"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович - Страница 1142

— Этот случай необычный… — Змей внимательно оглядел всех присутствующих. — Как я понял из рассказа Лебеди, настоящий меч-кладенец находится где-то на пути сюда? Да вы лучше сами мне расскажите всю правду. Я же все равно узнаю.

Девушки переглянулись, вздохнули и начали рассказывать. Когда они замолчали, Змей довольно хмыкнул.

— Превосходно! Наконец-то у меня появилась возможность уничтожить этот проклятый меч-кладенец! Обменяю его у рыцарей на Джиневру и Ланселота, и дело с концом.

— Зачем же его уничтожать? — удивленно подняла бровь Лебедь. — Такой могучий артефакт…

— Вот потому и уничтожить, что могучий. Любой мало-мальски умелый боец может им безнаказанно меня убить! Вот отниму кладенец и спрячу его где-нибудь глубоко под землей, или, еще лучше, сброшу в жерло вулкана.

— Э, нет, Горыныч. Так не пойдет, — покачала головой Лебедь. — Я уже столько сил приложила, что имею законное право на эту половинку папиного кольца. Да если разбираться, то кладенец и возник-то благодаря мне!

— Уж если разбираться до конца, моя дорогая, — нехорошо улыбнулся ей Горыныч, — то Ланселот и Джиневра, на которых вы собирались выменивать у рыцарей кладенец, лежат сейчас спящие в МОЕМ замке. Так что выменивать кладенец буду именно я. А приложенные силы я, уж поверь, найду, чем тебе возместить, чай не нищий.

Алена вздрогнула и вся внутренне напряглась. В первый раз она слышала, чтобы Горыныч спорил с кем-то в таком тоне. Алена осторожно посмотрела на царевну Лебедь.

— Ну хорошо, Змей, — сдалась та, как показалось Алене, подозрительно быстро. — В любом случае, действовать нужно как можно скорее, пока Кощей не разобрался, что к чему.

— Ай да хорошо, ай да здорово! — укоризненно покачал головой Илья Муромец. — Пока вы из-за меча ругаетесь, да кого попало оживляете, где-то тут страдает красна девица, бедная Забава Путятична.

— Отчего это вдруг она бедная? — удивленно глянул на Илью Горыныч.

— Оттого что мы тут про нее чуть не забыли… — богатырь с вызовом посмотрел на Горыныча. — Ну как? Укажешь, где ее спрятал, али мне самому поискать?

Горыныч устало вздохнул.

— Коли тебе, Илья, подраться со мной захотелось, так потерпи немного. Вот разберусь с этими придурками и тогда милости прошу… А Забаву твою я и пальцем не тронул. Голодовку она, между прочим, объявила. И визжит, как недорезанная. Возвращай ее, понимаете-ли к дяде немедленно!.. Так что давай, забирай ее отсюда поскорее, да и дело с концом. Да не забудь показать мою статую в долине. Скажи, мол, зарубил меня, пусть порадуется. Уж очень она невзлюбила меня, за то что я ее учебники из Киева прихватил, а книжки с картинками нет.

— Голодает? Ах ты господи, боже мой! — всплеснул руками Илья и бросился вниз по лестнице.

— Ты мне двери-то все не ломай! В соседней башне она, на самом верху!.. — вслед ему крикнул Горыныч. — Да не забудь захватить ее учебники! — и Змей ехидно улыбнулся. — Верно у вас, у людей, говорят: любовь зла…

Илья, освободив Забаву, не медля повез ее в Киев. А Лебедь быстро переправила Алену и Змея, несущего в руках спящих Джиневру с Ланселотом, к Длинному озеру. Прямо к тому месту, где из засады наблюдали за проснувшимися рыцарями Алеша с Добрыней.

Добрыня тут же шикнул, призывая вновь прибывших к тишине, а Алеша шепотом спросил у них:

— Ну как, все получилось?.. Мы тут лошадей рыцарских, когда лев задремал, увели… А это кто с вами?

— Это Горыныч, — пожала плечами Лебедь. — Хочет принять в операции личное участие.

— В какой операции? — не понял Добрыня.

— Вот этих, — Змей аккуратно положил Джиневру и Ланселота на траву, — обменяем сейчас на кладенец. Неужели рыцари смогут отказаться?

Добрыня удивленно глянул на Змея.

— Ты что, сдурел что-ли? С ними же подлюка Черномор!

— Да у него силы теперь — кот наплакал. Мне даже отсюда видно.

Рыцари на берегу, не найдя Ланселота, начали звать его по имени. От их криков проснулся Черномор. Недовольно ворча, он отправился к воде — умываться. Вид карлик имел и в самом деле жалкий. Помятый, грязный халат, короткая клочковатая борода, воспаленные от недосыпу глаза.

— Да мы его сейчас быстро заманим и в мешок, — небрежно махнул рукой Алеша.

— А потом я пойду на переговоры, — подхватила Лебедь, лукаво улыбнувшись чему-то. — Горынычу ведь рыцарям на глаза попадаться нельзя… Вдруг они его на честный бой вызовут?

У Алены заныло в груди от нехорошего предчувствия.

«Остановись, Лебедь! — мысленно закричала она. — Неужели ты все-таки собираешься забрать кладенец себе?»

«Да пойми ты — это же просто варварство — уничтожать такую реликвию!.. Ну, хочешь, я поклянусь тебе, что никогда не направлю его против…»

Алена встревожено взглянула на Змея. Тот благодушно улыбался, но смотрел на Лебедь с нехорошим прищуром…

— Вот что, — произнесла Алена вслух. — Если вы сейчас не договоритесь о том, как поделить кладенец, то ничего у нас не получится. Тут надо действовать слаженно. Может, выручать друг друга придется, а вы каждый только о себе думаете.

— Как можно поделить меч? — удивился Змей.

— Ведь можно? — Алена посмотрела в глаза Лебеди. — Ты однажды уже разделила папино колечко пополам? Почему бы и сейчас так не сделать?

— Да. Вы уж объясните нам, сиротам, дорогие наши кудесники, — обратился к Змею и Лебеди Добрыня, — отчего кладенец этот действует, и какая в нем сила великая?

— Ну хорошо, — Лебедь вздохнула. — Колечко берет колдовскую силу извне и направляет в одну сторону по центру кольца, очень узконаправленно. Такое колечко сейчас у папы. Папочка может точку, куда направлена исходящая из кольца сила, корректировать даже усилием воли… — Лебедь гордым взглядом окинула товарищей. — Да он свое имя может выжечь на любой скале в мире, не выходя из дворца!

— А половинка кольца? — спросила Алена. — Ведь именно половинка, прицепленная к мечу, превращает его в кладенец?

— У половинки кольца идет большее рассеяние колдовской силы. Дальность, на которой эта сила действует разрушительно, становится куда меньше. И уже не в одной точке, а в плоскости. Из половинки кольца выходит пучок силы по форме очень похожий на клинок. Когда я, разломив кольцо, увидела это, то сразу подумала, что можно прицепить половинки к мечам…

— А если половинку разломить еще пополам? — предложила Алена. — Так вы можете не ссорясь поделить этот проклятый меч.

— А что? — оживился Змей. — Тогда рассеянье колдовской силы будет еще больше. Уже не в плоскости, а, наверное, широким пучком… Меча-кладенца из четвертушки не сделать. Но вбирать в себя энергию он будет все также. Получится два хороших защитных амулета, да? — он обрадовано глянул на Лебедь.

— Да, — неохотно согласилась она.

— Ну так поделите и не ссорьтесь! — потребовала Алена.

— Только пусть она поклянется, что сразу разломит половину колечка, — кивнул на Лебедь Горыныч. — Пусть на воде поклянется!..

Царевна Лебедь оглядела товарищей, не встретила ни в ком сочувствия, глубоко вздохнула и, положив руку на воду, тихо прошептала:

— Клянусь, — по воде быстро побежали несколько радужных кругов, еле заметных для глаз. — Ну, теперь-то ты, Горыныч, доволен?

— Вполне, — улыбнулся Змей, и зеленые искорки сверкнули в его глазах. — А теперь слушайте внимательно. Обмен — не лучший вариант. Можно сделать все намного проще…

Спустя полчаса, так и не найдя ни своих коней, на Ланселота, ни его следов, рыцари обратились за помощью к Черномору. Тот долго ворчал, а потом нашел какой-то изогнутый прутик, взял его в руки и принялся ходить по пляжу.

— Триста лет такой ерундой не занимался… Непостижимо! Без инструментов, не зная расположения звезд… Я буду сильно удивлен, если хоть что-нибудь найду, — недовольно бубнил Черомор, однако продолжал ходить.

Добрыня, Алеша и увязавшаяся с ними Алена, тем временем, засели в лесу, в нескольких десятках шагов от стоянки рыцарей.