"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 1401

— Ох, как ты меня напугала, малышка! — Фейлинор невольно рассмеялся. — Мы же договорились, что это всего лишь сны! Мало ли кому что снится! Мне вот тоже иногда мерещатся кошмары…

— Нет! На сей раз это не сон! Это случилось! Опять! Я чувствую!

Скосив глаза через плечо, Наместник нашел взглядом дворецкого и просигналил ему бровями — мол, проверьте, все ли в порядке? Тот важно кивнул и удалился.

— Все будет хорошо, Фея, — снова заговорил Фейлинор, постепенно придвигаясь к сестре. Кажется, она не замечала маневров брата — стояла, не шевелясь и не делая попыток прыгнуть вниз. — Я с тобой. Я тебя не оставлю. И Тиамар…

— Не надо! — Она покачнулась. — Только не он!

— Но он любит тебя!

— Он смеется надо мной! Он мне не верит!

Фейлинор закусил губу. Сказать по правде, он тоже не верил россказням сестры, упорно списывая все на простые совпадения и буйную фантазию девушки. Но говорил вслух совершенно обратное, чтобы не тревожить ее покой. И так душевное здоровье сестры Наместника оставляло желать лучшего. С некоторых пор Видящая целительница вообще жила во дворце, днем и ночью контролируя душевное самочувствие сестры Наместника.

— Я верю тебе. — Он придвинулся еще чуть-чуть. — И сказки, которые ты пишешь под присмотром Видящей, они…

— Это не сказки!

Молодая женщина резко выпрямилась, отрываясь от стены. Еще миг — и она бы шагнула в бездну, но ее брат был уже совсем близко. Он успел обхватить ее за бедра, забрасывая себе на плечо, как пленницу. Фейнирель забилась в его руках, но Фейлинор не выпустил драгоценной ноши, пока не отошел от окна и не опрокинул ее на постель.

В спальню сразу ворвались Видящая, три служанки и Тиамар. Женщины захлопотали вокруг сестры Наместника, а ее муж подошел и захлопнул окно. Он был одним из немногих эльфов, который либо вообще не боялся высоты, либо умел контролировать свои эмоции. Ему бы не составило труда снять жену с карниза, но сейчас он почему-то не спешил ей на выручку.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Фейлинор резко обернулся. В дверном проеме маячил Асатор. Он не произнес ни одного слова, не сделал ни одного жеста, просто стоял и смотрел, но Наместник внезапно понял, что случилось нечто ужасное.

— Тиамар, присмотри за нею, — произнес он и, подхватив шпагу, вышел за порог.

Асатор уже отошел на несколько шагов от двери дальше по коридору и ждал там.

— Что?

— Склепы ваших родителей. Там кто-то побывал.

— И?.. — Воображение нарисовало оскверненные останки матери.

— Ничего не тронули. Просто дверь распахнута настежь.

Фейлинор покачал головой, желая показать, что прочее его не волнует. Наместник невольно бросил взгляд на комнату сестры. Фейнирели в последнее время часто снились кошмары, где так или иначе фигурировала смерть. Видящая заставляла сперва девушку записывать свои сны, а потом придумывать к ним продолжения, чтобы доказать, что все это — лишь плод ее воображения и она имеет над ним реальную власть. Из-под пера сестры Наместника выходили целые повести и небольшие романы. В них было все: чудовища и сокровища, тайны, мистика, загадки, приключения и опасности, любовь и смерть. Не было только счастливого конца: «И поженились они, и стали жить долго и счастливо». Все ее герои умирали, причем некоторых убивали злодеи с особой жестокостью. Интересно, что напишет она сегодня? Легенду о том, как дракон похитил принцессу и съел ее, прежде чем рыцарь-спаситель добрался до логова?

От мыслей о сестре потянулись ниточки далее — к другим ее историям. Молодой Наместник был неглуп и догадывался, что тут может таиться подсказка, как и что делать.

Резко выпрямившись, Фейлинор зашагал прочь по коридору. Асатор тенью следовал за ним.

Далеко они не ушли, миновав две двери, Наместник решительно распахнул третью.

Это была классная комната, где еще девочкой Фейнирель постигала науки. Став взрослой, она здесь же под присмотром Видящей писала свои «сказки». Ими был занят большой, до потолка, стеллаж. И несколько больших листов с рисунками валялись на письменном столе, окне и двух из четырех кресел, расставленных вокруг в беспорядке. Словно одержимый какой-то идеей, Наместник стал перебирать эти листы.

Иногда его сестра рисовала — если чувствовала, что словами не может передать явившиеся к ней образы. Чудовища самого невероятного вида, причудливо переплетающиеся линии, скелеты людей, эльфов и животных. Черно-белые, иной раз небрежные и неряшливые, а иногда пугающе четкие, с гротескным преувеличением отдельных частей… Их было несколько десятков, если не сотни. Один за другим Фейлинор отбрасывал их в сторону, едва взглянув. Асатор ему не мешал — стоял рядом, молча ожидая приказаний.

Копаясь в листах, исчерченных рукой Феи, Фейлинор и сам не слишком понимал, что ищет. И лишь когда чуть ли не на самом дне одной из стопок на глаза попался один из рисунков, он все понял.

Черно-белая картинка поражала своей четкостью — когда на Фейнирель «находило», молодая женщина рисовала просто великолепно. В скалах только что отгремела битва рыцаря с драконом, завершившаяся в пользу зверя. Упав на колени, безутешно рыдающая принцесса обнимала бесчувственное тело рыцаря — дракон перекусил его пополам, и страшная рана была выписана со всеми подробностями. Просто удивительно, как девушка, никогда не бывавшая в бою и даже на скотобойне, смогла с такой точностью передать малейшие детали. Голова дракона-убийцы, напротив, была намечена всего несколькими штрихами — нарисовав главное, художница утратила к картине интерес и забросила рисунок, над которым трудилась больше недели.

Всмотревшись в рисунок, Наместник понял, о чем или, вернее, о ком он думал подсознательно все это время, и поднял глаза на стоявшего рядом Асатора.

— Ты знаешь, что произошло почти пятьдесят лет назад? Незадолго до свадьбы леди Фейнирель?

Рыцарь кивнул:

— Я слышал об этом. Госпожу якобы похитили…

— А потом она вернулась. И твердила о воине, который ее спас.

— О воине, который ее якобы спас, — осторожно промолвил Асатор. — Его никто не видел. Ну или почти никто. Лорд Тиамар как-то обмолвился, что…

— Что некто оказал ему услугу по спасению невесты.

— Он хотел пригласить его во дворец, чтобы воздать по заслугам, — произнес рыцарь.

— Но до дворца тот так и не добрался, — подхватил Фейлинор.

— И тогда вы, милорд, решили, что этот странный спаситель — всего-навсего плод расстроенного воображения вашей сестры.

— И долгое время единственным доказательством его существования были слова лорда Тиамара, что он якобы отдал ему свой колет…

— Что означало фактически посвящение этого спасителя в Серебряные Стрелы,[73] — закончил его мысль Асатор. — Как ваш заместитель, он имел на это право, но больше его никто не видел…

— И решили, что его не существует, — произнес Наместник.

Он посмотрел на стоявшего перед ним рыцаря. Асатор молча выдержал его взгляд. Наместник и его телохранитель понимали друг друга без слов.

Они не расставались с тех пор, как увидели друг друга впервые. Молчаливый, ни с кем не сошедшийся в столице и не заведший близких друзей и тем более семьи, Асатор был безгранично предан Фейлинору. Они не разлучались дольше чем на несколько часов, маленькая комнатка рыцаря находилась в покоях Наместника. Все настолько привыкли к тому, что рядом с ним постоянно маячит тень телохранителя, что не обращали на того никакого внимания. И Фейлинор не раз и не два ловил себя на мысли, что лучшего брата он не мог бы и желать. Серебряному Острову долго не приходилось воевать всерьез, но Наместник знал, что в случае настоящей опасности он может доверить рыцарю свою жизнь. Более того, он бы с радостью отдал Асатору руку своей сестры — если бы Фейнирель уже не была замужем за другим, и если бы между этими двумя хоть раз промелькнула искра взаимного чувства.

— Но это неправда, — промолвил Наместник, прекрасно понимая, что его собеседник сам догадается обо всем. — Я его видел.