Железное Сердце (ЛП) - Варела Нина - Страница 68

Она прищурилась. Армия определённо продолжала двигаться. С такой скоростью они достигнут границы владений правителя к наступлению ночи.

Хотелось бы надеяться, что дальше они не продвинутся.

Крайер остановилась посреди двора, не обращая внимания на взгляды и перешёптывания вокруг, взвешивая различные варианты. Стоит ли ей подождать противника на краю поместья? Или же ей встретить его на полпути?

– Крайер!

Что-то кольнуло в глубине сознания. Почему этот голос кажется ей знакомым? Она повернулась, осматривая собравшуюся толпу из людей и автомов, наблюдавших за ней со смешанным чувством страха, настороженности и любопытства. На некоторых лицах, она могла бы поклясться, было нечто похожее на благоговейный трепет.

– Крайер! – повторил голос, и на этот раз она увидела того, кто пробирался сквозь толпу в образовавшуюся вокруг неё пустоту.

Хук. Юноша, который спас её от "теней" на реке, вожак повстанцев со своей группой потерянных детей. Она почувствовала, как у неё отвисла челюсть. В последний раз, когда они виделись на берегу покрытой белыми ракушками бухты Королевы, Крайер подумала, что на этом всё, их пути больше никогда не пересекутся. Но вот он здесь, немного потрёпанный – на левом ухе у него повязка, а левый глаз сильно заплыл, – но очень даже живой, даже широко улыбающийся, каким она его помнила.

– Вы все, перестаньте таращиться и отойдите немного в сторону, – громко сказал он, махнув толпе. Затем он подошёл прямо к Крайер, совершенно не замечая серебристо-белого света, которым пульсировала её кожа. – Ещё раз здравствуй, – сказал он, небрежно отдавая ей честь. – Я надеялся застать тебя здесь, но, признаюсь, не ожидал, что ты будешь вот так сиять.

– Ты… – начала она, не зная, как закончить предложение. "Ты выжил? Я рада, что ты жив? Рада видеть тебя снова? Я думала, ты не хочешь иметь со мной ничего общего?" – Ты... надеялся найти меня?

– Да. – его улыбка погасла. – Я... мне очень жаль, что бросил тебя там.

– Я прощаю тебя, – кивнула Крайер. У неё не было времени или желания на что-то другое. – Тебе нужно было думать о своих людях. Я понимала это тогда и понимаю сейчас, – это был самый человечный поступок в мире. – В конце концов, мы оба теперь здесь, не так ли?

– Вот именно, – сказал он. – Кстати, хочу спросить: почему ты… э-э… светишься?

Она наклонилась, прекрасно осознавая, что все взгляды устремлены на них, все навострили уши, ловя каждое их слово.

– Я нашла Турмалин, Хук, – сказала она ему почти шёпотом.

Он широко раскрыл глаза, а потом открыл рот, чтобы ответить, но не смог произнести ни слова.

Крайер подождала несколько секунд, но он по-прежнему ничего не говорил.

– Хук? – спросила она, испытывая искушение помахать рукой у него перед лицом. Он действительно настолько потрясён известием о Турмалине?

Затем она поняла: он смотрит не на неё. Его взгляд был прикован к чему-то прямо за её плечом, и он по-прежнему смотрел туда, едва дыша.

Крайер обернулась и проследила за его взглядом. На краю толпы стояла девушка с золотистыми волосами. Она была высокая, статная, изящная. В последний раз, когда Крайер видела её, она лежали в фургоне лекаря, больше похожая на труп или скелет – измождённая и ужасная, с глубоко впавшими глазами. Она вспомнила её руки, забинтованные от запястья до локтя.

Её лицо было зеркальным отражением лица Хука – тот же бездыханный, беспомощный шок.

Затем…

– Я убью тебя к чёртовой матери! – крикнул Хук и бросился к ней. У Крайер даже не было времени встревожиться, когда Хук практически бросился на золотоволосую девушку, обеими руками вцепился ей в рубашку и притянул к себе, пока они не оказались нос к носу. – Я убью тебя! – повторил он почти бессвязно, почти неразборчиво, отчего девушка сильно вздрогнула, а затем они обнялись, и он положил голову ей на грудь. – Я убью тебя, Эррен! Ты задница, ты конченная грёбаная скотина! Клянусь всеми десятью тысячами богов, я убью тебя, я ненавижу тебя! Ты хоть представляешь... ты представляешь...

Эррен.

"Эррен была одной из тысяч, – говорил раньше Хук Крайер. – Чтобы найти её… спасти её… я бы рискнул попасть в ловушку. Я бы рискнул чем угодно".

"Понимаю," – ответила тогда Крайер.

– Мне жаль, – ошеломлённо произнесла Эррен, даже не пытаясь защититься. – Мне жаль. Я знаю, мне очень жаль.

– Ничего ты не знаешь, – огрызнулся Хук.

– Ты прав. Не знаю, но мне жаль.

– Наверное, ты первый раз признаешь правоту кого-то другого, – сказал Хук, а затем: – Ненавижу тебя. Никогда не прощу тебя, ни в этой жизни, ни в следующей, – а затем он приподнялся на цыпочки, взял лицо Эррен в ладони и прижался к её лбу, а потом к губам.

Крайер отвернулась, совершенно уверенная, что ей не следует за этим наблюдать, но тут же увидела другое знакомое лицо.

– Здравствуйте, леди Крайер, – сказала Фэй.

– Ты жива! – ошеломлённо воскликнула Крайер.

В последний раз, когда она видела Фэй, судомойку обступили гвардейцы правителя после того, как та помогла Крайер сбежать. Она надеялась, что Фэй не наказали смертью, но Эзод не отличался милосердием. Крайер опасалась худшего. Однако Фэй была жива, стояла перед ней, одетая не в форму судомойки, а в жёлтое платье, которое Крайер узнала по собственному гардеробу.

И, как мотыльки на свет фонаря, они продолжали прилетать. Мгновением позже сквозь толпу пробилась Бри. Она бросила взгляд на Хука и Эррен, которые перестали целоваться и теперь так крепко обнимали друг друга, что Крайер не могла сказать, где кончался один и начиналась другая, и разразилась длинной чередой ругательств, некоторые на языках, неизвестных даже Крайер. Затем Бри вытащила Эррен из объятий Хука и заключила в свои, а Фэй сказала:

– Ты!

Крайер повернулась и увидела Динару. Крайер знала, что Динару и других повстанцев спасли из Железного Сердца, но у неё не было возможности обменяться с ней более чем парой слов во время путешествия на восток.

Крайер перевела взгляд с Фэй на Динару, захваченная врасплох:

– Вы знакомы?

Динара помотала головой, а Фэй кивнула:

– По чернилам и ниткам, – сказала она, но не стала ничего объяснять.

– Крайер, – Динара подошла к ней, – что ты собираешься делать?

– У меня был тот же вопрос, – раздался голос Хука, и он подошёл к ней, держась за руку с Эррен.

Бри тоже подошла, хотя по-прежнему смотрела на Крайер с нескрываемым недоверием. И вот так Крайер оказалась перед этой пятёркой: Хуком, Фэй, Динарой, Бри, Эррен – и они смотрели на неё в ожидании.

– Я хочу найти Кинока, – сказала Крайер, стараясь, чтобы её голос не дрожал. Ей очень хотелось, чтобы здесь была Эйла. С Эйлой всё было проще. – Хочу остановить его.

– Что, одна? – спросил Хук. – Тебя убьют.

– Кинок не убьёт меня, – сказала Крайер. – По крайней мере, пока.

Она обвела взглядом их маленький кружок, переглянувшись с каждым по очереди.

– Пора всё это прекращать, – сказала она, пытаясь казаться храбрее и увереннее, чем была на самом деле. – Только мне это под силу. Только у меня есть хоть какой-то шанс переубедить его последователей.

– Ты с ума сошла? – спросила Бри. Значит, она совсем не изменилась. – Что, ты просто собираешься подойти прямо к его армии и сказать: "Отведите меня к Киноку?"

Крайер на секунду задумалась:

– Да.

– Честно говоря, она просто светится, – пробормотал Хук.

– Это не слишком хорошая затея, – сказала Динара. – Даже если тебя не убьют на месте, кто может поручиться, что тебя просто не вырубят и не доставят к Киноку в кандалах?

– Я знаю, как заставить их выслушать меня, – заверила Крайер, молча молясь, чтобы это было правдой. – Пожалуйста, доверьтесь мне. Я должна это сделать сама.

– Ты не понимаешь, – сказала Эррен, впервые заговорив.

Хук повернулся к ней:

– Эррен, даже не думай об этом.

– Тебе не обязательно делать это в одиночку, – сказала Эррен. – Я не буду пытаться отговорить тебя. На твоём месте я поступила бы так же; я бы сделала всё, чего бы это ни стоило. Но ты ошибаешься. Тебе не обязательно идти одной, – Эррен поймала выражение её лица и фыркнула. – Послушай, я тебя не знаю, и мне чертовски не нравится твой отец, но ты спасла мне жизнь. Я знаю, что вы с Эйлой велели гвардейцам Джунн вернуться за мной и остальными. Если бы не ты, я была бы сейчас мертва. Или, что ещё хуже, я была бы ещё жива – там, в той комнате. Итак, я иду с тобой.