Домой на Рождество - Тейлор Келли - Страница 21

– Но как же… – я хотел возразить, но дед снова меня прервал.

– Мэтт, – дед хлопнул в ладоши, – мой глазомер, конечно, сбился за годы, но даже мне видно, что ты несчастлив. Почему бы еще ты сюда пришел ко мне и начал спрашивать, похож ли ты на маму? Я плохой советчик, хорошим советчиком у нас в семье была покойная бабушка, мир ее праху, но что, если ты позвонишь этой Алисе и пригласишь ее на обед? Может, вам удастся все уладить?

Я смотрел на него, чувствуя, что внутри у меня все перевернулось. Дед говорил разумные вещи. Счастлив я, конечно, не был, но что, если действительно пригласить Алису на обед? Ведь мы с ней почти нигде не бывали в последнее время, пока встречались.

– Внук, – дед снова похлопал меня по руке, – дай ей шанс и сам себе докажи, что ты джентльмен, белая кость, так сказать, и не бежишь от своих проблем. Сделай это ради меня. Только это, не больше. – Он озорно улыбнулся. – Помоги старику порадоваться за тебя.

– А если я последую твоему совету и приглашу Алису на обед, ты мне обещаешь, что перестанешь меня эмоционально шантажировать?

– Эмоционально шантажировать? – Дед притворился, будто испуган непонятным словосочетанием. – Вообще не понимаю, о чем ты говоришь. Я невинный старик, мухи не обижу. А теперь… – Он потянулся за куском пирога миссис Блэксток. – Ну-ка расскажи мне, кто приготовил эту вкуснятину?

Глава 11

Бет

– Бет, просто взгляни, что написано в этом параграфе…

– Бет, не вертись, или я вообще перестану тебя красить!

– Бет, если ты серьезно намерена получить эту работу, данный параграф ты обязана прочесть…

– Ну вот, Бет, я тебя предупреждала! Теперь у тебя ухо тоже в автозагаре.

Движением, стремительности которого позавидовала бы английская команда регбистов, я вывернулась из рук Лиззи в косметических перчатках, проскользнула под маминой рукой и выбралась на свободное место гостиной.

– Мама, Лиззи, прекратите немедленно!

– Как это? – Они возмутились, глядя на меня в узкий дверной проем ванной комнаты, где и происходила моя двойная пытка.

Подруга выпятила нижнюю губу:

– Бет, я думала, тебе нужна моя помощь.

– Да, Лиз. – Я сложила руки на груди, внезапно почувствовав уверенность в себе. Вообще-то, я не практикую прогулки по квартире в нижнем белье, по крайней мере не в присутствии мамы. – Мне нужна помощь вас обеих, но мне с вами никак не справиться, когда вы даете советы одновременно.

– Бет, – мама постучала пальцами по губам, оттирая Лиззи в глубь ванной комнаты, – если ты, дорогая, не можешь работать в режиме многозадачности, тебе просто не стоило звать нас обеих.

– Вообще-то, – Лиззи присела на край унитаза, стараясь не мешать моей маме, – я думаю, ты потерпишь поражение.

Мама бросила на Лиззи ошеломленный взгляд, а потом посмотрела на меня. Она покачала головой, отказываясь верить.

– Посмотри на себя, дорогуша, – сказала мне мама, – прихорашиваешься в то время, когда должна готовиться к собеседованию. Не верится, что эта работа тебе по-настоящему нужна…

– Мам, она мне нужна, но Лиззи права. Ты сама решила прийти ко мне сегодня вечером, но, когда я сказала, что у нас с Лиззи есть планы, ты уже повесила трубку.

– Хорошо. – Она явно оскорбилась, забирая книгу, которую советовала мне прочитать, и собиралась встать, чтобы уйти. – Я чувствую, когда во мне не нуждаются. Давай я просто пойду домой, ладно?

– Нет, пожалуйста! Останься, я прошу прощения. Давай ты будешь читать мне вслух из этой книги, а Лиззи в это время поколдует над моим лицом. Как, кстати, называется книга?

– «Визуализируй успех», я уже тебе говорила, только ты прослушала.

Я улыбнулась:

– Зато теперь слушаю очень внимательно.

Через пятнадцать минут я вышла из ванной, пытаясь не смазать тушь с ресниц, стараясь вообще не моргать и не дышать, и направилась к себе в спальню. Всю меня с ног до головы покрывал автозагар, а на волосах красовалась фольга (мы решили сделать мне легкое тонирование), верхняя губа раскраснелась от депиляционных полосок, каждый зуб был аккуратно упакован в отбеливающий контейнер, а пятки отполировались до такого состояния, что было даже больно на них наступать.

На моем теле не осталось сантиметра, который подруга не освоила бы с помощью всевозможных косметологических средств. Правда, мне удалось отстоять несколько сантиметров в области бикини (Лиз была решительно настроена сделать мне голливудскую интимную эпиляцию).

– Мне нужно, чтобы ты как можно скорее пришла обратно! – крикнула Лиззи из ванной, когда я вошла в спальню. – Автозагар действует быстро, и если ты не смоешь его через пять минут, то будешь ярко-красно-коричневого цвета и сможешь смело подменять Дэвида Дикинсона[2] в эфире.

– Не волнуйся. – Я покосилась на часы, которые стояли на прикроватном столике. Они показывали 8.15 вечера. Значит, мне нужно вернуться в ванную и все с себя смыть ровно в 8.20. – Мам, что ты там делаешь?

Она стояла босиком на моей кровати, поднявшись на цыпочки и подняв вверх руки.

– Тебе помогаю. – Она попрыгала на кровати. – Знаешь, дорогая, я – как тот ведущий из телевизора – говорю, говорю, а меня никто не слушает. Я же поняла, что в ванной ты меня все равно не особо слушала, поэтому начнем читать сначала.

Я пересекла спальню и вытянула шею, проверяя, как лежит автозагар. Мама не гимнастикой занималась, конечно, прыгая на моей кровати. Она пыталась что-то приклеить к потолку.

– И что ты там приклеиваешь, мам?

– А вот посмотри. – Она уселась, по-турецки сложив ноги. – Это поза привлечения позитива! – пояснила мама, заметив мой удивленный взгляд.

Я увидела на потолке лист формата А4, как раз над изголовьем кровати. На этом листе было коряво – маминой рукой – написано восемь слов. Я нахмурилась и произнесла:

– Мам, я как раз думала о том, как бы мне воплотить в жизнь идею авангардной мини-стенгазеты из сериала «Из комнаты в комнату». Прости за невольную иронию, но как это связано с тем, что ты обещала мне помочь составить бизнес-план?

Она похлопала рядом с собой, приглашая меня присесть на кровать. Я жестом отказалась, потому что хоть и не мазалась раньше автозагаром, но догадывалась, что с белой простыней он плохо сочетается. Но присела на край кресла-качалки.

– Это связано очень четко, – ответила мама. – Даже если составишь гениальный бизнес-план, это не даст тебе гарантию, что непременно получишь работу. Бет, тебе нужно верить в то, что ты ее непременно получишь. В этом секрет.

– Так я и верю.

– Да ну? На все сто процентов?

– Может, не на сто, но на семьдесят точно. Или на шестьдесят… Вакансия менеджера открыта для всех, кто работал, как и я, в «Пикчербоксе». Вполне возможно, что кто-то из моих коллег ее больше достоин…

– Бет, тебе нужно мыслить позитивно. – Мама подняла большой палец, указывая на потолок. – Перед тем как уснуть, пожалуйста, каждый вечер прочитывай эту надпись, раз за разом.

– А в темноте не сложновато ли будет?

– Очень смешно, я оценила, дорогая. Так ты серьезно отнесешься или нет?

– Прости, мам, – я с трудом подавила улыбку, – я серьезно отнесусь, мне очень нужна эта работа.

– Читай надпись каждый вечер и каждое утро, когда просыпаешься. А еще я хочу, чтобы ты минимум десять раз в день мысленно проговаривала эту фразу, которая написана на потолке.

– Хорошо. – Впервые за две недели я подумала, что не так-то плохо быть одной, без Айдена. Вряд ли он понял бы меня, когда я стала бы утром и вечером читать с потолка одну и ту же фразу, чтобы научиться мыслить позитивно.

Внезапно на меня накатил приступ грусти, стоило мне вспомнить, как Айден лежал вот тут, рядом. Я не знала, когда снова увижу его и увижу ли вообще.

– Бет, – мама стала строгой, как учительница, – ты меня слушаешь или нет?

– Да. – Я прервала поток грустных воспоминаний и постаралась полностью переключиться на маму.