Жаркие сны - Кренц Джейн Энн - Страница 54

Эллис старательно сохранял вежливое и скучающее выражение лица.

– Случайно, не слышали, о чем они беседовали?

– Нет. Сидели там, в угловой кабинке, и говорили очень тихо. Но сразу было видно, о чем-то очень важном, и док очень волновался. Если он и собирался покончить с собой, то уж наверняка подождал бы до конца своего опыта.

Эллис спрятал блокнот в карман.

– Что же, вполне логично.

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем лекция закончилась. Слушатели ринулись к выходам. Тамсин пробилась к сцене.

Изабел устало прислонилась к трибуне.

– Можешь ничего не говорить. Я знаю, что была ужасна.

– Вовсе нет, – покачала головой Тамсин, четко выговаривая каждое слово – Лекция была очень интересной.

– Ну да, один человек в первом ряду даже заснул. А у остальных был такой вид, словно им не терпелось удрать на ленч или прочитать эсэмэски.

– Да, конечно, были неудачные места, однако над этим можно поработать.

– Я ценю твое хорошее отношение, но лучше сразу посмотреть правде в глаза. У меня нет ни способностей, ни энтузиазма для такой работы. Ты и Лайла были очень добры, когда уговорили Фаррела дать мне возможность попробовать, подумаю, настоящего инструктора из меня не выйдет.

– Ты все сможешь, Изабел, – уговаривала Тамсин, включаясь в режим метода Кайлера. – Давай пройдемся по основным пунктам твоих тезисов перед следующей лекцией.

– О нет, спасибо огромное.

Изабел собрала карточки.

– Я немедленно поговорю с Фаррелом и объясню, что увольняюсь. Что-то подсказывает мне, что он будет в восторге.

Рэндолф Белведер обрадовался, словно ему достался выигрышный билет в лотерее. Он изо всех сил постарался не выказать отчаянной надежды.

– Хотите сказать, что мой отец застраховал свою жизнь на огромную сумму? – переспросил он, принимая, как ему казалось, спокойную, сосредоточенную позу. На самом деле пальцы его дрожали так сильно, что он боялся, как бы этот страховой детектив самого зловещего вида не подумал, будто у него алкогольный тремор.

Мужчина, сидевший напротив, представился Чарлзом Уордом. Когда миссис Джонсон проводила его в кабинет, Рэндолфу сразу показалось, что этот Уорд не похож на служащего страховой компании. Слишком дорогой костюм европейского покроя. Ничего общего с традиционными мешковатыми костюмами, принятыми среди большинства американских бизнесменов.

Но беспокоила Рэндолфа вовсе не одежда Уорда, а он сам. Даже в итальянском костюме Уорд выглядел так, словно стоял по другую сторону закона.

– Пока что мне позволено сказать одно: я расследую обстоятельства смерти доктора Белведера, – начал Уорд, давая понять, что любая откровенность здесь неуместна. – Если результаты моей работы позволят предпринять дальнейшие действия, кто-то из компании свяжется с вами, чтобы обсудить детали страхового полиса.

– Понятно. – Рэндолф крепко сжал ладони. – Не могли бы вы по крайней мере сказать, велика ли сумма страховки.

– Видите ли, мои услуги стоят дорого, – загадочно улыбнулся Уорд. – Компания не посылает меня на расследования, если сумма взноса того не стоит.

– Ясно.

Рэндолф вдруг ощутил, как во рту стало сухо. Пришлось судорожно сглотнуть слюну, прежде чем продолжать.

– Итак, что вы собираетесь проверить?

– Причину смерти.

Рэндолф от неожиданности растерялся.

– Разве в ней кто-то сомневается. Мой отец умер от сердечного приступа.

– Уверен, что так оно и есть, – небрежно бросил Уорд. – Но на карте стоит столько денег, что моя компания требует доказательств.

– Разве существует иная возможность?

– Самоубийство.

– Вы с ума сошли! – ахнул Рэндолф. – Мой отец никогда бы не покончил с собой.

– Родственники часто так говорят. Поразительно, как мало людей способны распознать все признаки надвигающейся трагедии.

Рэндолф уверенно покачал головой:

– Мой отец жил своими исследованиями. Я первым готов признать, что он был не в себе, однако это не изменяет того факта, что он глубоко верил в свои труды. Самоубийство совершенно исключено.

– Центр проводит исследования сна, – спокойно указал Уорд. – А это означает, что ваш отец имел свободный доступ к различным маркам снотворных препаратов, причем кое-какие из них были экспериментальными, не так ли?

Рэндолф заскрипел зубами.

– Уверяю вас, отец не стал бы проводить эксперименты на себе.

– Вы, вероятно, знаете его лучше, чем кто-либо другой, – пожал плечами Уорд. – Но мой наниматель требует ответить на несколько вопросов. Мне вменяется в обязанность потолковать с людьми, работавшими здесь в ночь его смерти. Совершенно рутинная проверка. Чем раньше я подам отчет, тем скорее вы получите денежки. Есть возражения?

– Никаких. Сейчас скажу секретарше, чтобы та сообщила служащим о вашем приезде. Можете говорить с ними на любые темы. Вы сразу же поймете, что я говорил правду. Мой отец не самоубийца.

Уорд встал и подхватил портфель.

– Надеюсь, что вы окажетесь правы.

Глава 33

– Хорошие новости, Фаррел. Я собираюсь осуществить по крайней мере одну твою заветную мечту. – Изабел закрыла за собой дверь кабинета и уселась в кожаное кресло. – Я увольняюсь.

Фаррел, оторвавшись от разложенных на столе бумаг, пораженно уставился на свояченицу:

– Но почему?

– Потому что не обладаю талантом для этой работы. Ни малейшим. Я только что вернулась со своей первой лекции и могу сказать точно: чудо, что большинство слушателей ухитрились не заснуть.

– Понятно, – задумчиво протянул Фаррел. – Лайле это не понравится.

– Да, но, видишь ли, родные никогда не одобряли моих карьерных устремлений.

– Возможно, потому что у тебя никогда не было того, что можно назвать настоящей карьерой.

– Довольно обо мне, – спокойно отмахнулась Изабел.

– Не волнуйся, тебе заплатят за время обучения.

– О, меня волнует вовсе не оплата. То есть, конечно, деньги мне нужны, но сейчас я не о том. Меня гораздо больше тревожите вы с Лайлой. Я твердила себе, что не должна вмешиваться. – Изабел тяжело вздохнула. – Однако ничего не могу с собой поделать. Что случилось?

– О чем ты? – насторожился Фаррел.

– Брось, Фаррел, мне с самого начала было ясно, что ты нанял меня под сильнейшим давлением Лайлы и Тамсин.

Фаррел так сильно сжал губы, что они превратились в тонкую бледную линию.

– Признаю, меня не слишком вдохновляла идея развития творческого потенциала во сне. Звучит уж очень метафизически для метода Кайлера. Ты знаешь, я не верю в сверхъестественное.

– Дело не только в этом. Ты постоянно стараешься избегать меня. Когда мы встречаемся, ты тут же делаешь вид, что спешишь на очередную встречу. И, кроме того, моя сестра очень несчастлива. Фаррел, что происходит?

– Говори потише. – Фаррел опасливо взглянул на дверь. – Не хочу, чтобы Шейла тебя подслушала. Мы стараемся поддерживать деловой, позитивный имидж. Не хватало еще громких сцен в моем офисе.

– Ну так вот, если не объяснишь, что тут творится, получишь полновесный семейный скандал прямо здесь, в кабинете.

Фаррел оценивающе оглядел Изабел:

– Похоже, ты не шутишь.

– И не думала, – заверила Изабел, расправляя плечи.

– Знаешь, ты права. Это не твое дело.

– Я люблю Лайлу. Да и ты мне небезразличен. Мы родственники.

– Что мне прикажешь делать?

– Попытаться исправить положение.

Фаррел порывисто встал и подошел к окну.

– Именно это ты и делаешь, не так ли? Даешь советы другим людям, – бросил он с такой горечью, что Изабел стало не по себе.

– Фаррел, – потихоньку спросила она, – может, ты серьезно болен? Тогда ты должен знать, что Лайла любит тебя и будет рядом в любом случае. Точно так же, как поступил бы и ты.

– Я не болен.

– Слава Богу, – облегченно вздохнула Изабел. – Однако я все же не понимаю, что такого ужасного произошло и почему ты боишься обсудить это с Лайлой?