Безымянные боги (СИ) - Жеребилов Иван - Страница 55

— А твоим молодцам не пригрезилось это всё?

— Может, и пригрезилось, — пожал плечами Твёрд, жестом остановив вскинувшегося было Некраса, — только тогда и мен пригрезилось, что под палатами государевыми подземное капище Безымянным богам обустроили, да требы мерзкие приносят, и сам Государь мне пригрезился…

— Ну, будет-будет, — замахал руками Мал. — Никто вас во лжи не обвиняет, просто такие новости не так-то просто принять. Кто же эти письмена начертал на стенах городских?

— А помнишь, ты рассказывал, что не только простых людей объеденными находили?

Мал кивнул и добавил:

— Не меньше троих из Совета ночные твари задрали. По обрывкам одежды их узнали, но всё как-то замяли, будто ничего и не случилось.

— Вот и объяснение.

— Это, выходит, свои же на город проклятье навели?

— Как-то их заставили, ну и позаботились, чтобы никто не узнал о том. Кстати, ты говорил, что тебя убить пытались.

— Прошлой ночью. Но не твари: двое обычных татей и сильный чародей. Если бы не Тихослав с Умиром, я бы нипочём не отбился.

— Думаю, если в домах убитых поискать, то точно письмена найдёшь, а тварей они через стену переправили или прямо здесь в слободе держат.

— А почему смерти только в Нижнем городе, а в слободках тихо?

Твёрд кратко пересказал историю превращения тварей в обычных людей, после выхода за пределы городской стены.

— Значит, просто до слобод ещё руки не дошли, — задумчиво проговорил Мал.

— Надо людей спасать, — подал голос Тихослав. — Если проклятье дальше полезет…

— Обязательно полезет, — кивнул Твёрд.

— Только никого мы спасать не будем, — подал голос Мал. — Боги нам поворожили — Государя позволили спасти. Вот и будем его спасать, такая наша доля.

Умир вскинулся было, но под строгим взглядом учителя ничего говорить не посмел.

— Затем я вас и собрал, — произнёс Твёрд, как только все немного успокоились. — С Государем мы, конечно, план обсудили, на только плох он. Враги наши не дураки, они не хуже нашего понимают, что нельзя Чеслава Туровича из Богорада выпускать, и наверняка догадаются, что мы разделимся.

— И что ты предлагаешь? — хмуро посмотрел на волхва Тихослав. — Силой пробиваться?

— Я без сил остался, после схватки с чёрными жрецами, да ещё и посох пришлось бросить, когда убегали. Так что и не рассчитывать нечего на то, чтобы с боем уходить. Хитростью надо.

— Потравим заставу? — подал голос Велимир.

— Хорошо придумал, да времени на это нет. Заставы обойти надо, да только чую, что погоню за нами всеми пустят.

— А что ты предлагаешь? — посмотрел на товарища Мал.

— Оборотное зелье.

— Так мы же и собирались…

— Государя собирались обращать, да не о нём я говорю.

— Нас здесь шестеро. Четверым надо перекинуться мной и Чеславом Туровичем, да так, чтобы родная мать не отличила. Я, Мал и государь, напротив личины наденем чужие.

— А дальше?

— Дальше, пусть жрецы за ложными гонятся, а мы в сторону уйдём, а через пару деньков можно будет и личины снять, чтобы ещё больше след запутать.

— Хитро придумал, — похвалил Мал и, посмотрев на Тихослава спросил: — У тебя найдётся столько?

Тот только в ответ кивнул и сразу поднялся с лавки вместе с Умиром:

— Много времени не понадобится, но лучше подготовиться.

— Правильно. Идите.

Когда травники вышли, Твёрд повернулся к своим подручным.

— Двигайтесь к Веже. Пусть думают, что я Государя в крепость тащу, а как сбросите хвост, уходите к хорони. Дальше я обскажу, что делать. Идите собирайтесь.

Велимир и Некрас молча поклонились и вышли.

— Не слишком ли ты бережёшься? — спросил Мал, когда они остались наедине.

— Боюсь, что недостаточно, — откликнулся Твёрд, рассеянно рассматривая полки, уставленные толстенными фолиантами и заваленные свитками. — Я убил двоих Жрецов и самого Завида. Как думаешь, спустят они такое?

Мал сдавленно охнул и присел на лавку.

— Значит, правы мы были?

— Во всём. И сам Завид и все его ученики на сторону Безымянных богов перешли, а тех, кто хотя бы колебался, уже приговорили.

— Значит, поступим, как ты и говоришь, — вздохнул богорадский волхв.

— Когда через заставы прорвёмся, ты с Государем своим путём двинешься, а я на Почай-реку поспешу.

— Может быть, разумнее хотя бы вдвоём туда ехать? Государыню наверняка жрецы охраняют.

— Ничего, — откликнулся Твёрд. — У них один путь, а у меня сотня. Не обману, так силой отберу.

— А ежели не хватит силы?

— Рано ты меня в сторону отставляешь.

— Сам же сказал.

— Если отдохну пару дней, так вернётся всё. Сильны Безымянные боги, и магия их мерзкая нутро выжигает будто горное масло[3]. А ведь они ещё и в настоящую силу не вошли.

— После об этом думать будем. Сейчас бы головы на плечах удержать.

И в этом Твёрд был полностью согласен с товарищем.

[1] Псоватый — похожий на пса (руг. устар.)

[2] Остолбень — дурак (устар.)

[3] Горное масло — нефть

Глава 15

Они уже были полностью готовы выезжать, когда в ворота заколотили.

— Кто? — рявкнул привратник.

— Открывай, пёс! — заорали в ответ и снова раздались удары.

— Подержи их, пока мы не выскочим, — велел холопу Мал. — А после уходите все. Меня не ждите и из города постарайтесь утечь, тут жизни больше не будет.

— Удачи, батюшка, — кивнул привратник. — Сделаем, как сказал.

— Что там? — спросил Твёрд у вернувшегося в конюшню Мала.

— За нами пришли. Даже удивительно, что долго так ждали.

— Они нищих на выходе пересчитали, да двоих недосчитались. Надо было холопов, переодетых послать.

— Всё равно догадались бы. По коням!