"Фантастика 2024-22. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 1433

Всё, время истекло. Выплюнув хабарик, я поднялся во весь рост, повесил на плечо карабин и зашагал вниз по склону.

В деревне меня встретили настороженными взглядами. Детей и женщин разогнали по домам – принимающая сторона состояла из одних только вооруженных до зубов хмурых мужчин. Человек двадцать собралось – уважают, однако.

– Русский рейнджер? – выступил вперед светловолосый бородатый крепыш.

– Вроде того. А ты здесь главный?

– Да я. О чем говорить хотел?

– Просто поболтать заглянул. Если получится, за жизнь перетереть и решить, реально ли нам краями разойтись. – Кажется, он понимал меня не особенно хорошо, но… «Остапа несло».

– А не боишься, что скрутим тебя да попытаем?

– Боялся бы – не пришел, и взять меня не получится, прежде чем сам лягу, по меньшей мере половину из вас с собой прихвачу. Это вам надо бояться – если не вернусь, здесь вообще никого не останется.

Лица мужиков напряглись, и они начали судорожно тискать оружие.

– Вот этого не надо – пушки не лапайте, я здесь как раз для того, чтобы попытаться дело миром решить.

– Ты от кого? От доргов или администрации? Учти, мы с ними переговоров не ведем.

– Сам от себя, это во-первых, а во-вторых, не в вашем положении ультиматумы ставить. Слушай, может, нормально поговорим? Без наездов. Я понимаю, что все излишне напряжены и день у вас тяжелый выдался, но давай уж как-то по-людски ситуацию разруливать…

– Хорошо, пошли. – Крепыш развернулся и направился куда-то в глубь селения. Я двинулся следом.

Пропуская нас, толпа расступилась, снова сомкнулась за спиной и потянулась в том же направлении. Неприятное ощущение, когда сзади находится человек двадцать вооруженных и не слишком расположенных к тебе людей. Но ничего не поделаешь, и виду, что мурашки по коже табунами бегают, показывать нельзя.

Меня привели в самую большую из хижин (сельсовет, не иначе) и усадили за стол. Староста, или как его там, уселся напротив, а в помещение набилось еще с десяток человек. Остальные остались снаружи.

– Ладно. Не буду тянуть кота за… хвост. Сначала изложу вам, кто я такой и что тут делаю. – После этого я пересказал то, что уже говорил гонцу, только более подробно. Закончил так: – Но я вижу, что вы не бандиты… То есть бандиты, конечно, но таких, как вы, у нас русских называют партизанами! И это уже совсем другой расклад. Относятся к вашему брату с большим уважением – испокон веку повелось. Дело ваше правое!

От этой моей сентенции мужики просто охренели.

– Только мелко плаваете, – добил я их. – Надо не по чуть-чуть гадить, а на серьезные дела выходить. Дорги, как ни крути, захватчики, поработители и угнетатели, а вы – возмущенные народные массы. И я ваше возмущение вполне разделяю. Кстати, что отличает партизана от бандита? – бросил я вопрос, но в ответ получил недоуменное молчание. Да, хреновато тут с идеологической подготовкой – элементарных вещей не знают, ничего, исправим. – Отвечаю: поддержка местного населения. Чтобы было доходчиво, пример из истории: Робин Гуд не бандит, а прославленный в веках партизан.

Народ внимал.

– А прислужники «инков» – это изменники и предатели человеческой расы. Их мы будем безжалостно уничтожать! – закончил я импровизированный митинг. Как-то даже слишком увлекся… Но впечатление явно произвел.

– Последнее, что ожидал услышать от посланного на наши поиски рейнджера, это таких слов. Вообще представить не мог! – потрясенно пробормотал кто-то из присутствующих.

– Но я же русский рейнджер, – счел должным отозваться я. – Хотя у нас рейнджеров нет. Есть десант, спецназ… и партизаны. Последние – самые страшные (про зверей из стройбата не будем). Так что считайте меня коммунистом… тьфу, партизаном, хотел сказать.

– Вы все в России такие… сумасшедшие? – поинтересовался староста.

– Не все, но многие. У нас вся жизнь – борьба за выживание. И если не воюем с агрессором, то противостоим собственной власти и ее карательным органам. Сейчас, правда, хреново воевать стало – сплачивающей идеи нет. И баталии в основном форумные. Но власть все равно дружно не любим. Это вы у себя в Европах да Америках расслабились. – Хотя я давно не бывал на родине, но как там обстоят дела, представление имел. – Но я отвлекся, короче, партизанить – дело благородное и очень почетное, однако настоящую партизанскую войну надо вести правильно и с умом. Саботаж, диверсии и террор – наше всё! Про грабеж… вернее экспроприацию и взятие трофеев тоже не забываем. Я вам сейчас расскажу…

Увлекшись посвящением неофитов в партизаны, я чуть было не пропустил назначенный срок, но вовремя опомнился и послал за Брианом побывавшего у нас в «языках» парнишку, указав место, где надо искать, и заставив затвердить пароль. Пароль был на русском языке и сугубо матерный, но пообщавшемуся со мной ирландцу этот стиль был хорошо знаком. Предупредил парня, что орать следует начинать еще на подходе.

В этом поселке нам больше ничего не угрожало. А эмоции окружающих колебались от сдержанно доброжелательных до откровенно восторженных. Такие вещи мной просекаются на раз.

Хмурого, настороженно озирающегося ирландца встречали чуть ли не цветами.

– Серж, что ты им наплел? – выбрав мгновение, когда вокруг никого не оказалось, спросил он.

– Не поверишь, только чистую правду говорил. И мы теперь не враги, а соратники. Так что расслабься. Подробности потом. Только в диспуты не вступай – отделывайся общими фразами. А если спросят про меня, говори, что твой командир – русский партизан.

– Не молод ты для партизана? – неожиданно проявил эрудицию, а вдобавок и иронию ирландец. Интересно, откуда они у него? Хотя он сам в прошлом герильяс, пусть и ирландский. А иронии мог от меня нахвататься.

– Я партизан в душе, – выйдя из ступора, нашелся я.

Вечером в деревне был настоящий праздник. Налет удался, добычи много, никто не погиб, а тут еще дорогие гости пожаловали. Честно говоря, надо бы им контрразведкой обзавестись. Будь я засланцем и наври с три короба, печально могло бы закончиться… Но портить людям настроение и провоцировать лишние в данном случае подозрения я не стал. Потом как-нибудь растолкую.

Неожиданно разрешилась ситуация с нашим невыполненным контрактом. Я уже было смирился с тем, что задание провалено, но всплыли новые факты. Оказывается, на дороге орудовало две банды: наша, будем ее идейной называть, и обыкновенная. Впрочем, я подозревал, что банда будет не одна, – уж очень почерк налетов отличался, в разных стилях работали. Между этими группировками намечались серьезные трения. Несколько раз доходило до вооруженных столкновений, и добром дело окончиться не могло. Короче, врагов нам сдали с потрохами.

На следующий день мы сердечно распрощались с жителями деревни, получили проводника, и тот вывел нас прямо к лагерю конкурирующей фирмы. Вот так все просто получилось. Здесь неожиданностей не было – лагерь как лагерь, бандиты как бандиты. Задание выполнено, можно коммандос вызывать. Я ведь не подписывался все на свете банды им отыскать.

Затем мы немного поучаствовали в ночном штурме. Одного часового я снял из лука, других сработали «невидимки» в доргских комбезах. После чего началась бойня… Я тоже пострелял и даже кого-то убил, а Бриан самозабвенно молотил из пулемета. Но в этот раз мы действовали вместе с военизированным подразделением, и пунктов за головы нам не полагалось. На все трофеи тоже наложили лапу коммандос. Жлобы. Но больше я с ними работать не буду, твердо уже решил. Мне засчитали только убитого стрелой часового – тут спорить было сложно. Потом мы вернулись в город…

Приведя себя в порядок и отдохнув с дороги, я заявился к шерифу. В этот раз он оказался на месте.

– Привет, Эрл.

– О, русский мститель! Заходи.

– Почему мститель? Обыкновенный «Ужас, летящий на крыльях ночи».

– Новый выпуск еще не читал? На, взгляни.

Смотрю, я очень популярной фигурой становлюсь. Каждый раз статья на первой странице.

Заголовок гласил: «Русские мстители» (еще бы «Неуловимыми» назвали). Дальше шло перечисление наших подвигов, в большинстве своем вымышленных. За неимением фотографий статью иллюстрировали рисунками. Как бы в персонажи комиксов не угодить… уж больно стиль похож. Радовало, что тон статьи был вполне доброжелательным. Быстро пробежав глазами по строчкам, я вернул газету шерифу.