть перед смертью.

Глава 18

Ричард мечом указал на дворец, предлагая всем уйти от места короткой, но жестокой битвы. Пока Гли, которым удалось вернуться в свой мир, будут рассказывать остальным о пережитом здесь, Золотая богиня в приступе ярости может бросить в бой своих бесчисленных последователей. Атака после окончания битвы — возможность застать оппонента в уязвимом положении, поэтому Ричард торопился уйти.

Он мог бы выиграть и эту схватку, но знал, что должен решить куда более важную проблему — не дать богине посылать Гли в его мир. Победа в сражении бесполезна, если он не может выиграть войну. Каждая битва могла обернуться поражением. Если он проиграет, весь его мир будет уничтожен.

Даже если Ричард и Кэлен укроются в Замке, простым людям по-прежнему будет угрожать опасность. В этом и была его слабость как лидера, и в том же заключалось преимущество богини. Обычные люди практически не имели возможности защитить себя — особенно от огромных орд Гли, — и Ричард не мог защитить каждого. Повсеместно люди становились добычей, судьба которой зависела от настроения диких хищников.

Он схватил Кэлен за руку, помогая перешагнуть через кольцо отрубленных рук и склизких тел. Когти больше не двигались, но были наглядным напоминанием о том, что они могли сделать с ней и детьми. Ричард знал, что будет дальше. Гли безжалостны. Ему стало дурно от того, что он не знал, сможет ли остановить их раз и навсегда.

Ричард отпустил руку Кэлен, чтобы та помогла Шейле, которая выглядела ослабевшей и истощенной после призыва многочисленных белых змей. Рептилии уже исчезли — кого-то отозвала сама ведьма, а кто-то исчез вместе с Гли. Змеи были частью ее существа — и когда Гли забирали их с собой, то словно отрывали частичку ведьмы.

Шейла нетвердо стояла на ногах, поэтому Кассия подбежала с другой стороны и помогла ей перебраться через кучу когтей и кусков тел.

Ричард все еще сжимал меч в руке, и магия пульсировала в нем, наполняя яростью. Меч жаждал новых противников — в этом было его предназначение. Опасность миновала совсем недавно, а вопли и крики еще звучали в голове. Ричард был не готов отпустить магическую ярость меча, струившуюся в его венах. Он хотел обрушиться на врага в полную мощь и лишь ждал повода.

Когда Морд-Сит двинулись по узкой мощеной улице, защищая Кэлен, он постарался убедить себя, что за углом нет никакой опасности. Ничего не заметив, он сунул меч в ножны и тем самым подавил гнев. Когда магическая ярость схлынула, он ощутил слабость и усталость.

Вдруг волоски на его затылке встали дыбом; он поднял взгляд и увидел одинокого Гли, освещенного солнечным светом. Тот стоял на крыше двухэтажного здания и не сводил глаз с Ричарда. Каким-то образом он знал, что этот Гли будет здесь. Женщины поддерживали друг друга и переговаривались, шагая по узкой улице. Они не заметили Гли. Вряд ли этот одиночка хотел, чтобы его видел кто-то кроме Ричарда.

Пока он смотрел наверх, Гли чуть расставил руки и развел острые когти, показывая перепонки между ними. Ричард понял, что это знак — существо не собиралось нападать.

Затем он поклонился в пояс, словно в знак уважения.

И тут он заметил в медленно кланяющейся фигуре то, чего не замечал раньше — переливающийся зеленый отблеск кожи. Похожим образом переливались зеленовато-черные панцири жуков. Кожа тех Гли, с которыми он сражался, не имела такого зеленого отлива.

Хотя раньше он не замечал особенного цвета кожи этого Гли, Ричард не сомневался, что именно это создание видел уже несколько раз — и всегда оно показывало, что не собирается причинять вреда.

Когда Гли выпрямился, они с Ричардом долго смотрели друг другу в глаза. Время от времени третье веко моргало, закрывая большие и блестящие черные глаза. Ричард ощутил странное единение с этим существом.

Он напомнил себе об одном из своих основных принципов: человек не отвечает за преступления других. Когда-то его самого ненавидели за то, что он Искатель — до него мечом, его силой и титулом обладали недостойные люди. Из-за их дурной славы все Искатели считались плохими людьми. Его осуждали за грехи отца, считая таким же злом. Хотя все остальные Гли, которых он встречал и с которыми сражался, пытались его убить, этот Гли не имел таких намерений. Ричард постарался не судить его по действиям сородичей.

А затем создание превратилось в угольные штрихи и исчезло. Ричард хотел бы иметь возможность поговорить с этим Гли и выяснить его намерения.

Кэлен остановилась на узкой улице и обернулась.

— Ты идешь?

— Конечно, — сказал Ричард, срываясь на бег, чтобы догнать их.

— Итак, — сказала Шейла, когда они свернули в еще более узкий переулок, продолжая двигаться к дворцу, — вы расскажете, как вам удалось вынуть меч из ножен, хотя они были слиты воедино магией Железного Джека?

— Первое правило волшебника, — сказал он.

Шейла остановилась, развернулась и прищурилась.

— Что?

— Я всегда мог вытащить меч, — ответил Ричард.

Шейла в отчаянии хлопнула руками по бедрам.

— Если это и правда так, то почему вы не могли достать его раньше? Вика и Кассия держали ножны, пока вы тянули за рукоять, но у вас ничего не вышло.

— На самом деле я и тогда мог, — сказал Ричард.

Шейла сжала пальцы и раздраженно зарычала.

— Нет, не могли. Я сама видела. Меч удерживала магия Железного Джека, и вы втроем не могли вынуть оружие из ножен. Больше того, когда я дотронулась до ножен, то смогла ощутить магические узы, сплавившие их с мечом.

Ричард пожал плечами:

— Я тоже чувствовал эту магию.

Шейла стиснула голову обеими руками и снова зарычала:

— И вы не могли достать меч! Почему вы смогли сейчас, а тогда не могли?

Ричард улыбнулся ей:

— Шейла, я мог вытащить его в любой момент, когда захотел бы. Я просил тебя помочь, и ты сказала, что ничего не можешь сделать. Ты же сама говорила, что я боевой чародей. Но я хотел, чтобы Железный Джек думал, будто смог меня одолеть.

Ведьма чуть подалась к нему:

— Что?

— Я чувствовал на рукояти покалывание магии Железного Джека. Это была чистая магия Приращения, без следа магии Ущерба. Я притворился, что не могу достать меч из ножен, потому что знал, что Джек почувствует, если заклинание сломается. Вот почему я не сделал этого. Я позволил ему думать, что я пытался, но потерпел неудачу, и потому стал беззащитным. Я позволил ему верить в это, чтобы он осмелел. Я хотел, чтобы он считал, будто у него все под контролем — тогда его осторожность притупится, и он покажет свою натуру.

Шейла выпрямила спину и уставилась на него.

— Вы беспокоились, что он из страха перед вами может изображать невинность и дружелюбие?

Ричард снова улыбнулся:

— Вот теперь ты поняла. Я не хотел демонстрировать силу и доставать меч, когда он думал, что его магия сплавила оружие с ножнами. Я хотел посмотреть, что он будет делать, когда решит, что все контролирует.