Десять ли персиковых цветков - Ци Тан - Страница 48

Стерев кровь с моей щеки, принц прошептал:

– Цянь-Цянь, кто так ранил тебя?

Я, повернувшись, ответила:

– Тех, кто ранил, я убила сама. И ту мерзавку убила бы, если бы ее не спас супруг. Ай, не сжимай меня так, у меня все тело – одна сплошная рана!

Ли Цзин, державший Сюань Нюй в объятиях, поднял голову. Кажется, Темный владыка был поражен, услышав мой голос. Он удивленно воскликнул:

– А-Инь?

Сюань Нюй вздрогнула, ее глаза расширились от ужаса, и она пробормотала:

– Высший бог Мо Юань…

Она приняла Е Хуа за моего наставника. Мне пришлось заговорить с Ли Цзином.

– Вот уж не думала, что нам придется встретиться так скоро. А ты не промах, тебе почти удалось меня убить!

Ли Цзин, оттолкнув Сюань Нюй, быстро направился в мою сторону. Однако магический барьер Е Хуа не позволил ему приблизиться. Меня затрясло от злости и унижения, когда я поняла, что Ли Цзин скользит взглядом по моему телу, будто только узнавая. Призвав веер и дождавшись, когда оружие снова окажется в моих руках, я воскликнула:

– Хорошую же владычицу ты себе выбрал! Даже в кровавой бойне, что случилась семьдесят тысяч лет назад, никто не мог так сильно ранить меня, но сегодня ей это удалось.

Из-за большой потери крови с моего лица наверняка исчезли все краски, но все же вряд ли оно могло сравниться бледностью с лицом Ли Цзиня. Темный владыка пребывал в совершенном смятении.

– А-Инь, принц Е Хуа! Что здесь произошло?

Ослабив хватку, Е Хуа ответил:

– Темный владыка Ли Цзин, я явился сюда для того, чтобы спросить об этом у вас!

Я, обернувшись, сказала принцу:

– Вы не тому задаете вопросы. Темная владычица Сюань Нюй похитила вашего сына и тело моего наставника. Так что начать нужно с нее. Кстати, с Колобочком пока ничего не случилось, можете не волноваться!

Е Хуа мягко напомнил:

– Это же и ваш сын.

Приемный сын ничем не отличается от родного, поэтому я почти не соврала, когда сказала:

– Конечно, и мой сын тоже.

Ли Цзин потрясенно выпалил:

– Сын?

Я кивнула. Его взгляд то вспыхивал огнем, то угасал.

– Ты…

Он долго не мог вымолвить ни слова, а затем обернулся и посмотрел на Сюань Нюй. Взгляд Е Хуа был также обращен на нее. Увидев, что мужчины смотрят в ее сторону, и я повернулась к ней.

От жемчужины Ночи ничего не осталось: Е Хуа одним ударом молнии стер ее в порошок. Сюань Нюй стояла на коленях рядом с ледяным гробом Колобочка. Заметив, что супруг пристально смотрит на нее, она принялась убеждать его, в глазах у нее отражалось безумие:

– Ваше Величество! Наш сын наконец-то сможет вернуться! Посмотрите, какое хорошее тело я для него нашла! Я уже давно поняла, что тело высшего бога Мо Юаня пригодится для нашего ребенка, но эта мерзавка Бай Цянь заявилась во дворец Пурпурного света и потребовала у вас Нефритовый Дух. Однако никто не предполагал, что она и без помощи чудодейственной жемчужины сможет поддерживать тело Мо Юаня в хорошем состоянии. Ваше Величество, в прошлом вы завидовали высшему богу, но с этого дня вы не можете плохо относиться к нему, ведь в его теле наш сын возродится…

Ли Цзин крикнул:

– Замолчи!

Сюань Нюй недоуменно произнесла:

– Ваше Величество, неужели я не права? Вы же отказались отдать Нефритовый Дух мерзавке Бай Цянь, не из-за того ли, что ревновали ее к Мо Юаню? Но если он станет нашим сыном… Ах, точно… Вы же еще не знаете, кто такая эта дрянная Бай Цянь. Бай Цянь из Цинцю когда-то притворялась юношей по имени Сы Инь…

Я почувствовала, как у Е Хуа задрожали руки. Мне удалось вырваться из его объятий. Сжав веер в руках, я пересекла невидимую границу магического барьера и с ледяной усмешкой произнесла:

– Сюань Нюй, ты можешь попытаться еще раз оскорбить моего наставника или оскорбить меня. Но знай, что бессмертное тело высшего бога Мо Юаня находится в идеальном состоянии лишь потому, что семьдесят тысяч лет я поила его кровью из своего сердца. Велика честь для твоего сына.

Как только я закончила говорить, Ли Цзин обернулся. Его глаза стали темно-красными. В несколько шагов он преодолел разделявшее нас расстояние и сказал:

– Кровь из сердца, так ты…

Отступив, я с ненавистью произнесла:

– Что, Темный владыка думал, я не смогу сохранить тело своего наставника без помощи Нефритового Духа? Ты должен был понять, что я, Бай Цянь из Цинцю, – девятихвостая белая лисица. О том, чем полезна кровь из сердца девятихвостой лисицы, можешь поинтересоваться у супруги!

Я указала на свою грудь, все еще пронзенную мечом демона, и, усмехнувшись, продолжила:

– Наставник был тяжело ранен. В течение трех месяцев мне приходилось поить его целой чашей крови, взятой из моего сердца. В том бою я тоже получила серьезные ранения и боялась, что не продержусь три месяца. Я подумала, что ты все еще помнишь о дружбе, что связывала нас, и поэтому, позабыв приличия, пришла во дворец Пурпурного света и попросила у тебя жемчужину Нефритовый Дух. Помнишь, что ты ответил на мою просьбу?

Он едва слышно прошептал:

– А-Инь, я не знал, что ты была серьезно ранена… Я не знал, А-Инь…

Вытерев кровавые слезы, я указала на гроб с телом высшего бога Мо Юаня и, рассмеявшись, произнесла:

– Известно ли тебе, как мне удалось пережить те три месяца, когда мне каждую ночь приходилось отдавать кровь из сердца? Если я могу считаться доброй бессмертной, то лишь потому, что всегда плачу добром за добро. Наставник оберегал меня целых двадцать тысяч лет, он всегда приходил мне на помощь. Если бы я не отблагодарила его, то я, Бай Цянь, была бы недостойна зваться высшей богиней. Но я так бесполезна! Смогла поить его кровью всего семь дней, а после упала без чувств. Если бы не матушка, которая отдала мне половину своей силы, я бы сейчас с тобой не разговаривала. Сы Инь, как и гласит легенда, тогда бы просто исчез. Ты еще помнишь, как я поклялась ненавидеть тебя и твой дворец Пурпурного света? Я знаю, с каким трудом небожители и темные восстанавливали изрядно пошатнувшуюся дружбу, и поэтому не хочу вновь разжигать старую вражду. Но неужели ты подумал, что я боюсь вас?

Ли Цзин выглядел разбитым.

Все мои силы ушли на то, чтобы рассказать эту историю, и я не обращала внимания на свою рану, но теперь, когда остановилась, чтобы перевести дух, ощутила вспышку ужасной боли. Хорошо, что эта боль продлится недолго. Я закашлялась, и ко мне на помощь тут же поспешил Е Хуа. Пока мы с Ли Цзином вспоминали прошлое, он спас Мо Юаня и Колобочка, вытащив их из ледяных гробов. Сейчас они оба зависли в воздухе за спиной Е Хуа, окруженные защитным коконом из его божественной ци. Взглянув на Мо Юаня, я опять подумала, что, за исключением мертвенной бледности наставника, Е Хуа ничем не отличался от него – даже цвет волос и одежда казались похожими.

Ли Цзин продолжал пристально смотреть на меня. Темный владыка долго хранил молчание, прежде чем заговорить снова:

– А-Инь, все не так, в тот день… в тот день, когда ты исчезла, я долго пытался найти тебя! За эти семьдесят тысяч лет я никогда не прекращал поиски. Я много думал обо всем… А-Инь, Сюань Нюй права, я действительно не отдал тебе Нефритовый Дух потому, что знал: ты хочешь спасти наставника. Я ревновал тебя… А-Инь, я никогда не мог оставаться равнодушным к тебе…

Его слова испугали меня, однако я сумела успокоиться и, вздохнув, ответила:

– Ли Цзин, твои слова о том, что ты никогда не был равнодушным ко мне, – ложь. Ты всю жизнь провел в погоне либо за прошлым, либо за недостижимым. Получив желаемое, ты сразу терял к этому интерес.

В глазах Темного владыки стояли слезы. После долгой паузы он тихо рассмеялся и произнес:

– Ты говоришь так, потому что не хочешь брать на себя ответственность? Ты же никогда не любила меня, верно? Поэтому я и остался с Сюань Нюй, ведь ты так легко отпустила меня! Я же давно опротивел тебе, не так ли?

Гнев, который было так непросто усмирить, снова вспыхнул в груди. Я стиснула зубы и усмехнулась: