Новенькая на факультете боевых магов (СИ) - Каспари Александра - Страница 6

– Её зовут Дотти, – представил рыжеволосый кадет, шагавший рядом, – привезена сержантом Фултоном из самой Альверии. Там, говорят, то ещё пекло было.

– Напомни, как тебя зовут? – отозвался Брайс.

– А я не представился? Прошу прощения. Глава студенческой редколлегии Долан Морган к вашим услугам.

Ребята представились по очереди и Морган вновь завладел всеобщим вниманием.

– Пламфли распределит вас по группам и выдаст всё необходимое, – говорил он. – Вы из Хендфорда, да? Как добрались? Нормально? Не мучила морская болезнь? На каком факультете собираетесь учиться?

Из-за воя адской гончей и безудержной болтовни Моргана у меня ужасно разболелась голова и я предпочитала молчать, несмотря на то, что рыжий явно обращался ко мне. У них что, дефицит девушек?

– Мы боевые маги, – ответил за меня Брайс.

– И вы, мисс?

Рыжий с таким неподдельным интересом заглядывал мне в лицо, что пришлось ответить:

– И я.

– Выпускной курс, правильно? – чему-то обрадовался он. – Значит, будем учиться вместе. Было бы здорово, если бы вы попали в мою группу. Если что, я из «Центавра». Вы какой магией владеете, если не секрет?

– Не секрет, – ответил Карсон. – Фостер – земля, Беккет – огонь, а мы с Флинтом – вода.

– Значит, никто из вас не владеет магией воздуха? – огорчился Морган.

– Да будет вам известно, что даром воздушной магии наделены лишь десять процентов граждан Тройственного Союза, – выпятил свою эрудицию Карсон и, с опозданием уразумев, что допустил оплошность, виновато поморгал и на всякий случай отошёл от Брайса подальше. – Скажите, пожалуйста, какова вероятность того, что среди них окажутся кадеты Академии Балленхейд?

– Очень даже велика, – ответил рыжий. – Командир «Гидры», например, владеет магией воздуха и воды.

Флинт присвистнул, а Карсон крякнул и поправил очки. В Хендфорде не насчитывалось не то что ни одного кадета, кто бы владел сразу двумя стихиями, но и ни одного преподавателя. Да и вампир, собственно, непонятно какой стихией управлял, о нём знали одно – уж точно не стихией огня. А тут нам прямо с порога сообщают и о пленённой гончей, и об уникальных кадрах. Иными словами, лучшей военной академией Первого Континента Балленхейд назван не просто так.

Тем временем мы поднялись в верхний двор и очутились на дорожке, с обеих сторон окаймлённой шипастыми растениями, плотоядно пощёлкивающими ловушками размером с две вытянутые ладони. Один из бытовиков, желая подразнить хищное растение, сунул палец между зубастыми пластинами, за что тут же поплатился и, размахивая окровавленной конечностью, с визгом отскочил и напоролся на такой же цветок, но уже пятой точкой. Флинт невоспитанно расхохотался, второй бытовик попытался его пристыдить и был бесцеремонно послан в весёлое плотское путешествие.

– Пожалуйста, осторожнее! – взывал Морган. – Дионея занесена в Книгу редчайших растений Ла Риоры и имеет особый статус. Колдовать рядом с ней запрещено, как и желать ей зла или трогать руками. Дежурные пять раз в день кормят её вредными насекомыми и окучивают землю для стимуляции роста растения.

– Она не ядовита? – опасливо покосившись на хищную дионею, поинтересовался коренастый парень-бытовик.

– Нет, ни капли, – поспешил ответить Морган. – Но очень своенравна. Прошу сюда.

Поднявшись по мраморной лестнице, мы оказались в продолговатом холле. Второй этаж опоясывала открытая галерея, высокие потолки покрывала позолоченная роспись, а многочисленные колонны пестрели от обилия афиш, объявлений, расписаний, карт и прочего.

– Объявляется конкурс красоты. – Брайс ткнул пальцем в одно из объявлений. – Тебе обязательно нужно поучаствовать, Одуванчик.

– Не называй меня так при всех, – шикнула я, толкнув его локтем в бок. И добавила: – Пожалуйста.

– Как скажешь, – пообещал друг.

Интерьеры замка поистине впечатляли, но больше всего нас поразил золотой кубок, стоявший посреди холла на возвышении и защищенный прозрачной сферой. От него исходило сверкающее сияние, а драгоценные камни, которыми была усыпана чаша и основание, символизировали цвета четырёх основных магических стихий.

– Перед вами кубок четырёх стихий, – возгласил Морган. – Это высшая награда, которую получает лучшая академия Тройственного Союза на ежегодном смотре высших учебных заведений. Наша академия выигрывает её уже четвёртый год подряд.

– Семь лет назад кубок четырёх стихий стоял в Академии Хендфорда, – ввернул Карсон.

– Этой зимой пройдут юбилейные игры среди академий за кубок четырёх стихий, – продолжал наш гид, – и мы снова надеемся в них выиграть.

– Раз уж мы здесь, поможем вам в этом непростом деле, – снисходительно протянул Флинт.

– Вам сюда, – пригласил Морган, открывая двустворчатую дверь с табличкой «Секретарь Рамос Пламфли. Обращаться по всем организационным вопросам и не только».

Не удостоив взглядом назойливого Моргана, я прошла в кабинет. За мной подтянулись и остальные.

Секретарь Пламфли оказался высоким сухощавым мужчиной средних лет с иссиня-чёрными волосами и тонкими «гангстерскими» усиками над верхней губой. Одет он был в щеголеватый тёмно-серый костюм в тонкую светлую полоску. При нашем появлении оставил печатную машинку в покое, поднялся из-за стола и радушно приветствовал нас в Академии Балленхейд. Мисс Хавьер стоило бы поучиться у него манерам.

– Надеюсь, вам у нас понравится, – говорил он. – Вы уже успели осмотреть город, в честь которого академия получила своё неофициальное название? Как, проехали транзитом и даже не остановились у археологического музея? Очень жаль, но, уверен, в ближайшие выходные ваши новые друзья с удовольствием проведут экскурсию. Итак, наша академия представлена следующими факультетами: военно-магической разведки, боевой магии, связи и радиотехнического обеспечения, военной медицины, бытовой магии, инженерным и командным факультетами. Вас какой интересует? Наверное, факультет военной медицины?

И он уставился на меня.

– Факультет боевой магии, сэр, – отчеканила я.

– Э-э-э, – замялся секретарь, – простите, возможно, я неправильно понял… Или произошла какая-то ошибка… Позвольте, как ваша фамилия?

– Кадет Элла Фостер, – представилась я.

Пламфли заглянул в свои бумаги.

– В рамках программы академической мобильности, – бормотал он, – Хендфордская академия боевой магии и межконтинентальной безопасности направляет… Факультет боевой магии… Следующих кадетов: Нормана Гроувза, Грейди Карсона, Адама Крейтона, Тайрона Флинта…

– Прошу прощения, мистер Пламфли, – вмешался Брайс, – это устаревшая информация. В последний момент произошла замена и вместо Гроувза и Крейтона назначение получили Беккет и Фостер. Вот наши документы. Прошу.

– Ну что ж, – выдохнул секретарь. – Надеюсь, всё обойдётся.

– Что вы имеете в виду, мистер Пламфли? – осведомилась я.

– На факультете боевых магов испокон веков учились исключительно представители сильного пола, – ответил он. – Но я в любом случае желаю вам удачи, мисс Фостер.

– Кадет Фостер, сэр, – поправила я. – И, позвольте, мой пол вовсе не слабый.

– Как скажете, – галантно склонил голову он. – Исполняющий обязанности декана факультета боевой магии – профессор Прингл, куратор четвёртого курса – сержант Фултон, вы с ним скоро познакомитесь. Кадеты распределены по группам таким образом, что в каждой имеются, если можно так выразиться, представители всех четырёх стихий в двойном экземпляре. На данный момент в академии действует четыре группы, названые в честь основных созвездий южного полушария: «Хамелеон», «Центавр», «Феникс» и «Гидра» и каждую возглавляет свой командир.

– Пожалуйста, нас с кадетом Фостер запишите в одну группу, – брякнул Брайс.

Пламфли окинул нас таким взглядом, будто бы в мыслях уже обвенчал и благословил наших многочисленных детей. Мне стало смешно, но бесцеремонный Флинт, естественно, не сумел промолчать:

– Нет, они не пара, как можно подумать, а разделённые в детстве близнецы.