"Фантастика 2024-22. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 1240

Лук остался где-то позади, около истребленных змиев. Пока я буду бегать туда-обратно, эльф, несомненно, уйдет. Да и удастся ли выстрелить? Очень уж досаждает рана на плече. Остается разменять последний козырь.

Подхватив с земли обломок скалы, я бросился вслед за врагом, на ходу срывая с предплечья ремень пращи. Змей еще не успел набрать скорость, оставаясь в пределах досягаемости хорошего броска. Раскрутив пращу, я послал камень в спину седоку. Попал! Насколько мне было видно, снаряд угодил эльфу куда-то в район поясницы. Он сполз вбок, а затем, вывалившись из седла, рухнул на землю. Не знаю, как была устроена упряжь зиланта, не успел рассмотреть, но она явно не предусматривала фиксации всадника какими-либо страховочными ремнями. Ну и славно!

Нет! Черт возьми! Не славно!

Ситуация неожиданно сложилась не лучшим для меня образом – змей, осознав потерю груза, передумал улетать. Напротив, заложив разворот, он вошел в пике и атаковал. А вот подходящего оружия, дабы достойно встретить противника, у меня и не осталось! Распластавшись на земле, я пропустил его над собой, испытав ощущения, как от обкатки танком. А затем, пользуясь неповоротливостью зиланта, с низкого старта рванул к служившим мне укрытием камням. Благополучно достигнув цели, я схватил валяющийся около мертвого зиланта лук и почувствовал себя гораздо увереннее. Обстановка опять кардинально переменилась. Ударная порция адреналина, выплеснувшаяся в кровь, заглушала боль в плече. Благодаря этому я смог справиться с тетивой. А спустя несколько секунд с последним врагом было покончено! Выронив лук, я опустошенно опустился на землю.

Вся схватка заняла буквально несколько минут, но протекала в бешеном темпе, так что вымотался я изрядно – должно быть, сказалась большая потеря крови. В пылу сражения, подхлестнутый выбросом гормонов, я этого не замечал, но вот сейчас несколько сдал. Вообще-то странно: я полагал, что мой мутировавший организм справится с повреждениями и слабостью несколько легче.

Немного отдышавшись, я занялся ранами. Первым делом отломил торчащий под ключицей наконечник стрелы, а потом, заведя руку за спину, выдернул остатки черенка. Одна есть! Продолжая лечение, залепил входное и выходное отверстия раны жеваным тысячелистником – он оказывает обеззараживающее воздействие и улучшает сворачиваемость крови. Потом с грехом пополам перевязался, наложив на раны высушенный сфагнум[36] и прихватив все это дело кожаной полоской. Не бог весть что, но пока сойдет. В большей степени я полагался на свои возросшие регенеративные способности.

Вот со второй стрелой придется повозиться: костяной наконечник застрял в бедре, паскудно царапая кость при каждом движении. Судя по первой стреле, форма наконечника не позволит вытащить его из раны, скорее он соскочит с черенка. Но этим придется заняться позже. У меня еще остались незаконченные дела, а операция предстоит не быстрая и неприятная. Собравшись с силами, я поднялся с земли и, прихрамывая, двинулся осматривать тела врагов.

Выпотрошенный эльф был еще жив, но для беседы уже не годился. Свернутая шея прекратила его мучения. А вот насаженный на копье правки не требовал, и я направился дальше.

Обратив внимание на то, что давно не было слышно дракона, спросил:

– Чего притих-то?

– Кушаю, – степенно ответствовал Мэд.

Выяснилось, что пока я крошил врагов, ящер вдумчиво питался. А как же, зиланты и есть те самые «плохие звери». То есть подходящая растущему организму пища. Поэтому, покуда я воевал, дракончик жадно впитывал испускаемые подыхающими змеями флюиды.

– Ну-ну, вкушай, дело хорошее.

Переходя от одного к другому, я проверил стрелков. Первый был надежно и бесповоротно мертв, а тот, которого я ссадил из пращи, напротив – пока жив и, похоже, протянет еще какое-то время. Удачно! Мне хотелось прояснить несколько вопросов. Перевернув находящегося в беспамятстве эльфа на живот, я подобрал валяющийся рядом эльфийский лук, срезал тетиву и стянул за спиной руки пленника. Таким образом обезопасил себя от неожиданностей и нацелился на последнего из пятерки – колдуна. Тот вместе с зилантом находился шагах в тридцати, скрытый от меня грудой камней.

Наверное, я непростительно расслабился. Некоторым оправданием может служить то, что до этого дня с колдунами мои дороги не пересекались, если не брать в расчет Валара. Да, сложно было предположить, что, грохнувшись с без малого двадцати метров, живое существо может уцелеть. А ведь случаи бывали… Мне ли не знать! Ну чего стоило хотя бы запульнуть в чародея сюрикеном? Контроль – он и в Африке контроль!

Позже Мэд утешил:

– Он глаза отводил, себя-то спрятать уже не мог – ты о нем знал, но вот чары незначительности навести сумел.

Короче, я нарвался! Сам виноват!

Когда до колдуна оставалось не больше пяти шагов, тот, с виду выглядевший изломанным трупом, выпростал руку, с которой мне в лицо сорвался смертоносный зеленый разряд! Я и так никогда не жаловался на реакцию, а последние метаморфозы в организме и вовсе вывели мои способности на другой уровень. Потому, наверное, и успел заслонить голову рукой. Энергетический импульс ударил в раскрытую ладонь. По нервам полоснуло болью, отсушив руку до плеча. Вокруг кисти, начал разрастаться пронизанный разрядами кокон зеленого света. Дальше я действовал инстинктивно, ударив ладонью по стоявшему рядом камню. Светящийся кокон стек на него и впитался внутрь. Через мгновение камень с треском рассыпался. Успел! Промешкай я секунду, нечто похожее могло случиться с рукой.

Больше не медля, я метнулся к колдуну. Залитый кровью, он лежал, полупридавленный тушей зиланта. Выдернув колдуна из-под змея, я безжалостно переломал ему руки. Его ненавидящий взгляд, скользнув по моему лицу, остановился на оставленном Валаром тройном рубце.

– На тебе знак, ты должен умереть! – прохрипел окровавленным ртом умирающий.

Я только глумливо ухмыльнулся.

– Ты уже мертв! – прошипел колдун, а затем с его губ начали срываться непонятные рокочущие звуки нечеловеческого языка.

– Убей его! – панически заверещал Мэд. – Это проклятье!

Вспышка ярости накрыла внезапно. Схватив колдуна за волосы, я, как будто всю жизнь только этим и занимался, одним движением мгновенно отросших клыков разорвал ему горло, щедро отхлебнув крови, смывая соленой, терпкой жидкостью затопившее сознание бешенство. В голове сразу прояснялось, я почувствовал, как тело наливается силой, уходит усталость, отступает боль от ран! Через несколько секунд, немного придя в себя, я отшвырнул уже мертвое тело и оторопело пробормотал:

– Поганая привычка, надо отвыкать!

Все еще пребывая в глубокой задумчивости по поводу своих вновь обретенных вкусов, я медленно поднялся с земли, утер рукой испачканный рот и мысленно обратился к сыто похрюкивающему дракончику:

– Ну что, брат, схарчил душу-то?

– Не, я души не ем, – лениво отозвался обожравшийся ящер. – Ты же сам ее выпил.

– Ну ни хрена себе!

Поначалу небрежное замечание дракона повергло меня в шок. Но немного подумав, я пришел к выводу, что, возможно, все не так уж и плохо. В любом случае поделать с этим уже ничего нельзя. Предаваться раздумьям будем потом. Есть дела поважнее.

Конечно, очень хотелось поговорить с колдуном, но в связи с приключившимися накладками придется довольствоваться уцелевшим стрелком. Надеюсь, он еще жив.

Направляясь к последнему «языку», я задал дракону глубоко интересовавший меня вопрос:

– Мэд, скажи, почему меня заклинанием не угробило?

– Руна помешала: часть энергии в нее впиталась, что-то я съесть успел, а остатки заклятья сразу сработать не смогли – у тебя кровь сильная, – не очень понятно пояснил ящер. – Я думаю, будь расстояние побольше, оно бы вообще от тебя отскочило.

– Значит, магия мне теперь не страшна?

– Я бы не сказал… Сама магия, может, и не очень, а вот ее последствия…

– Это какие, например?

– Да любые! Дерево на тебя свалят или камнем запустят – и привет!