"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 1349

— На каторге, мать их… Всех захваченных на поверхности пленных и собственных преступников они ссылают сюда — копать туннели. Говорят, это навсегда. Здесь недолго живут.

— Особенно остроухие, — промолвил какой-то человек, сидевший в стороне в полном одиночестве. — Были тут такие же, как ты. Дольше тридцати смен ни один не продержался. Кто сам сдох, кто с собой покончил…

— Понятно. — Карадор подтянулся на дрожащих руках, пытаясь сесть прямее. — Кстати, у нас поесть ничего нету?

Остальные заключенные так и не поняли, почему, услышав эти безобидные слова, оба орка внезапно захохотали в полный голос.

Уронив голову на руки, драур лежал там, где его свалила усталость. Сил не было даже на то, чтобы ругать себя за беспечность. Ведь знал же, что путь предстоит долгий и опасный! Знал, что на пути могут встретиться разные преграды и непредвиденные обстоятельства, знал, что возвращаться ему некуда — да и незачем. Так почему же, какого гоблина он отказал себе в последнем удовольствии пройтись карающим, наводящим ужас смерчем по этим замкам? Почему не покуражился напоследок, вымещая злость и досаду на тех, кто живет полной жизнью, в то время как он обречен на замороженное существование? Почему просто ушел, не оставив по себе «добрую» память и ужас в сердцах тех, кто стал бы свидетелем его прощальных «забав»? Только ли потому, что внезапно захотел притвориться живым? Или потому, что слишком спешил, чтобы размышлять и строить планы мести?

Рядом, звякнув уздечкой, мотнул головой усталый эльфийский скакун. Наемник увел его из чьей-то конюшни, по-простому разломав хлипкую стену. Собственно, это было последней каплей. Не стоило так интенсивно растрачивать энергию. Но он слишком спешил… И теперь пожинал плоды своей спешки.

Опустив голову, скакун коснулся вялой холодной руки теплыми шершавыми губами. То есть Фрозинтар знал, что конские губы должны быть шершавыми и теплыми, — знал, но не чувствовал ничего. Пальцы слабо шевельнулись, нащупывая повод волочившейся по траве уздечки. Это было все, на что он оказался способен, но умное животное внезапно само осторожно подогнуло передние, а потом и задние ноги, ложась так, чтобы седоку было удобнее вползти на подставленную спину.

Стиснув зубы, наемник попытался подтянуться на дрожащих руках. Пальцы нащупали конскую гриву, вцепились в нее. Собрав остатки сил, он кое-как дополз до седла, смог пристроить на него щеку, но на большее его все-таки не хватило. Впрочем, и этого оказалось достаточно — решив, что всадник держится достаточно крепко, скакун внезапно встал. Рывок был так силен, что драур кое-как выпрямился на дрожащих ногах, привалившись к теплому боку животного.

Как ему была нужна энергия! Хотя бы несколько капель! Конь тут не годился — жизненная сила, которой было полно лошадиное тело, не подходила в принципе. Да и не хотелось убивать благородное существо, помогавшее ему от чистого сердца. Конь и так еле держался на ногах, ибо тащить на себе тяжеленного драура — дорогое удовольствие.

Осторожно переступая ногами, эльфийский скакун сам пустился в путь. Фрозинтар почти висел на его спине, цепляясь онемевшими пальцами за гриву и повод. Ему нужна была живая энергия, и он чутко прислушивался к окружающему миру в поисках разумных существ. Сейчас он готов был атаковать кого угодно — мужчину, женщину, ребенка, лишь бы пополнить свои силы. Только где они все, люди и нелюди? Уже несколько дней он пробирался по безлюдным местам в приграничье с Плоскогорьем. Отыскать жилье в этих местах было проблематично.

…Скакун остановился так резко, что наемник не удержался на дрожащих ногах и упал, дернув за повод, но так и не выпустив его из рук. Досада была так велика, что он рывком приподнялся и замахнулся на коня:

— Тварь!

Благородное животное прижало уши, гневно фыркая и отступая на длину повода. Фрозинтар уже хотел было подтянуть его за уздечку поближе и все-таки ударить, но тут до его слуха донеслись слабые голоса, и он забыл обо всем на свете.

Фро свалился на склоне, густо поросшем деревьями и кустарником. Чуть ниже, на одной из террас, сквозь листву и ветки виднелись отблески костра. Оттуда же доносились отголоски чьей-то речи. Прислушавшись, по особому выговору слов наемник догадался, что там у огня сидят по меньшей мере двое — человек и эльф. Двое мужчин — взрослый человек и юноша-эльф, явно недавно вышедший из подросткового возраста.

— Спасибо, — сказал он скакуну.

Пальцы разжались, выпуская повод. Затем Фрозинтар уже в который раз собрал силу в кулак, пытаясь подняться. Ясно как день, что эти люди так просто не сдадутся. Будь путник один, еще можно было бы подождать, пока он заснет, чтобы напасть на спящего. Но здесь, пока он будет пить энергию одного, второй может ударить со спины, защищая своего спутника. В том, что атаковать надо именно эльфа, наемник не сомневался — его энергия подходит гораздо лучше. Да и буквально пары торопливых глотков будет достаточно, чтобы справиться с человеком. Оглушить его, а потом спокойно забрать жизненную силу у обоих.

Огибая ветки кустов и стволы встающих на пути деревьев, он поспешил в сторону костерка, но, преодолев лишь половину расстояния, понял, что немного просчитался.

Сквозь заросли был прекрасно виден костер, лежаки из плащей и веток и — нет, не двое, а четверо путников. Двое других сидели молча, скромно держались в сторонке и никак не обнаруживали свое присутствие, предоставив разговаривать замеченным ранее мужчине-человеку лет около тридцати и юному полукровке-эльфу, в котором Фрозинтар сразу почувствовал мага. Если бы у него было чуть больше энергии, он бы издалека понял все правильно.

— Куда нам двигаться дальше, Келлегор? — поинтересовался в эту минуту человек. — Мы в горах. Дальше что?

— Дальше надо искать гору странной формы, — промолвил подросток. Он сидел спиной к затаившемуся Фрозинтару, не то перебирая, не то поглаживая что-то, лежащее у него на коленях.

— Гору странной формы?

— Да, мне так сказали.

— А больше тебе ничего не сказали?

— Нет.

— Значит, мы обречены бродить по этим горам до скончания века? Это же Плоскогорье! Тут много всяких странностей…

— Я постараюсь что-нибудь придумать, — тихим голосом произнес тот, кого назвали Келлегором.

— Очень на это надеюсь. А пока всем отдыхать, — распорядился человек, перебираясь на свой лежак. — Гай, ты сторожишь первым.

Плечистый оруженосец спокойно кивнул, поудобнее устраиваясь у огня. При этом он как-то странно покосился на четвертого члена их маленького отряда, миловидного мальчика явно нечеловеческой расы, который скромно сидел в сторонке, обхватив колени руками.

Проследив за направлением его взгляда, Фрозинтар тихо охнул. Нет, глаза его не обманывали. Это был тот самый подросток… та самая… тот… в общем, это его (или ее?), если его не обманывает зрение, когда-то спас Карадор. Но что он (она?) здесь делает?

Впрочем, думать было некогда. На страже остался обычный человек. Подросток, явно не обладающий силой и ловкостью взрослого мужчины. Отлично. Значит, он с ним легко справится. Надо лишь подобраться и, зажав рот, оттащить в кусты. Несколько глотков жизненной силы — и он сможет противостоять и рыцарю, и магу.

Если надо, наемник умел двигаться очень осторожно и бесшумно. Он крался, как месяц за облаками, как ветер над морем. Его не почуяли лошади, на его тень не обратил внимания сам недреманный сторож, когда она мелькнула в кустах в опасной близости от него…

Но свернувшаяся кольцами змея в изголовье постели Келлегора вдруг подняла плоскую головку и осторожно коснулась раздвоенным язычком щеки своего хозяина.

Юный маг открыл глаза, но остался лежать неподвижно, ничем не выдав того, что проснулся. Голова змеи и ее немигающие глаза оказались напротив его лица. Язычок осторожно пощекотал кожу.

«Тут кто-то есть? — мысленно обратился к своему стражу Келлегор. — Кто-то чужой?»

Змея ничего не ответила — мысленно. Но кончик ее хвоста шевельнулся, безошибочно указав направление.