Домой на Рождество - Тейлор Келли - Страница 46

Парочка перед моим рабочим столом светилась от счастья, они были так заняты друг другом, что трудно было определить, где заканчивается один и начинается второй.

– Два билета на «Эту прекрасную жизнь», пожалуйста!

И молодой человек еще крепче прижал к себе свою подружку.

– Нам, пожалуйста, два места на пуфиках, в самом заднем ряду, если есть!

– Мы хотим пообниматься на Рождество, – смущаясь, проговорила девушка, поглядывая на своего спутника, – да и вообще, нам постоянно надо обниматься!

– Всем надо, – произнесла я, но сразу же пожалела. Не их вина в том, что в это Рождество я чувствую себя злобным Скруджем. Я протянула им билеты. – Приятного вам просмотра!

– Спасибо! – воскликнули они, поднимаясь наверх.

На календаре 23 декабря. До отлета в Австралию осталась неделя и один день. Столько же – до моего официального увольнения. Я огляделась, стараясь запомнить вещи и виды, какими любовалась годами: афиши, которые аккуратно развешивала, картонную фигуру Джорджа Клуни у входа. Все заканчивалось для меня. И моя работа, моя единственная любимая работа, теперь была уже не моя. А если к этому добавить и другие обстоятельства: моя соседка по квартире почти не появлялась дома, мой бывший парень считал меня чокнутой, и еще был Мэтт…

Я взглянула на телефон, словно повелевая ему зазвонить, потом покачала головой. Неважно, насколько сильно я хочу, чтобы Мэтт позвонил и сказал мне, что произошла чудовищная ошибка. Ведь он все равно не позвонит. Я слышала, что он сказал своей помощнице две недели назад. Мэтт не хотел иметь со мной ничего общего.

Как будто у мужчин есть маленький скрытый навигатор, помогающий им безошибочно определять, когда женщина ослабляет защиту. В самом начале отношений, когда ты не уверена, сильно ли тебе нравится парень, он делает все возможное, чтобы втереться к тебе в доверие: звонит, пишет эсэмэски, проводит с тобой много времени, но, как только понимает, что барьер сломлен и ты по отношению к нему потеплела, резко сдает назад. Или просто сваливает, как в моем случае. Пока-пока, Бет. Из всех моих ухажеров лишь Мэтт миновал стадию звонков и посланий, он сбежал еще раньше, чем до этого дошло. Если очень захотеть, я могла бы раздобыть номер Мэтта в «Аполло», дозвониться до него и выяснить, что же, черт подери, такого страшного случилось? Что произошло, раз он не желает говорить со мной на следующее же утро после секса, нашего первого секса? Слишком крут, чтобы отказать мне в работе лично? Мне понадобится всего несколько секунд, чтобы объяснить ему, что никто не смеет ко мне так относиться. И бросить трубку. Только я этого не сделаю, конечно. И это уже не игры в стиле Лиззи, типа «не звони Айдену несколько дней, пусть помучается». Тут все серьезнее, задета моя гордость. Когда я сказала Айдену, как чувствовала себя после того, как он меня бросил, я перестала ощущать себя униженной. Но проходить через подобное снова не собиралась.

Пошел ты, Мэтт Джонс, со своими милыми улыбочками и шуточками, со своими нежными поцелуями! Я стою большего. Гораздо большего.

Я нахмурилась, пролистывая эсэмэски в телефоне, они были от мамы.

«Не забудь: вылет завтра в 8.20 утра. Встретимся в Пул-Вэлли в 6.00. Ты ведь летишь, Бет? Помни, ты мне обещала».

Я начала писать ответ маме, как вдруг подпрыгнула от неожиданности: совсем рядом раздался мужской голос.

– Привет, Бет! – Это Рэй шел через холл кинотеатра, он заступал на свою смену. Не знаю, кого мне благодарить, что я не видела Карла уже давно. Неделю после собеседований он сказывался больным, а потом мы просто не совпадали по времени, и это было прекрасно.

– Осталась всего неделька! – воскликнул Рэй. Руки он держал в карманах и беззаботно улыбался. – А я договорился о собеседовании в «Ричер саундс» на завтра. Клянусь, я смогу получить эту работу, тем более всегда проявлял склонность к технике, а им такие нужны. Бет, ты как, в норме?

– Все в порядке, Рэй, – ответила я. – Я решила… – Но тут меня прервал звонок мобильника. – Подожди, пожалуйста, кажется, мне мама звонит.

«Привет, Бет, – прочитала я. – Понимаю, почему ты меня избегаешь. Но нам необходимо поговорить. Прошу тебя, позвони мне, как сможешь. Айден».

Эсэмэска была подписана… троекратным поцелуем.

Глава 30

Мэтт

Прошла неделя с тех пор, как деда прооперировали, а он все еще плохо выглядел. Врач сказал, что этого следовало ожидать и все идет по плану, особенно если учитывать возраст деда, но я ему не слишком-то верил. Я себя чувствовал бесполезным, стоял у его кровати, вытирал ему лицо и пытался рассмешить. Настало 23 декабря, и шанс забрать его домой на Рождество был один к миллиону.

Главное, не волноваться. Я старался держаться бодро и жизнерадостно, несмотря на то, что врач сообщил мне удручающий прогноз на Рождество.

– Я приготовлю самую вкусную индейку, какую ты когда-либо ел, и принесу ее тебе, – сказал я деду.

– Мэтти, ты что, пытаешься меня убить?

– Я пытаюсь тебя хоть чуть-чуть накормить, тощий ты изувер. И если ты отпустишь еще хоть одну шутку про медсестер и выплюнешь крекер, который тебе дали, будешь смотреть рождественское обращение королевы в полном одиночестве, ты меня понял?

– Вот что я тебе скажу. – Дед снова взял меня за руку, его ладонь больше не напоминала тяжелую звериную лапу, скорее это был сухой листок. – Приводи с собой ту милую девушку, Бет, и я съем все, что ты запихнешь мне в глотку, честное слово.

– У Бет есть своя семья, с которой можно провести Рождество, – возразил я. – С чего ты взял, что она захочет провести его с таким старым занудой, как ты?

– Может, и так. – Дед приподнял старую клочковатую бровь. – Но ставлю шиллинг на то, что она захочет провести его с тобой, Мэтт. Я тебе говорил и снова скажу: Бэт – особенная девушка, и ты будешь полным дураком, если позволишь ей уйти.

Я постарался быстро сменить тему разговора. Я не мог выкинуть Бет из головы все эти дни, думал о ней постоянно, но всякий раз, когда брал в руки трубку, чтобы позвонить ей и спросить, что означала надпись на потолке, что-то внутри меня щелкало, и я никак не мог набрать номер. Я не был уверен, что хочу и готов узнать правду о надписи.

В ту минуту, когда я вышел из больницы, я вынул мобильник из кармана. Три пропущенных звонка от начальницы, вот же черт! Я все еще не отвез подписанный контракт по продаже «Пикчербокса». Пытался как-то все объяснить, рассказав про болезнь деда, но она мне не верила. Последнее, что она сказала, было: «Мне вообще без разницы, если всю твою семью засыпало по шею песком. Вызывай Индиану Джонса спасать их. А мне нужен подписанный контракт!»

Я удалил звонки и просмотрел телефонную книгу в поисках номера Нэйла. Взбодрить меня после такого денька мог лишь поход в пивную.

«Ответь, ответь, ну ответь же мне!» – молил я про себя, пока звонил Нэйлу. У моего приятеля очень хорошо получается игнорировать звонки. Реагируя на телефонные звонки, Нэйл чувствовал себя кем-то вроде дрессированного животного – по крайней мере однажды он так мне сказал. Вот почему он обычно брал у девушек номера телефонов, а свой им не давал. Забавно, если учитывать, что до появления этой милой привычки Нэйлу отказали сразу три девушки подряд. А он предлагал не что-нибудь, а руку и сердце.

– Мистер Джонс, – сказал Нэйл, когда я уже собрался сбросить звонок, – Нэйл снова в Брайтоне! Чем могу быть вам полезен?

– Скажи, что ты в пивной.

– Пока нет, но могу туда явиться.

Я с облегчением вздохнул. Мне очень хотелось выпить.

– Нэйл, «Адмирал Нельсон» рядом, давай через полчаса там встретимся?

– Хорошо!

Я положил мобильник в карман и двинулся по улице, в центр. Я шел быстрым шагом, глядя себе под ноги, и мысленно говорил с дедом. Вот он сказал, Бет особенная девушка, и я буду глупцом, если упущу ее. И это уже во второй раз он остерегает меня от того, чтобы я не был глупцом, подумать только!

– Эй! – Передо мной возникла молодая женщина, в коляске у нее недовольно постанывал ребенок. – Вы с места сдвинетесь или всем машинам вас по очереди объезжать прикажете?