(Не) Пара для генерала драконов (СИ) - Ладная Валентина - Страница 32

Вот уж ревнивица.

— Ты моя душа, Бетрина, мое продолжение или начало. Я чувствую тебя всем сердцем, ты не мой друг. Ты и есть я.

Она милостиво меня лизнула, прощая мысли по поводу кота, и снова легла досматривать сны, где царствовал черный дракон. Я ей не мешала. Знала, что она по нему тоскует, но и помочь ничем не могла. Не сейчас, когда с хозяином дракона не получалось даже поговорить, не то что дружить.

Быстро поднялась, не спеша умылась и, выбрав домашнее платье глубокого синего цвета, решила спуститься вниз.

Утро было ранним, но, несмотря на это, огромный дом уже жил своей жизнью. Вокруг бегали слуги. Увидев меня, они замирали в приветственном поклоне, чтобы через мгновение упорхнуть, продолжая выполнять множественные поручения, которые негромким голосом раздавала Грета. Ее я встретила на втором этаже. Она руководила двумя молоденькими служанками. Я совсем не запомнила их лица. Видимо, девушки не оставались здесь ночевать, как остальные, предпочитая засыпать за пределами этого дома. Их ловкие руки до зеркального блеска натирали мраморный пол. Но Грету все не устраивало. Она то и дело поправляла, тыкала пальцем в невидимую грязь, бесконечно ворча и ругаясь на бедных девушек.

Вот уж командир в юбке.

Проходя мимо, я сочувственно подмигнула девушкам и скромно пожелала доброго утра.

Они, пряча улыбки, перекинулись друг с другом озорными взглядами, но сразу присмирели, еще усерднее зашевелив руками, когда наткнулись на строгий взгляд Греты.

Грета, подперев руками бока, недовольная всем и всеми, чуть спокойнее обратилась ко мне:

— Госпожа. Завтрак уже накрыт. Вы можете пройти в столовую комнату.

Я кивнула.

— Благодарю.

Настроение было отличным, я даже забыла, когда в последний раз чувствовала себя... счастливой?

Но счастье оказалось недолгим. Спустившись вниз, я наткнулась на ту самую девушку, которая вчера всем своим видом демонстрировала по отношению ко мне неприязнь.

В темной униформе на довольно аппетитных формах. Она знала, что хороша собой, поэтому и смотрела на меня с неприкрытой ненавистью. Ни уважения, ни почтения... ничего. Словно она тут хозяйка, а я, самозванка, посмела занять ее место.

Стараясь не обращать на нее внимания, направилась в столовую.

Девушка расставляла вазы со свежими цветами и подливала в длинные сосуды воду. Вот пусть занимается своим делом.

Проходя мимо нее, я, не чувствуя подвоха, вдруг ощутила небольшой толчок в бок. Взмах ее руки, и кувшин с водой опрокидывается на меня, оставляя огромное пятно на моем платье.

— Ой, какая вы неуклюжая.

Я в полном шоке, закипая внутри, стараясь сдержать еще и Бетрину, которая скребла грудную клетку, требуя немедленно наказать нахалку, прекрасно понимала, что та сделала это специально. Уже было открыла рот, чтобы высказать все, что я думаю о ней, но осеклась.

Ее глаза поражали силой ненависти и злости. А еще ревности. Она просто была влюблена в моего мужа и, конечно, ослеплена этой любовью. Мне хотелось ей кричать, что она глупая. Он перешагнет через тебя и даже имени твоего не вспомнит. Но объяснять ничего не стала. Она не поймет. Не сейчас. Бесполезно что-то доказывать ей. Любовь, к сожалению, слепа. Поэтому молча развернулась и пошла наверх, чтобы переодеть мокрое платье и наконец уже поесть, если, конечно, мне это удастся.

Но, сделав несколько стремительных шагов, врезалась в чью-то грудь, столбенея от знакомого до глубины души запаха.

Веррион.

С наслаждением закрыла глаза, делая глубокий, очень глубокий вздох, лишь бы полностью наполниться им... Бетрина заурчала от удовольствия. Но он, взяв меня за плечи, с нажимом отодвинул от себя. Окинул ледяным взглядом, замораживая кожу, заставляя в прямом смысле стынуть кровь в моих тонких жилах, и остановился на огромном пятне, которое некрасивой кляксой выделялось на моем платье.

А дальше как во сне. Его рука, задвигающая меня за его спину. Тело тряхануло от его прикосновений и покрылось жгучими мурашками.

Давящая сильная аура.

Даже я притихла, во все глаза следя за девушкой, стоящей напротив черного дракона.

Ее глаза, наполненные превосходством... с каждой секундой блекли. В них угасала жизнь и, корчась в конвульсиях, подыхала надежда. Я могла представить, что она сейчас чувствовала, и мне искренне по-женски было ее жаль. Правда. Она вся словно сдулась, сгорбилась, как старая женщина, и, неловко кивнув, собралась уходить.

— Стоять!

Его голос, сильный и бескомпромиссный, пригвоздил ее к полу. Она застыла, нелепо моргая длинными ресницами.

— Ты ничего не забыла?

Она покачала головой.

Глупая. Какая же ты глупая. Лучше смирись. Что бы он тебе ни обещал, лучше выкинуть это из своей головы и продолжить жить дальше. Вслух, конечно, я это не сказала, продолжая наблюдать за удручающей картиной.

Девушка поджала свои вишневые губы, едва сдерживая слезы.

Я видела, насколько ей больно, но помочь ничем не могла.

— Ты должна извиниться перед своей госпожой. Реще. Не стой. Ты и так отнимаешь много времени.

Она кивнула. И тихо прошептала:

— Извините.

Я досадно поморщилась. С ним такое не пройдет.

И правда. Его тело напряглось и стало еще тверже.

— Я не слышу тебя! Или мне выгнать тебя на улицу? Чтобы ты вспомнила, откуда пришла и кем была до.

Она быстро затрясла головой и, уже не сдерживая рыданий, посмотрела на меня и громко, практически выкрикивая каждое слово, сказала:

— Простите, госпожа, такого больше не повторится!

Он удовлетворенно расслабился.

— Свободна.

И не дожидаясь, когда она уйдет, развернулся ко мне, заставляя уже меня от неожиданности сделать несколько шагов назад.

Ему это не понравилось. Он дотянулся до моего локтя и, с раздражением схватив, потянул меня на себя. Я уперлась в его грудь, выставляя руки вперед. Он тяжело дышал. Я чувствовала под своими ладонями его литую грудь, поражаясь, как быстро стучит его сердце.

Что ему надо от меня?

Он наклонился, касаясь губами уха, и, зло шипя, прошептал:

— Ты такая жалкая, что не способна даже дать отпор какой-то служанке. Совсем не пара для черного дракона, который не знает, что такое страх. Но прекрасно осознает, что такое честь, Дара.

И отпустил, увеличивая между нами дистанцию. Оборачиваться не стал, ушел, громко хлопая входной дверью.

Меня всю трясло. Всю. Обхватив себя руками, я пылала от негодования и обиды. А еще от осознания того, как легко ему удается ломать чужие судьбы.

Не хочу его любви! Она только убивает! Не хочу его любить, зная, какой он на самом деле! Он не достоин моей любви... Не достоин моего тела. Но где найти в себе силы противостоять ему, пока не знала. Но пообещала себе, что обязательно справлюсь. Любой ценой выстою, но не дам себя сломать...

Глава 35

Во мне, заполняя до краев, плескалась обида. Она дрожала на кончиках ресниц, хрусталем падая вниз по горячей коже. Да, я плакала. Плакала и злилась. На себя. За те чувства, что просыпались рядом с ним. Чувства, которые, как бы я ни старалась, как бы ни претила самой себе, не могла запереть в пылающем сердце.

Находясь в неком опустошении, я как-то заставила себя подняться в свою комнату и переодеться. Каждый шаг давался с трудом. У меня разом закончились силы, будто и не было ночи отдыха и того настроения, с которым я проснулась с утра.

Не глядя, равнодушно выбрала другое платье и, немного посидев на краю кровати, вдоволь поплакав, все-таки нашла в себе силы встать. Пальцы слушались плохо. Я еле-еле натянула длинное широко расходящееся внизу платье и, ополоснув от соленой влаги лицо, спустилась вниз. Снова.

Не придумав ничего более ободряющего, чтобы хоть немного поднять себе настроение, решила прогуляться по дому.

Дом поражал своими размерами.

И на удивление, вспоминая свое первое довольно мрачное впечатление, дом мне понравился. Да, темный, немного хмурый, но настолько теплый. Я чувствовала его сердцевину, прикасаясь пальцами к гладким или шероховатым стенам. Он, откликаясь на мои прикосновения, вибрировал под ладонью, вызывая ответную дрожь. Так, обходя комнату за комнатой, не обращая внимания на пробегающих мимо слуг, я поймала себя на том, что улыбаюсь. Я перестала ощущать груз от довлеющих надо мной эмоций. Да и Бетрина, радуясь новому гнезду, разбавила мою жизнь светлыми красками, заставляя не опускать руки и продолжать бороться за свое счастье.