"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович - Страница 1161

— Удивительно, что Черномор не предусмотрел такой возможности.

— Ничего удивительного. Он и представить себе не может, что кто-то решиться сломать такой могучий артефакт.

— Все замечательно, но что же мы с веревками делать будем? — спохватилась Алена.

— Слетаю домой, найду что-нибудь… А лучше слетаю на юг, в империю Цин. Там шелковой веревки возьму. Очень цинские жители меня уважают. И никто, между прочим, не считает меня там двенадцатиголовым.

— Ты, похоже, теперь всю жизнь будешь мне эти двенадцать голов вспоминать, — вздохнула Алена.

— Да уж… В империи Цин меня считают чуть ли не богом.

— И как это тебе удалось завоевать такую популярность? — удивилась Алена.

— А… Давно это было. Больше тысячи лет назад. Я тогда был еще молодым, наивным романтиком. Весь мир хотел осчастливить. Научил людей этой земли огнем пользоваться, выращивать рис, рыть каналы… ну, еще кое-чему научил. Думал — заживут теперь счастливо. А они, расплодившись, тут же с соседями начали воевать. Всех завоевали, до кого только дотянуться могли. Разрослись, перессорились друг с другом и стали уже между собой воевать… Всегда так у людей, — горько вздохнул Змей. — Научишь их чему-нибудь хорошему, глядь — а они уже приспособили эту науку, чтобы друг другу гадости делать… А меня с тех древних пор на востоке почитают, по доброй памяти… Я слетаю туда за веревкой, да и буду ждать вас у дыры.

Через некоторое время высохшее русло стало заворачивать на юг.

— Вдоль русла идти? Или прямо? — спросил Алешу Добрыня.

Алеша, несколько секунд помедлив, кивнул, и уверенно махнул рукой на восток:

— Прямо!

Русло реки постепенно скрылось из вида. Лошади начали уставать, и Илья решил, что самое время устроить стоянку. За обедом разговор зашел о спуске в Подземный мир. Теперь уже все мужчины забеспокоились насчет веревок.

— Эх, — нахмурился Илья. — Как же это мы спервоначала не подумали? А нынче где же их взять?

— Там, у входа, нас будет ждать Змей, — успокоила его Алена. — Он обещал что-нибудь придумать.

— Какой еще Змей? — нервно переспросил Гавейн.

Алена прикусила язык и растерянно переглянулась с богатырями.

— Да это у богатыря Горыни прозвище такое, — нашелся Добрыня. — Хитрый не в меру, вот его Змеем и прозвали.

На последнем перегоне до Моря-Океана кавалькаду вела Алена по подсказкам Змея. К вечеру путешественники подъехали к берегу океана и замерли. К их ногам катила свои волны бесконечность. Впереди расстилалась стального цвета громада. Бескрайняя, живая, пугающая даже в своем вечернем спокойствии. Илья первым слез с коня и вдохнул полной грудью соленый воздух.

— Так вот ты какой, Океан-море, — богатырь в пояс поклонился набегающим волнам. Налетевший порыв свежего ветра растрепал его седеющую бороду.

Алеша нетерпеливо соскочил с Огонька и подбежал к полосе прибоя. Зачерпнул в пригоршню воду. Внимательно посмотрел на нее. Понюхал. Попробовал на вкус.

— Да что вы, в самом деле? Вода как вода… Искупаться что-ли?

Что-то темное и извилистое блеснуло вдруг чешуйками в лучах закатного солнца неподалеку от берега, но тут же исчезло. Алеша, отскочив от воды, присмотрелся. Тряхнул головой.

— Померещилось? — оглянулся он на друзей.

— Морской змей, похоже… — пожал плечами Добрыня.

— Пожалуй не буду я купаться, — зябко поежился Алеша. — Вода что-то холодная. Да и Лебедь мне не велела… Белая скала, кстати, вон там, южнее, — он махнул рукой, показывая направление и полез в седло.

На пляже у белой скалы, острым клыком распарывающей закатное небо, путники увидели огромный шатер из пестрого шелка. На большом костре жарился на вертеле целый бык. Рядом стоял бочонок вина и две закрытые корзины. Около костра на раскладном ременчатом стульчике сидел богатырь в шелковой желтой рубахе и небрежно поворачивал вертел. Лошади сами остановились за дюжину шагов до костра. Алена низко склонилась к шее Черной, чтобы скрыть от всех счастливую улыбку. Змей лениво повернув голову, окинул путников взглядом и улыбнулся.

— А, это вы?.. Ну наконец-то.

Первым сориентировался в обстановке Добрыня. Соскочив с коня, он с радостной улыбкой, раскинув руки, бросился к Змею.

— Здрав будь, Горыня! Давненько не виделись!

Змей встал и обнялся с богатырем. Все путники сошли на землю. Алеша и Илья переглянулись.

— Ах да!.. Горыня! — спохватился Илья. — И вправду давно не видались! — и тоже бросился обниматься со Змеем.

Алеша смотрел на Горыныча как на ожившую сказку.

— Я ведь и не видел его толком ни разу… так-то вот близко, — доверительно прошептал он Алене, — тогда, в Новгороде, не в счет.

Девушка кивнула. Она держалась в стороне от Змея — как от слишком жаркого костра — чтобы не вспыхнуть. К тому же ей было неловко за свой пропыленный с дороги вид.

Змей наконец заметил зачарованный взгляд Алеши. Горыныч шагнул к богатырю, пытливо вгляделся в его голубые бесшабашные глаза, хмыкнул и благожелательно похлопал юношу по плечу. А затем повернулся к стоящим особняком рыцарям. Богатыри представили Горынычу иноземцев. Рыцари, настороженно поглядывая, церемонно раскланялись. В ответ Змей снисходительно, по королевски, кивнул им и покровительственно улыбнулся.

— Да вы не стесняйтесь. Берите там в шатре подушки — садитесь вокруг костра, угощайтесь. Бык уже почти готов.

Подавленные рыцари молча сходили в шатер и принесли подушки — большие шелковые с золотыми и черными драконами. Алена со стоном облегчения опустилась на мягкие подушки. Трехдневное путешествие верхом ее основательно вымотало. «А ведь это только начало пути, — с тоской подумала девушка. — Что же дальше-то будет? — Потом она взглянула на Змея и вздохнула. — Что ж, ради того, чтобы быть рядом с ним… Игра стоит свеч».

Богатыри тоже с удовольствием уселись на подушки. Рыцари остались стоять и настороженно рассматривали узоры.

— Что это с вами? — удивился Илья. — Али что не по нраву?

— Почему на всем драконы? — нахмурился Ивейн. — Что за варварский рисунок?

— Таков обычай народа Цин — драконов рисовать, — спокойно объяснил Горыныч. — Кстати, варварами я бы их не назвал. Покультурнее многих.

Рыцари осторожно опустились на подушки.

— А из каких ты мест… Горыня? — осторожно принялся расспрашивать Гавейн.

— Я из горных мест, — многозначительно усмехнулся Змей. — Вы до тех гор чуток не доехали.

— Вот как?.. — Гавейн озадаченно почесал затылок, пытаясь припомнить, до каких же гор они не доехали. — А кто твои родители?

— Отец мой такого древнего роду, что вам и представить себе невозможно, — усмехнулся Змей. — А с матушкой моей… — он оглядел критически людей, — нет. Вы с ней не знакомы. Из известных мне витязей хорошо ее знает разве что Микула Селянинович.

«Его мама — земля, а отец — сам Род. Да уж, древнее родословной не придумаешь», — вспомнила Алена.

Горыныч снял быка с костра и проголодавшиеся рыцари набросились на жаркое, забыв на время про вопросы. Богатыри от них не отставали. Алена поймала взгляд Змея.

«Может сейчас с Черномором свяжемся? Пока они ужинают…»

«И правда, — согласился он. — Чего тянуть? Пошли в шатер».

Алена потянулась к брошенным у костра седельным сумкам, достала медный поднос. На вопросительный взгляд Добрыни кивнула на Горыныча.

— Пора с Черномором все выяснить, — и направилась вместе с Горынычем в шатер.

Добрыня, проводив их настороженным взглядом, толкнул локтем Илью.

Горыныч, войдя в шатер, плотно задернул за собой полог и начертил пальцем в воздухе, прямо у полога, сложный огненный знак. Повернувшись на все четыре стороны бросил такие же знаки на стены.

— Все. Теперь нас никто не подслушает.

Алена поставила медное блюдо на циновку, а сама поудобнее устроилась в стороне на подушках.

— И как оно работает? — спросил Змей и постучал пальцем по краю блюда.

— Кто там? — раздалось из блюдца.