Девушка и дракон (СИ) - Вереск Яра - Страница 27

— Помню. Тебе помощь не нужна?

«Я понимаю ваше любопытство, но именно это дело — мое. Оно и так слишком долго ждало. Ладно. Увидимся утром».

Агат попытался вновь дотянуться мыслью до Яшмы, но два раза подряд у него никогда не получалось. Значит, нужно заняться тем, что ты в данной ситуации действительно можешь сделать.

А сделать надо так, чтобы завтра утром и гостиная и апартаменты выглядели как новые, а гости даже не заподозрили, что пока они праздновали в парке, совсем рядом совершалось убийство.

Дворцовые слуги слишком болтливы, но если наложить пару простеньких заклятий, или как следует припугнуть, то их вполне можно привлечь к наведению порядка в комнатах. А сплетни… что же. Какие-то слухи обязательно просочатся. Надо только постараться сделать так, чтобы в них не очень верили.

Двое всадников мчали по ночной дороге. Дорога эта ведет вглубь страны, в обжитые земли, к крупным низинным городам, в которых так легко затеряться. Ветер трепал их нарядные плащи и перья шляп, Яркие звезды мерцали им сквозь кроны сосен, высаженных вдоль тракта. Наконец, у одной из развилок всадники придержали коней.

— Здесь попрощаемся, — сказал полковник.

Его спутник кивнул, и свернул на правую дорогу. Гинрад отправился по левой. Не спеша.

Яшма понимал, что просто так догнать убийц вряд ли получится. Слишком большой разрыв по времени. Но драконье проклятие — это не только бремя, которое вынуждены нести все наследники Ларда, это еще и сила, которой в самом крайнем случае не грех и воспользоваться.

Тем паче тебя этому учили несколько лет. Учили, как найти знакомого человека в толпе незнакомцев. Как найти след собственного заклинания. Как «почувствовать» верное направление…

Это сейчас ты понимаешь — будь магическое зрение при тебе, все эти ухищрения не понадобились бы: ты просто увидел бы и врага, и путь, который он проделал.

Но Лимелия лишила тебя этой возможности. Значит, надо использовать то, что есть сейчас. Надо выбрать на конюшне пусть не самую быструю, но самую доверчивую лошадь. Ту, которая сама потянется к тебе, которую ты почувствуешь как нечто свое. Надо тихонько вывести ее на площадь и сосредоточиться на цели. Всю дорогу ты будешь не человеком, но силой — тем, что позволит лошади обрести крылья и скакать быстрее ветра. Ловить ветер, и быть ветром. Быть звездами и быть тьмой самой глухой ночной поры… быть филином, быть камнями дороги — очень ровной, прямой дороги, которая приведет тебя туда, куда ты так спешишь…

Яшма не думал о том, что сделает, когда этот человек окажется с ним лицом к лицу.

Человек, который убил всех, кто был тебе дорог. Тот, кто сжег твой дом и мог — действительно же мог! Сегодня ночью снова достать тебя.

И ты летишь. За ветром. За ночью, за звездами.

И твоя доверчивая серая лошадка сама удивляется своей прыти — и наслаждается бегом-полетом, звоном собственных нервов, ритмом сердца.

Вы с ней — часть мира. А мир вдруг обрел сознание и возжелал во что бы то ни стало догнать этого… этих двоих. Врагов двое, они разделились. Но догнать их вам ничего не стоит. Так какую же дорогу выбрать? Влево? Вправо?

Для лошадки этот вопрос не стоит. Она, не останавливаясь, минует перекресток, и летит теперь медленней — все-таки нужно догнать, а не перегнать врага.

А вот и он. Как медленно он двигается, как тяжело дышит его конь!

Яшма дает лошадке обскакать рыжего жеребца, и останавливает ее прямо на его пути.

Всадник резко пытается осадить коня, но тот встает на дыбы, и гвардейцу лишь с большим трудом удается удержаться в седле.

Но он удерживается. Даже успевает выхватить оружие. Толку? Яшма не собирался сражаться. Одно короткое движение, и жеребец вновь встает на дыбы, а всадник падает под копыта.

— Вас в Зеленом камне был полный десяток. Кроме тебя и Гинрада — кто?

Ни отступать, ни сдаваться гвардеец не собирается — бежать ему некуда, а сдаваться… сдаваться он не привык.

И потому, с невнятным криком он срывается вперед, в изначально безнадежную атаку.

Только куда ему — пешему против всадника?

Капитану Камней надоедает ждать. Сколько угодно можно убеждать себя, что прошлое осталось в прошлом. Это не так. Все что было — продолжает в нас жить, и только кажется — что в глубине сердца. Это близко — на кончике меча, на вдохе и на выдохе. Прошлое всегда хочет стать настоящим…

Но так тоже не бывает.

И тебе даже не нужно обдумывать слова и действия. Все свершается, как должно, само собой.

Сам собой воздух вокруг гвардейца становится плотным и горячим. Густым.

— Хочешь меня убить? — хрипит он, — Ну что же ты? Действуй! Ваше величество.

— Кто был с вами в Зеленом Камне?

— Это был приказ… Мы приносили присягу королю, и не могли не выполнить приказ… Ты сам это должен прекрасно понимать…

Воздух становится еще более густым.

— Ты трус, капитан камней! Дерись, ублюдок!..

Жаром обдает даже лицо Яшмы.

— Это был… приказ…

— Кто еще там был? Ну?

— Они… умерли… их… нет…

— Назови имена.

Гвардеец уже не в силах кричать. И он шепчет, выплевывает, выкашливает имена тех, кто когда-то принял участие в убийстве обитателей Зеленого Камня.

Через минуту все кончилось. Тело упало мешком под ноги Яшме, над трупом закружился густой неприятный дым.

Что же, одно дело сделано. Осталось еще одно. Такое же грязное.

«Я тоже немного крылья равновесия», — отстраненно подумал он. Вот только, где я не должен ошибиться? Неужели же — именно здесь?

Нет. Решение принято, и отступать некуда. Чем бы все эти ночные скачки ни обернулись завтра, сегодня ты не король, а капитан Яшма, ты ненадолго вернулся из небытия, чтобы довести до конца неоконченное когда-то дело.

На маленькой полянке у дороги стоял стреноженный конь. Больше там никого не было… разве только вросшая в землю избушка с давно рухнувшей крышей.

От поворота полковник отъехал совсем недалеко. Он не спешил, но куда он делся?

Яшма сощурился, вглядываясь во тьму. Спешился. На всякий случай, потешаясь над собой внутренне, но все же следуя традиции каменного отряда, накинул защиту против магии — на себя и животных.

Кроме избушки идти было некуда. Значит, искать беглеца нужно там.

Дверь была сорвана с петель и стояла, прислоненная к стене. А в дверном проеме, на пороге, сидел полковник Гинрад.

Увидел Яшму, поднялся. Молча.

Под тяжелым взглядом капитана Камней полковник вышел на поляну. Посмотрел в огромное звездное небо.

— Ждете, что буду оправдываться, ваше величество? Не дождетесь. Видите ли… вашему брату я обязан всем. Титулом, деньгами, положением в обществе. Я только что стал полковником гвардии — самый молодой гвардейский полковник во всех Низинах. Я собирался жениться на одной из лучших невест Ихарны. И мне был отдан приказ — да, неприятный, да, я понимал, что мне придется убивать мирных, ни в чем не повинных людей. Но на другой чаше весов было все, что я перечислил раньше. Не выполнив приказ, я лишился бы этого. Уверен, что вы на моем месте тоже не стали бы сомневаться. Кто знал, капитан камней Яшма, что всего через десять лет именно вы взойдете на престол? Тогда все знали, что отряда Камней больше нет, что если кто и выжил — ушел за перевалы, не собираясь возвращаться. Насмешка судьбы.

Голос звучал отстраненно, а взгляд Гинрада все так же был направлен в небо.

Яшма кивнул в знак того, что услышал объяснения.

— Жене не говорите. Она ничего не знала.

Все? Яшма отвернулся и быстро пошел в сторону оставленной лошади. За его спиной вспухло ослепительно белое пламя, мгновенно превратив мир в неумелый, грубо исполненный офорт.

Угас магический огонь так же внезапно, как и появился.

Как ни старались Камни, а слухи все же сбежали за пределы дворца. Ихарна гудела. Из уст в уста передавалась правдивейшая история, что в собственной спальне жестоко убили семейство Диньяр, их слуг и гостей, и чуть было не добрались до самого короля.