Лучик в академии (СИ) - Стрижова Ольга - Страница 64

— За это ответишь, - и стал раздвигать мне ноги.

От безысходности я вылетела в астрал и зависла сверху. Не хотелось ничего чувствовать. Трасторн осознал, что я перестала дергаться и выдал философскую фигню:

— Вот стерва! Кто бы мог подумать, что сила в слабости? — поулыбался в потолок, и вякнул: — А я не щепетилен! — После чего захохотал, запрокинув голову.

Не думая о фиоритовых камнях на шее, я бросила к телу зелёные линии и уплотнила их.  И у меня получилось!

Просмеявшись, лорд вернулся к моим ногам, но не смог до них дотронуться, напоровшись на щит.

Я рассмеялась и закружилась в воздухе. Вот и решение!

— Ну ладно, раз не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. — Выдал он, соскочил с кровати, запахнул халат и вышел из комнаты. Я полетела следом.

Как и думала, это оказался отцовский замок. Вернее, как бы, мой. Ага, стопицот раз. Эти белоснежные мраморные стены и крутые ступени ни с чем не перепутаешь.

Лорд спускался в подвал.

Даже в бестелесном состоянии мне было страшно лететь туда. Но делать нечего — нужно добывать информацию.

Трасторн спустился и вышел к охране. Те вытянулись по стойке смирно, словно он при полном обмундировании, а не в халате и розовых тапках. Почему-то эти розовые тапки нагоняли больше всего ужаса при взгляде на него. По ним сразу видно, что имеешь дело с сумасшедшим.

В подземелье, как и в прошлый раз, царил галдеж, звяканье и подвыванье. Бедные, бедные узники. Бедная, бедная я. Что же нам делать? Что делать мне? Ведь я вроде как хозяйка этих мест и должна нести ответственность за все происходящее. Но как?

Прода от 30.05

Лорд Трасторн вместе с двумя охранниками прошествовал в одну из ближних камер: серую коробку с низким потолком, единственной мебелью в которой был металлический шкаф в углу.  Посреди камеры сидел узник, закованный в фиоритовый ошейник, от которого тянулась длинная цепь. В пленнике я с ужасом узнала магистра факультета Создателей Вайтера гер Штраузи. У меня прямо сердце оборвалось от жалости: как не стыдно держать в таких условиях пожилого человека? Он сидел на каменном полу, опираясь спиной о стену, не реагируя на происходящее: голова его свесилась на груди, седые волосы клочковато торчали в разные стороны, глаза были закрыты, а лицо посерело.

— Тащите сюда узника из седьмой. — Велел Трасторн охранникам, а сам прошествовал к шкафу, достал оттуда странные большие перчатки с иголками на ладонях и надел их на руки.

Охранники спустя несколько минут втащили упирающегося мужчину. На бедолаге болталась одежда, словно его давно морили голодом.

— Нет, нет, пожалуйста, не надо! — просил он, дрожа всем телом. Те проволокли его по камере дальше и поставили перед своим начальством.

Мне вдруг стало так тревожно за этого незнакомца, не хотелось смотреть на весь этот беспредел. Но я должна была узнать, чем в моем имении занимается самоназванный жених.

Лорд прислонил руку в перчатке к груди мужчины, и нажал ею до упора. Узник резко вдохнул и заорал. На его губах образовалась пена, глаза страшно закатились, а из груди потекла голубоватая струйка чистой магии.

Думаю, эту струйку видела только я, но остальные могли наблюдать за изменениями, происходившими с Трасторном. Он весь словно завибрировал, засветился магией и блаженно оскалился.

Охранники отпустили пленника и тот упал на каменный пол безо всяких признаков жизни. Глава тайной канцелярии махнул охране, те подошли к магистру и приподняли его за локти. Преподаватель очнулся, приоткрыв голубые глаза, и хриплым голосом, спросил:

— Всё экспериментируешь? Так и не придумал как настоящим магом стать?

Трасторн осклабился:

— Ну почему же не придумал? Твоя любимая ученица у меня. Артачится немножко, но я и не таких ломал. Так что, быть мне магом. А сейчас ещё добавлю ей мотивации. — С этими словами Трасторн вдавил перчатку в грудь магистра. Тот стал терять краски на глазах, его кожа морщилась, глаза западали, за тридцать секунд его тело усохло сантиметров на пять в ширину. Он беззвучно открывал рот, словно пытался вдохнуть, но не мог. Я заметалась по камере в воздухе. Что же делать?

Внутри меня всё взбунтовалось этому произволу. Действия Трансторна показались мне настолько отвратительными, что даже будучи бестелесной, я ощутила вибрацию негатива, разлитого здесь повсюду. Все это место источало страх, жестокость, безысходность. Не думая ни о чем, я схватила за волосы Трасторна и отшвырнула его от магистра.

Тот отлетел в дальний угол, приложившись головой о шкаф. Сел и потер висок. К нему тут же бросились охранники.

Магистр прерывисто дышал. Я зависла над ним, вглядываясь в лицо. И тут он вдруг открыл глаза и слегка улыбнулся. Мне.

— И что это было? — Задал вопрос Трасторн. Охранники переглянулись и пожали плечами.

Он снова подошёл к магистру гер Штраузи.

— Продолжим, - сказал он.

Процедура повторилась заново, только теперь из струйки магии образовалась воронка-портал. Я не успела ничего сделать, меня вдруг выбросило в тело, и я очнулась на кровати.

Прода 16.06

Рядом сидела тетя с заплаканным лицом.— Привет, милая, — сказала она ломающимся голосом и залилась слезами.Меня затошнило от голода, перед глазами поплыло, во рту снова пересохло. Я потрясла головой и прокашлялась.— Ты поможешь мне освободиться? — Спросила, вместо приветствия.Она стала кусать тонкие губы и шмыгать носом. Я глубоко вздохнула и выдохнула в сторону, подняв глаза к потолку.— Прости, — прошептала она еле слышно.— Почему Трасторн хозяйничает здесь, как дома? — Перешла в наступление я. Меня давно мучал этот вопрос.— Он забрал Эйранса, — промямлила она под нос.— Что?! Что он сделал? Как ты это позволила? — Внутри меня заклокотало от ярости.— Ты не знаешь всего… — Она всхлипнула.— Ну так расскажи мне… всё! — Последнее слово мне хотелось проорать, но я его процедила сквозь зубы, чтобы не привлекать внимания охранников. Если они тут есть.— Я не знаю с чего начать, — она снова поджала губы и разревелась.Это вывело меня из себя: я тут сижу прикованная, а она ноет!— Ты не знаешь какое заклинание отпирает эти наручники?Она подняла осуждающие глаза.— Что?! — Не выдержала я.— Если ты сбежишь, он отыграется на Эйрансе.— А если не сбегу, он отыграется на мне! — выкрикнула я ей в лицо.Она приняла это, закрыв глаза, вздрагивая, а потом заговорила:— Мы с Ристаниэлем совершили страшное, то что порицается обществом…— Что же это такое страшное? Начала, так договаривай.— Эйрансониэль тебе не кузен, он тебе родной брат… по отцу.О-о-па. Вот так новости.— Хм, вообще-то я уже об этом и раньше догадалась. И что?— Как что? Это же неправильно! Это порицается обществом! — Тётя раскраснелась и перестала плакать, вопросительно на меня взирая.Я вознесла глаза к потолку, а потом стала выговаривать, то что накопилось. Мои губы, кажется, зажили собственной жизнью, дергаясь и кривясь:— И что? У нас такая чудная семейка, что я даже не удивлена. Если уж отец несколько лет удерживал кхшессу, ради собственных прихотей, то такая чушь, вроде инцеста, вообще — ничто, по сравнению с гибелью сотни младенцев!От моих слов тётя стала похожа на пескаря, выброшенного на берег.— От... откк… откуда ты…— Мне мама сказала! Моя мама — кхшесса!Она вытаращила глаза:— Она к тебе явилась?— Да, она мне все рассказала. И даже больше — показала, как всё было!— Хорошо, я расскажу, что знаю.Я промолчала. Она продолжила:— Ристаниэль с Октаниэлем были друзьями с детства. Меня прочили ему в невесты.— Октаниэль? Кто это? — Не поняла я.— Лорд Трасторн. Не перебивай.Я покивала головой. Точно. Как я могла забыть имя своего женишка?— Когда он узнал, что у нас с Ристаниэлем запретная любовь, то отнёсся с пониманием и я была ему благодарна. Потом он несколько раз женился, и я совсем успокоилась, принимая его дружбу, как, само собой разумеющееся. Его карьера пошла вверх. Никто не догадывался, но у него был врожденный изъян — у него не было собственной магии, ни крупицы. Обычно эльфы способны хотя бы на бытовую магию, а у него был – полный ноль. Путем экспериментов он выяснил, что на самом деле уникален, так как способен пользоваться чужой магией. У нас с Ристаниэлем родился сын. Сначала я ничего не подозревала, но оказалось, что он плохо развивается.— Подожди, ты же говорила, что Эйрансониэль был нормальным, до Земли.Лицо тети вспыхнуло, вплоть до ушей. Она стала махать на себя ладонью. А я поняла в кого такая уродилась: краснели мы одинаково.— Ристаниэль стал штудировать древние книги, пытаясь найти пути выхода. Октаниэль ему помогал, заодно пытался найти решение своей проблемы. Потом они выяснили, что решение — одно. — Она замолчала, уставившись на меня.— Поймать кхшессу? — Догадалась я.— Ну да.— Подожди, но разве лорд Трасторн не знал, что отец её всё-таки поймал?Она, выразительно глядя, помогала головой.Из-за двери звякнуло, будто кто-то уронил посуду. Тетя вздрогнула и вскочила с кровати.— Освободи меня, пожалуйста. — Попросила я снова.— Извини, не могу. Просто прими свою судьбу. Ты была рождена для жертвы.— Что? — Прошептала я, не веря. Мне показалось, что я ослышалась и ждала, что она поправится.— Что слышала. Эйрансониэлю нужна была любовь кхшессы, чтобы правильно настроились энергетические потоки в теле. Понятно, что чужая кхшесса его не полюбит. Но ему требовалась именно любовь, а не как иначе. Поэтому мы решили, что нужна родная кхшесса…Я с трудом переварила услышанное. В принципе, что-то подобное я и предполагала. И уж точно знала, что появилась на свет не по большой любви.— Тётя, Эйрансу все ещё нужна любовь родной кхшессы. И я готова ее дать. Он мне не безразличен.— Но его нет, его увел Октаниэль. — Сказав это, она снова затрясла губами.— Освободи меня. Я попробую выяснить, где он его прячет. И освобожу его.— Ничего не получится. Не тебе с ним тягаться! — Громко воскликнула она, но подошла на цыпочках, и прошептав заклинание, освободила мне руки. Потом подмигнула, подошла к стене, приложила руку к золотистому узору на обоях и открыла потайной. После этого вышла за дверь.Из тайного хода потянуло сыростью, а на ковре появилась кучка пыли. Я соскочила с кровати и растерла пыльный след ступнёй, думая, что же делать дальше. Заглянув под кровать, я нашла чьи-то шерстяные носки и натянула их на себя. Кажется, там холодно, а я в кружевах. Никакой одежды в комнате не наблюдалось. Я содрала простынь с кровати, закуталась в нее и юркнула в загадочную дверь, осторожно прикрыв её за собой.