Vanitas (СИ) - Шварц Дарья - Страница 42

— То есть, — помедлила Люция, подбирая слова. — Даже когда, — голос сорвался на шёпот, — станете императором не нарушите традицию?

Разнар резко замер, и Люц чуть не врезалась носом в его лопатки.

Повернул голову.

— Нет. Я предпочитаю играть по правилам. Все придворные, если ты не заметила, это делают. Одно исключение — племянник. Далеон. Он вечно идёт всему наперекор. И ты видишь, как к нему относятся.

Люц закусила губу.

— Как к шуту.

— Потому и не трогают.

Герцог степенно кивнул и объявил:

— Мы пришли.

Они ступили на каменный пол, и не успела Люция обрадоваться надёжной опоре под ногами, как её пошатнуло. В глазах на миг потемнело, в уши забился противный писк.

Девушка согнулась пополам, схватившись за висок.

— Какого Тырха?!

Череп точно сдавливало в тисках, волоски на теле зашевелились, а воздух вокруг показался каким-то густым и тяжелым, тягучим как патока. Дышать не возможно.

— Магические эманации, — сухо объяснил герцог, с интересом учёного наблюдая за её муками. — Я думал, человек отключится сразу, как ступит сюда. Слышал что-то такое. — Вот же экспериментатор Тырхов! — А ты сильная. Я не ошибся. Даже спуск спокойно перенесла. Значит, и остальное выдержишь…

Хотелось уточнить, о чем он, но следующие слова отвлекли внимание:

— А теперь расслабься и впусти энергию этого места. Пропусти через себя. Почувствуй, как чужеродная магия наполняет тебя и уходит дальше. Не противься. Будь её частью и станет легче.

Сжав зубы, Люция постаралась последовать совету. Она не проходила уроки управления магией вместе с остальными детишками-джентри. Как человеку ей такие занятия не полагались, а настаивать и напрашиваться Люция не рискнула. Боялась вызвать подозрения.

И теперь она радовалась, как дитя, ведь получила своё первое, долгожданное наставление.

Неужели для этого её позвал герцог? Чтоб провести занятие? Вспомнил-таки об обещании!

Люция быстро совладала с ненужными сейчас эмоциями и опустила веки. Медленно вдохнула и выдохнула и ощутила, как невидимая магическая энергия волнами окатывает её и омывает всё пространство, наталкивается на стены и откатывается назад.

Точно море в бутылке.

И главный источник его, «ключ», бьёт прямо из-под земли. Да такой мощи, что ступни гудят в совсем не ментальном плане.

Там словно…

Словно древний магический источник. Или… несколько «источников»?

— Боги! — Люц охнула от догадки и распахнула ресницы. Вокруг смыкалась холодная темнота, прерываемая редкими всполохами факела у герцога в руке. — Что ж это за место?

— Башня Памяти, — тонко улыбнулся мужчина. — Акрополь. Наш фамильный склеп…

— Вы поняли, о чем я, — нахмурилась Люция. Ей действительно стало лучше, когда она прекратила интуитивно закрываться и отторгать чужую магию и взяла звериные терринские инстинкты под контроль. Всё же в ней самой магия есть, и она резонирует с этой. Вибрирует в груди. Кстати, об «этой»: — Вы же не только кости здесь храните, я права?

Герцог притворно тяжко вздохнул.

— Даже интригу подержать не даёшь! — он направился к ближайшей стене, опустил факел в чашу с водой, и с едким шипением огонь потух. Запахло дымом. Всё погрузилась во тьму, но лишь на мгновение — Люц даже занервничать не успела.

Кирпич под ладонью герцога вспыхнул уже знакомым синим светом, и от него по всей стене, точно клякса по бумаге, поползла причудливая вязь неизвестного языка. То самое пророчество?

Оно опоясывало всю башню и устремлялось спиралью вверх, к древнему колоколу.

Теперь в загадочном мерцании магической письменности отчетливо виделись прямоугольные углубления в стенах. Рядами, столбцами. Они тянулись вереницей от пола до самого потолка.

И в них лежали кости.

— Разумеется, — заговорил Рагнар, и сияющий кирпич под его ладонью распался на блестящие частички. Лэр протянул руку в чёрный проем. — Как ты уже поняла, мы содержим здесь не только останки предков. Но и... магические кристаллы.

Он вынул кулак с зажатым в нем драгоценным камнем фиолетового цвета. И Люция с замиранием сердца признала «аметист» с сегодняшней казни.

Значит, вот где хранится вся извлеченная магия.

Огромная мощь. Жуткий магический фон. Стены, не пропускающие звук и энергию. Тайная сокровищница.

И ещё один секрет, который ей не следовало знать.

— Зачем мы здесь? — тихо и напряжённо вымолвила Люция, отступая от лэра. — Зачем показываете мне всё это?

— Ты разве ещё не догадалась? — приподнял бровь Ванитас. — Я обещал сделать из тебя мага. Но как я исполню клятву, если ты человек?

Внутри Люции всё похолодело; от дурного предчувствия ощутимо заломило в висках.

— Сегодня ты удостоишься великой чести, — подтвердил наихудшие опасения лэр. — Станешь новой химерой!

Сейчас, по логике террина, она должна возликовать и рассыпаться в низких поклонах и благодарностях, но Люция не шелохнулась.

Обмерла на месте и побелела лицом.

На уровне чутья свербела настойчивая мысль: вживление силы в уже наполненный магией «сосуд» кончиться плохо для любого существа. Герцог считает её человеком, но она — полукровка…

— Боишься? — расценил по-своему её замешательство и подошёл ближе. Понизил голос. — Не стоит. Молодым людям проще адаптироваться под силу. Выживают почти все. А вот со старикам — проблемы. Мать близнецов Диметрис трансформацию не пережила.

— А… — Люция лизнула пересохшие губы. Она рисковала, задавая этот вопрос, но по-другому не могла: — Что случиться, если террин попытается вживить в себя чужую магию? Он станет сильнее?

Глаза невольно скосились на кристалл у герцога в руке и уставились, как на поганую гадюку. Роскошный блеск и красота предмета больше не вызывали в девушке восхищения.

— Он умрет, — убил надежды брат императора. — Две полярные силы разорвут его тело на части. Думаешь, наши предки не пытались такое проделывать? — он цинично усмехнулся. — Пытались. И погибли. Это Прародители-Духи могли высасывать из недругов силу и увеличивать собственную мощь, без какого либо риска. Мы, их дети, утратили «пластичность» во всем. Взгляды закостенелые, тела неизменчивы. И я не про человечий облик, навеянный частичным мороком, а про истинный. После определённого возраста — его не трогает время, а годы выдают лишь глаза. Люди другие, — с затаенной печалью отозвался Рагнар. — Живые. Смертные. И могут приспособиться к чему угодно. Они не цепляются за магию и никогда не вымрут, в отличие от нас. Так что тебе нечего бояться.

Он взял её за запястье и вывел в центр зала, к выжженной в полу сложной пентаграмме. Люция покорно брела за ним, как бычок на заклание. Даже мысли не возникло взбрыкнуть, отказаться, сбежать.

Куда она побежит? Впотьмах, по крутой лестнице…

Да и герцог не даст ей улизнуть. Он поклялся «сделать мага» и исполнит это даже насильно. Одна возможность избежать незавидной участи — признаться, что она полукровка и уже имеет дар. Что семь лет водила всех за нос. Что она… фарси.

Тогда быстрая смерть покажется ей милостью.

«Что делать? Что?!».

Пока Люция паниковала, Рагнар подобрался неприлично близко: на расстояние поцелуя.

— Ты готова? — спросил он и поднял кулак с кристаллом на уровень её солнечного сплетения.

— Нет, — сглотнула Люция.

Улыбка мелькнула на тонких губах.

— Правильно. К боли нельзя быть готовым.

Между ними точно промелькнула искра. Губы герцога зашевелились, но девушка не слышала ни слова: камень сиял звездой, и из него к Люции тянулись едва заметные фиолетовые потоки. Точно перышком коснулись груди, растеклись по рукам, впитались в кожу, кровь, кости, наполнили всё удивительным светом, тёплым, терпким и сладким, как игристое вино…

Как год-ши.

— Не надо!

Она отшатнулась, выгоняя чужую магию, но Рагнар схватил её за горло, вжал пылающий булыжник меж грудей и запел заклинание быстрее. Приятное тепло сменилось жаром, обожгло внутренности, раскалило добела. Кристалл ушёл под кожу, кости засияли, фиолетовая вспышка рванула по телу выжигающим пламенем, и Люция закричала.