Жаркие сны - Кренц Джейн Энн - Страница 36

Изабел нахмурилась:

– Он слышал об этом. Но, похоже, остался совершенно равнодушен. Сейчас для него главное – вернуть меня в центр. Когда я отказалась, он разозлился и потребовал, чтобы я объяснила, как связаться с Клиентами № 1 и № 2.

– Но не № 3?

– Нет. – Она помедлила и решительно покачала головой. – У меня сложилось впечатление, что он знает только о двух анонимных клиентах.

– А когда ты отказалась давать ему любые сведения, которые помогли бы найти этих клиентов, он угрожал тебе судом, если уведешь их из центра?

– Похоже, теперь я настоящий игрок. Верно? – самодовольно усмехнулась Изабел.

– О да, – усмехнулся Эллис.

Изабел нерешительно посмотрела на него:

– Скажи, он блефовал, когда говорил, что двое анонимных клиентов подписали контракты, и я просто не имею права консультировать их за пределами центра?

– Успокойся, ни я, ни Лоусон не подписывали никаких контрактов, – заверил Эллис. – Не хотели оставлять бумажный след. Ты вполне законно можешь нас консультировать. Кстати… похоже, что Клиент № 3 тоже ничего не подписывал.

Изабел взяла нож и принялась резать томаты.

– Как, по-твоему, Рэндолф так бесчувственно и жестоко отнесся к случившемуся с Гэвином Харди, потому что каким-то образом причастен к смерти бедняги?

– Если это Рэндолф убил Харди, не получив прежде информации о трех таинственных клиентах, значит, положение у него совсем безвыходное.

– Верно. После ужина я позвоню своему другу Кену Пейну и узнаю, что творится в центре. Он всегда первым узнает все сплетни. – Изабел подошла к холодильнику, но тут же повернулась и встревоженно спросила: – Ты любишь слоеное тесто?

– Зависит от того, что ты собираешься с ним делать?

– Испечь и подать на ужин.

Эллис медленно улыбнулся:

– Если так, я обязательно все съем.

Глава 21

До Кена Изабел дозвонилась только в десять часов. Он очень ей обрадовался.

– Изабел, я сам хотел позвонить тебе, но все это время был немного занят. Знаешь, я пошел на прием к кардиологу и не успел оглянуться, как меня уже везли в операционную.

– И что это оказалось?

– Аневризма аорты. Смерть уже подстерегала меня. Но врачи успели вовремя. Теперь я дома, и все идет лучше некуда.

– Кен, я просто счастлива это слышать.

– Они сказали, что это заболевание часто бывает наследственным и скорее всего именно аневризма убила моих отца и деда. Ее трудно диагностировать, потому что болезнь протекает бессимптомно до той минуты, когда аневризма разорвется. А тогда обычно бывает слишком поздно. Приступ очень похож на обычный инфаркт, и так обычно и пишут в отчете о причинах смерти.

– Но теперь все хорошо?

– Теперь я совсем как новенький. По крайней мере так утверждают врачи. Сьюзен тоже здесь, со мной. – Кен вдруг замолчал. Изабел уже хотела окликнуть его, как он заговорил снова: – Она просит поблагодарить тебя за все. И я, разумеется, полностью ее поддерживаю. Я у тебя в долгу, Изабел.

– Как здорово, что все закончилось благополучно!

– А ты как? Я еще не выходил на работу. Но слышал, что там творится настоящий кошмар.

– Это уже не моя проблема. Я устроилась инструктором в компанию зятя. Будет чем оплачивать счета, пока я не открою свою консалтинговую фирму. Слышал о Гэвине Харди?

– Да, Джейсон звонил мне сегодня днем. Какой ужас, верно? Что делал Харди в твоей глуши?

Изабел взглянула на Эллиса, сидевшего на корточках перед одной из шести коробок с бумагами Мартина Белведера. Он раскладывал документы по датам.

Открыв после ужина первую коробку, оба очень расстроились, обнаружив, что заметки, описания снов и неопубликованные журнальные статьи свалены, как попало. Адвокаты хоть и сохранили все, что посылал за эти годы Белведер, все же не сочли нужным как-то систематизировать массу материала.

– Гэвин пытался раздобыть деньги на игру в Лас-Вегасе, – осторожно заметила Изабел. – Он предложил мне продать информацию о конфиденциальных клиентах, которую обнаружил в компьютере старика Белведера. Но был убит, прежде чем я успела с ним потолковать.

– Данные о конфиденциальных клиентах? Похоже, Гэвин не лгал. Он был неплохим парнем, но просто помешался на игре.

– Да, он жил исключительно ради поездок в Вегас. А Джейсон больше никаких сплетен не передавал?

– Упомянул, что многие стряхивают пыль со своих резюме. Я подумываю последовать их примеру. Ходят слухи, что после смерти старика финансирование почти свелось к нулю. Кое-кто даже заключает пари, объявит себя Рэндолф банкротом или нет.

Изабел поджала под себя ноги и нахмурилась. Эллис беззастенчиво ловил каждое слово.

– Похоже, ситуация становится серьезной.

– Вот и все новости. Если не считать того, что Рэндолф Белведер и Амелия Нетли более чем подружились за последнее время.

– Шутишь! – удивилась Изабел. – Когда я работала там, никто ничего не подозревал. Я уж точно ни о чем не догадывалась.

– Если верить Сандре Джонсон, они встречались еще при жизни старика.

– Сандра должна точно знать. Она сидит прямо перед кабинетом Белведера и ничего не упустит.

– Впрочем, и в раю не все безоблачно. Сандра слышала, как после твоего ухода Амелия и Рэндолф ссорились за закрытыми дверями.

– Кен, ты поистине неисчерпаемый источник интересных новостей!

Они еще немного поболтали, после чего Изабел попрощалась и повесила трубку.

Эллис оставил бумаги, встал и стал массировать плечо. Изабел заметила его прикушенную губу и напряженное лицо.

– Хочешь, дам тебе таблетку обезболивающего? – спросила она, поднимаясь с дивана.

– Я в полном порядке, – процедил Эллис. – Пейн сообщил что-нибудь полезное?

– К сожалению, нет. Он поправляется после операции и не был на работе почти с того дня, как я ушла. Ничего интересного, если не считать, что Рэндолф спит со своей подчиненной, Амелией Нетли. Боюсь, нам это вряд ли поможет.

– Каков следующий пункт в твоем списке?

Изабел заглянула в лежащий рядом с телефоном блокнот.

– Сандра Джонсон. Она была секретарем Мартина Белведера. Рэндолф ее унаследовал.

Изабел уже потянулась к телефону, когда в маленькой прачечной рядом с кухней раздался приглушенный лязг, сопровождаемый глухим стуком.

Эллис развернулся молниеносно, как в полицейском боевике, метнулся к портфелю и выхватил оттуда пистолет.

Прежде чем Изабел успела опомниться, он ударил по выключателю, погрузив комнату в темноту.

– Эллис…

– Ложись на пол! – приказал он.

– Но…

– Быстро!

Изабел скорее почувствовала, чем увидела, как он шагнул к кухне. Все происходило с такой скоростью, что она перестала что-либо соображать. И тут ей в голову пришла ужасная мысль.

– Не стреляй! Это всего лишь Сфинкс! – крикнула она. – Вошел через собачью дверцу в прачечной. Пожалуйста, не трогай его!

Последовало короткое молчание. Через несколько секунд свет снова залил кухню.

Эллис стоял на пороге прачечной, вытянув руку с пистолетом. Лицо его было угрожающе мрачным.

– Да, Сфинкс, ничего не скажешь, тебе крупно повезло, – бесстрастно проговорил он.

Ничуть не взволнованный тем, что благополучно избежал смерти, Сфинкс приветствовал Эллиса ленивым помахиванием хвоста и проследовал к своей миске.

Изабел облегченно вздохнула.

– Прости. Я совсем забыла о маленькой собачьей дверце, которую Сфинкс нашел сразу же после переезда. Он исчез, пока я раскладывала вещи. Я думала, бедняга сбежал, и очень боялась, что он не сможет найти дорогу обратно. Но как видишь, он вскоре появился как ни в чем не бывало.

Эллис не пошевелился. Изабел не поняла, услышал он или нет. Но едва она открыла рот, чтобы повторить объяснения, он повернулся очень медленно, словно боялся взглянуть на нее, и сказал:

– Ты должна была лежать на полу. – Лед в его словах приморозил ее к месту.

– Эллис? Что случилось? Прости, что напугали тебя, – тараторила Изабел со все возраставшей тревогой. – С тобой все в порядке?