Железное Сердце (ЛП) - Варела Нина - Страница 46

– Моим?

Значит, время пришло рассказать всё. Если Крайер хочет узнать её, она должна узнать это первой.

– Я родом из деревни на севере, – начала Эйла. Казалось невозможным рассказывать ей эту историю спустя столько лет. – Когда мне было 9, люди правителя Эзода совершили нападение на мою деревню и сожгли её дотла. Почти всех убили, включая моих родителей. Я была одной из немногих выживших.

Крайер сидела очень тихо и не дышала.

– После мне удалось спуститься по побережью в деревню Калла-ден. Но я умирала от голода и слабости, а стояла зима. Я потеряла сознание на улице и уже умирала. Я бы и умерла, но меня кое-кто нашёл. Её звали Роуэн, – она прерывисто вздохнула, собираясь с силами против наплыва воспоминаний, которые сопровождали это имя. – Она поселила меня у себя. Она часто так делала – находила потерявшихся детей, спасала их, пускала в свой дом. Бенджи, мой вихрастый друг, вырос там вместе со мной. Именно Роуэн нашла нам работу во дворце правителя – по моей просьбе, – она поймала взгляд Крайер. – Почему я хотела работать на того, кто убил моих родителей?

Крайер молчала. Её взгляд не отрывался от лица Эйлы.

– Потому что мне хотелось отомстить, – ответила Эйла, возвращая ей пристальный взгляд. Она посмотрит Крайер в глаза и не отвернётся, не отведёт взгляд. – Мне хотелось сделать с ним то, что он сделал со мной. Я хотела найти то, что для него самое важное, и убить это.

– Так вот в чём дело, – сказала Крайер срывающимся голосом. – Вот почему ты… той ночью. Это было не просто для того, чтобы включить мой сигнал. О, боги! – она сделала паузу, смущение пробилось сквозь ужас. – Но… когда мы встретились в первый раз, ты спасла мне жизнь. Почему?

– Я задавала себе этот вопрос бесчисленное количество раз, – тихо сказала Эйла. – И... я не знаю. Я ненавидела тебя тогда, правда. Может быть, всё произошло инстинктивно, может быть, это было... боги, я не знаю. Я не могла позволить тебе умереть той ночью на утёсах, и не смогла убить тебя потом. Я думала, что смогу. Я думала... После смерти Роуэн, я думала, что гнева и горя будет достаточно, но этого оказалось мало. Теперь я это знаю. Даже если бы ты не проснулась, я бы убежала.

– Почему? – шёпотом повторила Крайер. – Почему ты не смогла этого сделать?

Потому что. Потому что. Потому что.

– По тысяче причин, – сказала Эйла. Она снова потянулась к руке Крайер и взяла её в свои ладони. – Некоторые я по-прежнему пытаюсь осознать. Но… в конце концов ... Ах, чёрт. Хочешь узнать что-то неловкое?

– Неловкое?

– Для меня, – уточнила Эйла. – Ты должна понять: я так долго хотела отомстить. Семь лет желать этого, семь лет мечтать об этом, семь лет обещать себе: "Я отомщу за них, я заставлю его пожалеть, я заставлю его страдать..." И в конце концов... Наверное, у меня просто нет сил. Вот от этого и неловко – это нечто унизительное, ужасное, непонятное. Я никогда не смогу этого сделать. Даже если бы в той постели лежала не ты, даже если бы ты была точь-в-точь как твой отец, даже если бы ты была жестоким чудовищем и всем остальным, чего я от тебя ожидала, я не смогла бы убить тебя, – её глаза горели. – Я трусиха, слабачка.

– Ты не трусиха, – тут же ответила Крайер, – и никогда ей не была. Сила не измеряется способностью причинять вред.

– Роуэн была частью Сопротивления, – продолжала Эйла, едва слыша её. – Она была лидером, бойцом, она хотела, чтобы ваш Вид исчез или, по крайней мере, не управлял нами. Она хотела освободить нас. И она делала то, чего не хотела делать. Она стала тем, кем не хотела становиться, или – тем, кем она не должна была становиться. Ради нас, ради общего блага, ради будущего моего народа. И я должна была убить тебя, я должна была хотеть убить тебя, но я не смогла этого сделать. Наша операция той ночью провалилась из-за меня. Я всё испортила.

– И всё же я не считаю, что от этого тебя можно считать слабой, – сказала Крайер. – И я говорю это не только потому, что была на другом конце твоего ножа.

Эйла помотала головой, смаргивая слезы:

– Я… я не могу с тобой согласиться. Может быть, когда-нибудь, но не сейчас.

– Тогда я буду ждать этого "когда-нибудь", – сказала Крайер.

Я хочу узнать тебя поближе.

Мысль была ясной и яркой, как звёздный свет.

Я тоже хочу узнать тебя поближе.

Той ночью они спали в одной постели. Крайер заснула почти сразу или, по крайней мере, хорошо притворялась, но Эйле не спалось несколько часов. Она прислушивалась к медленному, ровному дыханию Крайер рядом с собой, на расстоянии меньше вытянутой руки. Если бы Эйла была храброй, она бы придвинулась поближе. Она бы подползла, уткнулась лицом во впадинку на шее Крайер, вдохнула её запах, обняла за талию и обвила её ноги своими под одеялами. Если бы она была храброй...

Но она не была храброй. Она лежала на своей половине кровати, на своей подушке. Когда она всё-таки заснула, сон был прерывистым, и её мучили дикие, ужасные кошмары: Эйле снились лица матери, отца, Сторми, все их лица сливались, как тающий воск, их пожирало зелёное пламя, потом огонь превратился в морскую воду, пенящийся, бурлящий водоворот, ряды крошечных деревянных хижин, разбитых волнами вдребезги и засосанных всё ниже и ниже на дно моря. Эйле снилась королева Джунн, окровавленные мечи, война – легионы изголодавшихся людей, похожих на скелеты, против батальона автомов в сверкающих серебряных доспехах, похожих на расплавленный лунный свет и лёд. Ей снилось Железное Сердце, и в её снах оно было похоже на огромную пещеру, зияющую пасть, настолько тёмную, будто это дыра, проходящая через всю вселенную насквозь. Пока она смотрела, темнота, казалось, пришла в движение. Сначала ожили тени, вырывающиеся из входа в пещеру, затем это снова было пламя, на этот раз чёрное, поглощающее свет. Оно лизало ей лодыжки, одежду, плоть, горячо, слишком горячо, ей было так горячо, что хотелось кричать – она попыталась убежать и обнаружила, что не может пошевелиться. Пламя теперь было ярко-красным, скорее жидким, чем огненным – земля качнулась под ногами Эйлы, и она заскользила по скользкому, илистому берегу к бурлящей внизу реке, но вода была красной, именно красной, и было что-то ещё не так, текстура была не та, она не была похожа на воду, она была похожа на...

Кровь.

Эйла резко проснулась, не успев упасть в реку крови. Она сбросила одеяла и лежала, пытаясь отдышаться, беспокоясь, что её может стошнить. Небо за окнами по-прежнему было чёрным.

До рассвета было ещё далеко.

14

Они покинули поместье леди Ширы на следующее утро с мешком сердечника и указаниями, как добраться до охотничьих угодий на западе, где, по словам Ширы, она видела сизый дым, поднимающийся над деревьями. Если пройти две лиги на запад, они придут к подножию гор Адерос. Именно туда направлялся Кинок, так что именно туда они и отправятся. Поначалу было легко идти по кустарнику и жёлтой траве. Затем начали подниматься холмы, поросшие лесом и более скалистые, чем те, что доводилось видеть Крайер во время своего путешествия из дворца Эзода в южные поместья, к озеру Тея.

Деревья здесь были не такими высокими, как на востоке, у реки Мерра. В основном это были рощицы костистых берёз, голых зимой. Крайер шла впереди, прислушиваясь к любой опасности, и вместе с Эйлой они направились к подножию холмов, обходя валуны и густые заросли молодых деревьев. Прошло несколько часов, но никаких признаков чего-либо необычного, чего-либо, связанного с сизым дымом, не было. Они шли пешком с раннего утра, и, судя по положению солнца, сейчас была уже середина дня. Крайер не спускала глаз с Эйлы. Они миновали пару горных ручьёв, так что Эйла смогла вдоволь напиться воды, однако она ничего не ела со вчерашнего вечера.

Наконец, как раз в тот момент, когда Крайер собиралась предложить остановиться и поискать укрытие, они обнаружили просвет в деревьях, поляну, окружённую молодыми берёзками. Повсюду были следы человеческого лагеря. Судя по всему, лагерь забросили совсем недавно. Люди пытались скрыть свои следы – бледный пепел от костра разбросали по краю поляны, намеренно смешали с грязью, а вокруг разбросали кучи опавших листьев, чтобы скрыть отпечатки ботинок или копыт. Но Крайер чувствовала запах этого пепла, резкий запах на языке, смешанный с приглушёнными запахами земли и разложения, и более того, она чувствовала... что-то ещё, что-то более сильное, похожее на озоновый щелчок пороховой бомбы, но другое.