Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кронин Арчибальд Джозеф - Страница 1407

— А вы оставили хоть каплю любви для его викария?

— Не надо со мной сегодня шутить, мой драгоценный Десмонд. Вы ведь прекрасно знаете, что стали важной частью моей жизни. И я целых три месяца буду безумно по вас скучать. Как бы мне хотелось, чтобы вы могли приехать ко мне в Бурье! У меня там настоящий большой загородный дом. И очень красивый. Я терпеть не могу маленькие участки, так что вокруг чудесные луга, сады, а из дома открывается божественный вид на Женевское озеро. А неподалеку, в Ла-Тур-де-Пей, женский монастырь, что, заметьте, весьма удобно в протестантской Швейцарии. Там я хожу к мессе в маленькую часовню. Неземная красота, умиротворение и полная уединенность. Но там нет моего Десмонда. И, кроме того, боюсь, что постоянно буду волноваться по поводу Клэр. — Мадам замолчала, но потом продолжила: — Мне даже страшно думать о нашей сегодняшней встрече. Мы постоянно не ладим между собой. Она точь-в-точь как моя покойная сестра. Такая же упрямая, безответственная и непредсказуемая. Я умоляла каноника попытаться хоть чуть-чуть вразумить ее. И вы, Десмонд, тоже должны постараться. Вы побудете со мной до их приезда?

— Мадам, я в вашем распоряжении. У меня весь день свободен.

— Замечательно! Тогда выпьем кофе в гостиной, а после вы мне немного попоете.

— А вы не хотите… попробовать спеть вместе со мной.

— Я не Трильби[881], а вы, Десмонд, не Свенгали, если они вообще существовали, — грустно улыбнулась мадам. — Нет, мой диафрагмальный нерв полностью вышел из строя. Слава тебе, Господи, я хотя бы не утратила связную речь. — И, как всегда, легко поднявшись со стула, она поспешила сменить тему: — Боюсь, это все. Нет смысла предлагать вам сыр после суфле.

День прошел, как и было запланировано, в весьма приятной обстановке, и наконец Десмонд с мадам Донован, выпив чая, расположились на большом диване в гостиной.

— Десмонд, — томно прошептала она, — это, наверное, лучший день в моей жизни.

— Охотно присоединяюсь к вашим словам, мадам.

— Десмонд, минуты, проведенные с вами, еще слаще для меня, так как имеют привкус горечи расставания, — произнесла мадам и, немного помолчав, продолжила: — Я уезжаю буквально через несколько дней, сперва — на неделю в Дублин, где мне надо привести в порядок дела, затем — в Женеву. Так что, пожалуй, сейчас единственная возможность побыть с вами наедине. — Она нежно сжала его руки. — А потому я хочу, чтобы вы знали, что как только я сумею убедить своих друзей из департамента внутреннего налогообложения, что вернулась в Швейцарию, то тут же сяду на экспресс до Милана, а там обращусь непосредственно в фирму «Морено и Калви», лучших специалистов по мраморным изделиям церковного предназначения. Десмонд, ради вас я все же готова украсить свою церковь перилами алтарной преграды, сделанными из лучшего каррарского мрамора. Перед ними я буду преклонять колена, принимая от вас Святое причастие.

— У меня нет слов, мадам! А каноник будет на седьмом небе от счастья.

— Так что можете получить удовольствие, сообщив ему сию приятную новость. — Она поднялась, продолжая сжимать руки Десмонда. — Десмонд, и вот еще… Быть может, это и грех, но мне все равно. Я хочу обнять вас, как женщина, которая любит своего мужчину.

И она, раскрыв объятия, прижала его к себе, словно предлагая ему свое тело, и никаких сдерживающих центров для нее в тот момент не существовало. Их губы встретились в долгом сладостном поцелуе.

Остается только гадать, как далеко они могли зайти, но тут неожиданно они услышали хруст гравия под колесами подъехавшей к дому машины. Они мгновенно отпрянули друг от друга, и очень вовремя, так как в комнату вихрем ворвался каноник в наглухо застегнутом пальто. Вслед за каноником вошла высокая тоненькая девушка, ее бледное лицо было в грязных разводах, перед платья испачкан рвотными массами, большие темные измученные глаза со страхом смотрели на мадам.

— Итак, каноник, вы вернулись, — прерывисто дыша, выдавила из себя внезапно побледневшая мадам Донован.

— Как видите, мадам. Целый и невредимый. И со мной молодая леди, которая гораздо хуже перенесла дорогу. И все этот убийственный переход от Холихеда при сильном ветре. Хорошо еще, что я надел длинное пальто. Оно мне очень пригодилось на пристани.

— Каноник, вы все сделали в лучшем виде. И я вам крайне признательна.

— Для меня счастье — услужить вам, мадам. И раз уж я оказался в Дублине, то взял на себя смелость заехать на склад за ящиком, который вы милостиво мне обещали, мадам.

— Весьма предусмотрительно с вашей стороны, — кивнула мадам. — Клэр, можешь идти к себе в комнату. Я совершенно уверена, что тебе пока не стоит есть. Сначала прими ванну.

— Спасибо, тетушка. И большое спасибо вам, каноник. — С этими словами Клэр повернулась и вышла из комнаты.

После ее ухода в гостиной повисла неловкая тишина, которую нарушил каноник:

— Мадам, кроме того, я опять же взял на себя смелость и попросил Патрика подождать. Я подумал, что вы милостиво разрешите ему отвезти меня домой.

— О чем речь! Конечно, он вас отвезет. Полагаю, вы очень устали, а потому не буду вас задерживать.

Мадам проводила их до парадной двери, и каноник, откланявшись, стал спускаться по лестнице. Она же, бросив на Десмонда пылающий взгляд, тихо сказала:

— Три месяца пролетят быстро. И помните: я люблю вас.

Когда они наконец вернулись в дом священника, поздоровались с миссис О’Брайен и оставили ящик с «Маунтин Дью» в холле, каноник снова стал самим собой и на вопрос экономки насчет ужина задумчиво произнес:

— Я, правда, съел в «Хиберниане» парочку отбивных, потом, стоя на пристани, попробовал ваши сэндвичи, остальное мы доели с Патриком на обратном пути. Однако…

— Каноник, может что-нибудь легкое? Зобную железу, например?

— Вот-вот. Именно то, что надо. А после кусочек сыра с бисквитом.

— Надеюсь, отец Десмонд, вы тоже не откажетесь, — улыбнулась Десмонду миссис О’Брайен.

Во время ужина каноник, совсем как Марко Поло, поведал им обо всех ужасах и перипетиях экспедиции. Относительно племянницы каноник сказал:

— Бедняжка, она просто неживая после такого жуткого путешествия. Совсем, видать, оголодала. Ведь все, что она съела, тут же вывернула за борт прямо в море.

— Похоже, она до смерти боится своей тети.

— И правильно делает. Каждый, кто плохо поступает с мадам, знает, что его ждет. — Каноник замолчал, чтобы сделать добрый глоток «Маунтин Дью», порция которого на сей раз была больше обычного, возможно, благодаря удачному пополнению запасов. — Ну а как ты сегодня провел время с мадам?

— Чудесно! — Момент был самым подходящим. Десмонд встал из-за стола и произнес: — Каноник, мадам Донован уполномочила меня сообщить вам, что уже до конца года у вас будут перила алтарной преграды из лучшего каррарского мрамора.

Каноник застыл, словно громом пораженный, а затем вскочил на ноги:

— О, спасибо Тебе, Господи! И спасибо тебе, Десмонд! Я знал, я знал, что ты сможешь, что мадам все для тебя сделает. — Каноник положил руки Десмонду на плечи и нежно обнял. — Слава Тебе, Господи! И слава мадам Донован! Теперь у нас будет лучшая церковь, и притом полностью законченная, во всей Ирландии! Подожди, схожу позвоню в Корк канонику Муни. Он все фыркал по поводу наших старых перил. Каррарский мрамор просто убьет его. О, сначала, пожалуй, надо позвонить мадам, чтобы поблагодарить ее…

— Нет, каноник. Не спешите. У нее сейчас не то настроение. Все эти дела с племянницей… Лучше напишите ей одно из ваших прекрасных писем, и пусть Майкл завтра отнесет мадам.

— О да. Ты, как всегда, прав, приятель. Я что-то сегодня не в форме. Но я все равно пойду позвоню Муни, пусть помучается, поворочается ночью в кровати. И надо срочно сообщить эту замечательную новость миссис О’Би. Ох, приятель, вовек не забуду, что ты для меня сделал. Присаживайся поближе к камину. Я вернусь буквально через пару минут, и мы все обговорим — от начала и до конца.