(Не) Пара для генерала драконов (СИ) - Ладная Валентина - Страница 20

А когда она заговорила, сбивчиво, то и дело утирая слезы...

— Откажись от него. Умоляю. Мы любим друг друга. Он сделал мне предложение. Мой генерал, мой Веррион. Я умру без него… ну хочешь, я встану перед тобой на колени. Ты не нужна ему, его заставили.

Кричала она на эмоциях, махая рукой, цепляясь за грудь...

Дальше я не слышала... не могла слышать, ее голос заглушало мое грохочущее от боли сердце, а еще резкий звук падающей на пол подвески... вдребезги…

Я вдребезги... с оголенной, разорванной в клочья душой... но на удивление ясной головой.

Глава 21

Находясь в неком ступоре, я все смотрела и смотрела на девушку, но как-то сквозь нее, избегая встречаться с ней взглядом.

И только ее плач, отчаянный, с надрывом, приводил в себя, вытаскивая на поверхность ненужные и такие болезненные эмоции.

Мне становилось жалко ее и очень стыдно за себя.

Не она, а я стояла сейчас в этом чертовом платье и собиралась замуж за чужого любимого.

Заткнув ладонями уши, я как могла пыталась заглушить муки совести.

Прекрати, пожалуйста! Хватит!

Но ее истерика лишь набирала обороты, заставляя мое тело вытягиваться в тонкую звенящую струну, болезненно натягивая кожу и сухожилия.

Мне казалось, что хватило бы и легкого касания, чтобы моя выдержка лопнула и разлетелась в разные стороны.

Я узнала ее. А как же иначе. Именно с ней меня перепутал генерал.

Глупо и растерянно улыбнулась, думая, как оправдаться, как утешить ту, которой мне не повезло перейти дорогу.

Но слова застряли в горле.

Зачем эта истинность, когда так... так больно, обеим больно.

Ведь девушка... все в ней так, как надо... и эти глаза с поволокою, которые не портили даже слезы, алые пухлые губы, искаженные гримасой печали и боли.

Теряясь в мыслях, перевела взгляд на ее красное платье, кровью растекающееся на светлом полу.

Я отступила назад, боясь испачкаться в ее совершенстве.

Как символично.

Ведь красное драконы надевают лишь на похороны, провожая своих любимых в последний путь.

— Отпусти его... умоляю!

Набрав побольше воздуха, уже зная, что отвечу, я так и осталась стоять с приоткрытым ртом.

Не успела!

Дверь резко отворилась. На пороге, грозно сверкая глазами, появился император.

Переводя взгляд то на нее, то на него, я ждала, что будет дальше.

Девушка, заметив, кто именно прервал нашу «милую» беседу, как-то сразу поникла и, неуклюже поднявшись, нетвердой походкой вышла из комнаты, стараясь больше не встречаться со мной взглядом.

Не выдержав такого напряжения, закрыла глаза, чувствуя, как моя драконица стучится в мои ребра.

Все нормально, Бетрина.

Все нормально!

Меня тряхнули за плечи.

Император.

Я, нехотя выбираясь из своей раковины, затравленно посмотрела на него.

— Зачем?

Взгляд императора потемнел.

Он с такой силой сжал мои плечи.

Что я не выдержала и вскрикнула от боли.

— Даже не думай!

А дальше уже спокойнее.

— Не воспринимай близко к сердцу слова этой вертихвостки. Ты сейчас возьмешь себя в руки и сделаешь то, что от тебя требуется!

Я отрицательно покачала головой, из последних сил стараясь не расплакаться.

— Кем требуется?

Император на секунду застыл, а потом мягко, словно не он тряс меня как куклу пару секунд назад, пояснил.

— Матерью драконов. Это она соединила ваши судьбы.

Вытерев одинокую слезу с моей щеки, он подал руку, сгибая ее в локте.

Я, помедлив, стараясь не думать, как мне сейчас вести себя на церемонии, схватилась за его рукав.

Он одобряюще кивнул и опустил взгляд на грудь.

— А где подвеска?

Я в растерянности огляделась, обнаруживая ее на полу.

— Упала, когда... когда она пришла.

Он, недовольно хмурясь, поднял ее и поспешил вернуть обратно.

— А может, не стоит. Не до подарков уже сейчас.

Император ничего не сказал, молча надел, касаясь меня ледяными пальцами.

Щелк!

Замок защелкнулся. А вместе с этим звуком сначала пришло облегчение, а потом…

Эйфория…

Я не шла, я бежала к алтарю, не обращая внимания на внутреннее убранство часовни, на отсутствие гостей, лишь мои близкие пролетели мимо меня размытым пятном.

Император остался позади. Я совсем забыла о приличиях, во все глаза рассматривая своего суженого.

Матерь драконов! Какой же он красивый.

Мои частые стремительные шаги звонко отстукивались каблуками. А я не чувствовала ног. У меня были крылья.

И уже на подходе, пьянея от собственного счастья, я неожиданно оступилась, чувствуя сильную боль... Моя метка на животе разгорелась, а Бетрина, про которую я, честно говоря, и не вспоминала, закрутилась, кусая изнутри и рыча.

Замедлив шаг, остановилась, прислушиваясь к своим ощущениям.

Что здесь происходит...

Но тяжесть на шее... и снова полет. Меня растягивало изнутри, шатало в разные стороны.

Я задыхалась... от...

Непослушными руками нащупала застежку и наконец сняла колье.

Отыскав глазами императора, уверенно вернулась назад, протягивая ему руку. И чтобы не поднимать шум, одними глазами попросила взять эту ужасающую вещь обратно.

Император зло оскалился... но спорить не стал.

Взял.

А я повернулась к алтарю, ловя на себе растерянные взгляды родных.

Ничего не буду объяснять.

Никто не поверит в то, что хотел сделать император.

Бетрина успокоилась. А я без подвески снова вернула себе себя и теперь могла дойти до конца. Туда, где в свете множества свечей и цветов под белоснежной аркой без единой эмоции стоял Веррион, равнодушно глядя в пустоту.

На меня!

Глава 22

Каждый шаг — кинжал, оставляющий засечки на сердце.

Оно заходилось, превращаясь в окровавленный, изуродованный бесконечными тяготами кусок мяса.

Мне казалось, что я чувствовала солоноватый привкус металла во рту.

Ужасно хотелось сплюнуть и испачкать этот приторный до невыносимости день.

Меня тошнило от всего, что сейчас происходило... и выхода не найти... не протиснуться сквозь ложь и... я посмотрела на генерала... боль.

Как же больно!

Бетрина скулила, обескураженная моим душевным состоянием, но попыток выбраться на свободу не предпринимала, давая право самостоятельно справиться со своими чувствами.

И я была ей благодарна. Очень.

Бедная моя девочка, такая вот тебе досталась бедовая хозяйка.

Драконица фыркнула, ластясь и нежно прикусывая.

Я грустно улыбнулась.

Знаю, что другой не нужно, и мне не надо.

А ведь попытка императора сделать меня счастливой невестой, влюбленной в своего жениха, была не такой уж плохой идеей.

Потому что сейчас я не представляла, как жить дальше.

Как принять свою судьбу и при этом остаться собой?

Ответов на эти вопросы не было...

Ничего не было... сплошная непробудная ночь, где я блуждала на ощупь и никак не могла найти выход.

Хотя выход здесь только один. И я медленно шла к нему, ловя удивленные взгляды родных.

Генерал так и стоял, никак не реагируя на мое приближение.

Он любит другую...

А я, наивная, мечтала понравиться ему в этом платье.

Зато как невыносимо нравился он.

Я злилась на реакцию своего тела, ненавидела себя за слабость, но изменить ничего не могла!

В темно-золотом камзоле, с богатой вышивкой, он смотрелся просто великолепно.

Но не это главное. Главное то, что мои чувства, настоящие чувства, успели пустить корни и болезненно плодоносили ядовитыми, разъедающими душу плодами.

Даже сейчас, когда я прекрасно осознавала, что наши встречи не иначе как спектакль, где мне была отведена главная роль... Даже тогда не могла не думать о нем, не чувствовать его...

Как же я по нему соскучилась.

До скрежета зубов, до боли в груди... скучала по дракону, которому я совершенно безразлична.