Десять ли персиковых цветков - Ци Тан - Страница 32

Ни в одной комнате этого здания не было тихо.

Мимо нас прошагала служанка в красном платье. В руках она держала поднос с пирожными с начинками из фасоли. Колобочек, шмыгнув носом, снял заклинание невидимости и последовал за ней. Мне пришлось пойти вместе с ним. Служанка, заметив милого малыша, потрепала его по щеке. Увидев меня, девушка смущенно улыбнулась и отдала Колобочку поднос с пирожными.

Я затащила Колобочка в конец коридора и долго думала, как вразумить его так, чтобы он понял, что был неправ, но при этом не расстроился. Ведь сегодня у мальчика день рождения, и Е Хуа попросил меня развлечь его. Было бы нехорошо огорчать его в такой день. Я еще раз прокрутила все в голове, затем улыбнулась и мягко спросила:

– Та история, которую рассказывали в чайной, была очень увлекательной, правда? Сначала ты с интересом слушал рассказчика. Однако как… ты оказался в… э-э-э… этом здании?

Нахмурившись, Колобочек ответил:

– Один толстяк на улице увидел милую девушку. Он рассердился, когда девушка не разрешила ему себя поцеловать, и позвал каких-то сильных парней, и те окружили ее. Она так испугалась, что мне стало не по себе, захотелось прийти ей на помощь. Но когда я выбежал, их нигде не было видно. Один дядюшка сказал мне, что толстяк отвел девушку в Цветочный терем[55]. Я боялся, что они изобьют ее, поэтому попытался войти сюда, но женщина у двери не пустила меня, и мне ничего не оставалось, кроме как стать невидимым. Не знаю, почему тот дядя сказал, что это Цветочный терем. Я осмотрел дом сверху донизу, но не увидел никаких цветов…

Пока я слушала его рассказ, мое сердце бешено колотилось. Колобочек не знал, какая опасность ему угрожала. По человеческим меркам мальчику было не больше трех лет. Его корни бессмертного все еще оставались непрочными. Нужно было тщательно оберегать его. Отец Колобочка благополучно воспитывал мальчика на протяжении трехсот лет. А сейчас малыш остался со мной. Если он увидел что-то, чего не должен был видеть, если он будет думать о тех вещах, о которых ему не следует думать, если его бессмертная первооснова столкнется с демонической преградой и произойдет искажение ци, Е Хуа не оставит от меня мокрого места.

С трудом сглотнув, я выслушала продолжение его истории:

– Когда мне удалось отыскать того толстяка, он неподвижно лежал на полу, а рядом с девушкой стоял мужчина в белом одеянии и сжимал ее в объятиях. Увидев, что все обошлось, я собирался уйти, чтобы и дальше слушать истории, но ошибся и прошел через другую стену, за которой оказалась еще одна комната…

Во времена моего ученичества нам с Десятым плохо давалось искусство астрологии, и мы часто получали наказания от Мо Юаня. Нас отправляли в мир смертных, где мы, взяв кусок парусины и обратившись в даосов-гадателей, устанавливали шатер на рынке. Мы предсказывали смертным судьбу, а также гадали на костях. Тогда мы постоянно наблюдали, как к приличным девушкам пристают всякие сомнительные личности. Если это была незамужняя девушка, молодые воины, проходившие мимо, заступались за нее, размахивая мечами. Если девушка была замужней, появлялся ее муж и делал то же самое. Хотя одни были воинами, а другие – мужьями, и те и другие носили белые одежды.

Колобочек, почесав нос, нахмурился и продолжил рассказ:

– В той комнате мужчина и женщина катались по кровати. Переплелись руками и ногами. Мне стало любопытно, поэтому я решил остаться посмотреть, чем они занимаются.

Мое сердце понеслось вскачь, и я дрожащим голосом спросила:

– Что же ты увидел?

Мальчик задумался, а затем сказал:

– Они целовались и трогали друг друга.

Помолчав, он нерешительно спросил:

– Матушка, так чем они занимались?

Я долго смотрела в небо, обдумывая, что же ему ответить. Кое-что придумав, я торжественно произнесла:

– У смертных, которые занимаются самосовершенствованием, есть такая практика, как парная культивация. Вот этим они и занимались.

Колобочек с пониманием заявил:

– Смертные очень усердны в самосовершенствовании.

Я с трудом подавила смех. Повернувшись, я внезапно врезалась во что-то твердое и пахнущее алкоголем. Потерев ушибленный нос, я отступила на пару шагов и посмотрела на стоявшего передо мной мужчину, от которого несло вином. В правой руке незнакомец держал веер. Прищурившись, он с интересом оглядывал меня. Выглядел мужчина неплохо, но внутри него будто пылал огонь, да и кожа казалась тусклой. Я подумала, что, вероятно, он слишком усердно занимался парной культивацией и поэтому его мужская сила поугасла.

Мужчина раскрыл веер и, непринужденно помахивая им, сказал:

– А вы, господин, действительно незаурядны. Я, князь, восхищаюсь вами.

Хм, похоже, передо мной князь местных «цветочков». Долетавший до меня запах перегара был невыносимым. Я едва смогла отвесить ему поклон и произнести:

– Благодарю за добрые слова!

Взяв Колобочка за руку, я собиралась свернуть в коридор и спуститься вниз. Однако мужчина, повернувшись боком, загородил мне путь. Схватив меня за руку, князь нахально улыбнулся и сказал:

– Такая белая кожа, такая нежная ручка…

Я была ошарашена. Я знала по своему опыту в мире смертных, что женщинам, когда они появлялись на улице, легко стать объектом вожделения, но не думала, что теперь и мужчины могут оказаться в таком же положении.

Колобочек, с набитым пирожными ртом, пораженно смотрел на мужчину с веером. Я тоже озадаченно разглядывала его. Сегодня ему улыбнулась удача, раз в «сети» князя угодил самый настоящий бессмертный. А вот мне сегодня явно не везло. В первый раз в жизни ко мне приставал смертный, и это было так необычно, что я не стала препираться, просто вырвала свою руку из его цепких пальцев – он и сам все поймет. Я представить себе не могла, что этот недалекий князь продолжит как ни в чем не бывало:

– С первого взгляда я поражен в самое сердце. Вы…

Он явно намеревался обнять меня. Это было уже слишком. Чаще всего я готова проявить сочувствие. Но, когда дело доходит до такого, мое сочувствие бесследно исчезает. Я уже собиралась применить заклинание обездвиживания и отправить его в ближайший лес повисеть пару дней на какой-нибудь сосне: пусть извлечет из этого урок. Но внезапно почувствовала поток магии, который увлек меня в чьи-то объятия. Магия показалась мне очень знакомой, и я, подняв голову, радостно поприветствовала ее создателя:

– Ха-ха! Е Хуа, какое счастье, что вы здесь.

Е Хуа обнял меня одной рукой. Его темные одеяния холодно блестели в ярком свете фонарей. Он с натянутой улыбкой процедил заметно растерявшемуся князьку:

– Вижу, вам в радость домогаться моей жены.

Я подумала, что раз мы обручены по древнему договору и в будущем мне предстоит стать Небесной владычицей, то вполне могу считаться его женой. Тот, кто осмеливается приставать к супруге принца, позорит его. Е Хуа должен обнять меня, схватить этого слабака-сластолюбца и хорошенько проучить его. Таков его долг. Я позволила ему обнять себя и наказать этого развратника, то есть всего лишь сделала то, что положено.

Колобочек, проглотив пирожное, облизал губы и деловито обратился к мужчине с веером:

– Да у вас настоящий талант, раз сумели разозлить моего отца! Прощайте, надеюсь, у вас крепкое здоровье!

Сказав это, он спрятался за моей спиной.

Мужчина с веером решил скрыть свой страх, перейдя в наступление. С ледяной усмешкой он произнес:

– Ха-ха, вы же знаете, что я князь? Ха-ха, я…

Однако не успел он договорить, как тут же исчез. Обернувшись, я спросила у Е Хуа:

– И в какие края вы его отправили?

Он мельком взглянул на меня, а затем обратил свой взор в темноту и холодно произнес:

– Поблизости находится лес, где водится всякая нечисть.

Мне стало смешно от осознания того, что наши мысли так совпали. Принц долго разглядывал фонари, но затем повернулся и посмотрел на меня в упор:

– Почему вы не сбежали, когда он начал приставать к вам?