"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович - Страница 1339

— Серьезно? — Свен помрачнел. — Тогда хорошо, что поставили. Но они ее и обойти могут… Мда.

Альба вопросительно смотрела на приятеля.

— Это аристократическая возня, — поморщился Жан. — Если своего обидели, неважно по какому поводу, значит вступиться надо, иначе в нелояльности могут заподозрить. И если род видный, то хочешь не хочешь — пойдешь даже на тебе самому не нужный конфликт. А если оба рода видные…

— То в свару по уши влезут вообще все аристократы, и не только, в окрестностях, — заметил Свен. — А это будет свалка еще та. Плюс — да, мы маги, и магические преступления разбирает Суд Архимагов всегда. Но есть и Суд Чести, и дуэли тоже есть, даже — в редких случаях — до смерти. И если как магов их к порядку любой магистр призвать может, то в вопросах защиты чести и достоинства даже декан уже не указ, если прям все серьезно будет.

— Сложно это все, — заметила Альба.

Помедлив, она решила осторожно поинтересоваться:

— А ваша семья за кого?

— Мы — потомственные некроманты, — хмыкнул Свен. — В обычное время нам нигде не рады, но как только появляются проблемы с немертвыми, все идут к нам. Так что — ни за кого. Как, кстати, и вообще очень многие маги, и прирожденные, и нет. Иногда это и боком выходит, когда кто-нибудь из вельмож начинает обвинять во всем волшебников, и ни у кого нет власти его заткнуть, но в целом магия и стремление к власти сочетаются плохо. Или магия побеждает, или рождается чудовище вроде того, что в Крате правило. Или еще что-то подобное… В общем, ничего хорошего. Разумеется, я говорю не о тех, кто магии учится просто ради престижа рода и чтобы на балу иллюзиями покрасоваться, а о тех, кто ей по-настоящему владеет. Ладно, вообще о политике можно говорить много, только толку с этого? Давайте этими дурацкими таблицами займемся, я не хочу из-за них без стипендии остаться.

Альба кивнула. Как не болела рука после фехтования — от заданий это не особождало. К тому же вообще надо было нагонять то, что она не сделала и за прошлую неделю, и раньше.

Большинство преподавателей не знало о случившемся в День Магии. Для всех была версия о том, что она, не рассчитав своих сил на левитацию во время прогулки по городу после бала, получила истощение, и потому всю прошлую неделю занималась только теорией, к практике приступив лишь в субботу, и то сугубо в менталистике и только с самим магистром. Благо, все равно привычного прохода по полосе для вламага не былою Из-за дождя они с утра разбирали выступление на первом этапе лиги и анализировали сильные и слабые стороны и своих решений, и решений других команд, которые декан демонстрировала с помощью считывающего и проигрывающего запись артефакта. Альбе это устройство напоминало что-то вроде проектора со звуком, только которому белый экран нужен не был.

Сейчас Пришедшая явно отставала в бытовой в теории и в практике, как в теории почти всего остального кроме вызубренной, кажется, ритуалистики… Да и как сдавать ту же историю Альба не представляла — проходили там то, что, по мнению преподавателя, все должны были выучить в школе. Все… Мда.

Так что оставалось учится и еще раз учится. Несмотря на все случившееся после бала необходимость закончить обучение в университете и подтвердить свое право владеть магией никто не отменял. Охотники где-то может и были, но где-то далеко. А сессия приближалась. Альбу, как она поняла, отчислить не могли. Вроде бы. А вдруг попытаются? Да и нужно ли годами студенческую скамью протирать? Точно нет. И потому надо наверстывать все упущенное.

Этим Альба и занималась все свободное время. Не надо копить долги. Как-нибудь сдаст сессию. Не будет же ее из принципа Вар Вран валить?..

Хотя после пары по истории в понедельник Альба ужа начала в этом сомневаться. Она специально попросила Жана поделиться ответами на чертов опрос с первого занятия. Переиначила их, разумеется. И… И все равно почти половину вопросов историк не зачел. После этого теория магии, на которой они опять проходили то, что Альба не до конца понимала из-за пробелов в более раннем образовании, почти не расстраивала. Как и то, что заставить нормально летать перо у нее вновь не вышло. Да и рука продолжала болеть, намекая, что с мечом обращаться научиться просто и легко не выйдет.

Менталист, с которым Альба продолжала индивидуальные занятия, сегодня был задумчивее обычного. Кинув взгляд на Пришедшую, он нахмурился:

— Что с рукой?

Альба попыталась убрать прочь ноющую конечность, но по взгляду магистра Теора поняла, что зря. Пришлось рассказывать про тренировки с Сигурн. Менталист ругать не стал, только заметил:

— Инициатива в целом хорошая, но ввиду некоторых особенностей потенциально опасная. Положи ладонь на стол.

Магистр Теор наедине после Дня Магии часто обращался на «ты» наедине. Альбу это не беспокоило. Большинство преподавателей старались сохранять дистанцию, хотя она и слышала, как декан выговаривала что-то пятикурсникам, не используя формальное обращение. Но в том спонтанном, каком-то полуобреченном контакте разумов она вывалила на магистра Теора столько всего… Это сложно было объяснить, но в некоторой мере передача образов и вообще менталистика делала их чуть более равными. Не только Альбу и магистра, но и Альбу со старшекурсниками, и даже ее однокурсников, все еще учащихся на общих парах настройке, друг с другом. Да и если учесть, в каком состоянии видел ее маг в том храме и после, сколько магии применял, что бы помочь…

Альба, подавив сомнения, сделала как велено. Менталист использовал несколько плетений, потом провел пальцами по запястью, словно во что-то вслушиваясь — и покачал головой, убрав руку.

— Продолжишь в том же духе — останешься без возможности писать разборчиво. Скорее всего навсегда.

Альба вздрогнула и посмотрела на магистра Теора. Наверное куда более расстроено, чем хотела, потому что менталист с сожалением констатировал:

— Увы, я тебе помочь не могу. И целители не смогут, наше тело все-таки имеет свои ограничения, которые не обойти магией. Хочешь — сходи в лечебницу, это бесплатно. Но я сильно удивлюсь если там тебе что-то другое скажут. Так что или левой меч держи, или вовсе заканчивай с фехтованием.

— Я не левша, — Альба, хотя и понимала, что письмо важнее владение оружием, все равно чувствовала горечь.

Да, она едва ли бы когда-нибудь хорошо научилась сражаться. Но Альба прикоснулась к сложному искусству, которым с детства, с первых книг о рыцарях мечтала овладеть. Держала в руках клинок, пусть и пока тренировочный. Могла получить возможность защитить себя чем-то большим, чем кипячение воды или левитация не всегда летящих в цель объектов… Но увы.

— Ты пишешь правой, — признал очевидное магистр Теор. — Ешь, делаешь многие другие вещи. Но тех, кто способен делать все только одной рукой и не способен ничего делать другой не существует. Многое вопрос привычки, так что пробуй. Тем более что все равно с нуля учишься. Ты не амбидекстер, но все равно для мозга новое полезно, да и вообще левша в бою — неприятный противник. Так что коли хочешь — учись. Но только левой и никак иначе. И взять легкий клинок не поможет, нагрузка все равно слишком большая будет.

— Да, магистр.

— Хорошо, с этим разобрались. Тогда давай перейдем к следующему вопросу в методичке, о базовых переходах в плетении. Строй контакт.

Альба откровенно боялась того, что менталист вновь перехватит взаимодействие, как сделал в День Магии. Магистр Теор раньше ведь говорил о том, что способен удержать связь достаточно долго для того чтобы пережать нужный объем информации, но это для нее будет крайне болезненным переживанием. Так и оказалось.

Пришедшая не торопилась создавать контакт, хотя и ощущала, что маг подстраиваться под нее и скорее всего не будет держать жестких щитов. Да и умом она понимала, что произошедшее в прошлом было необходимостью, но все же.

Теор не вмешивался.

Наконец Альба все-таки создала нужное плетение, вложила в него силу, повесила контакт… И почти сразу разорвала его. В субботу рядом старшекурсники были, это как-то дело облегчало.