Восхождение Макара (СИ) - Дэ Алена - Страница 3

Солнце сместилось в сторону и заметно просело, а это значило, что раннее утро уже давно закончилось и сейчас началась вторая половина дня. Живот предательски заурчал. Макар опомнился и глянул на часы – два часа дня. Значит, он лезет уже 3,5 часа. Неплохо, конечно, но где же обещанная полка. Макар зафиксировал себя на оттяжке и залез в рюкзак за водой. Веревки осталось предательски мало. Он устал.

Если он не найдет полку, то у него останется два пути. Либо спускаться вниз, ночевать под скалой, а утром заново пытаться подняться выше. Но Макар знал, что утром он никуда уже не пойдет. Точно струсит и передумает.

А значит, если он не найдет полку, то у него останется только второй путь, спуститься за вещами, пока есть еще силы подняться на жумаре обратно с рюкзаком и ночевать прямо тут, на стене, не давая себе пути назад. Этот вариант ему совсем не нравился. Но он очень боялся струсить. Приняв, наконец, решение Макар двинулся снова вверх.

Из осторожности он стал часто фиксировать себя и отдыхать. Минут через сорок рука нащупала удачный выступ, а дальше была пустота. Сердце ухнуло в пятки – площадка! Оставалось надеяться, что это она, а не просто глубокая трещина в скале. Макар подтянулся на руках и заглянул за край уступа – да, это была площадка. Он рванул тело вверх и в одно мгновение оказался на ровной поверхности.

Макар огляделся. Площадка была такая маленькая, что ни о какой ночевке, да еще в палатке даже и думать не приходилось. Он точно свалится отсюда ночью. Макар открыл рюкзак, выпил воды, съел пару пирожков. Как же кстати он их купил, ну какие же они были вкусные! Сразу создалось впечатление, что он ни два пирожка съел, а навернул целую тарелку плова. Эти ощущения понравились Макару, значит он сможет растянуть их надолго. Каким же волшебным образом ему встретилась это старушка, прям фея, нет по возрасту – добрая белая ведьма.

Макар привалился спиной к стене, прикрыл глаза и дал отдых уставшим рукам. Камень был теплый, нагретый на солнце и как будто пульсировал под тяжестью спины. Макар провалился в послеполуденную дрему. Проснулся он от легких мурашек. Он замерз. Открыв глаза, Макар обнаружил, что солнце скрылось за горизонтом и последними лучами подсвечивает небо.

Плохо, как же плохо, плохо что он заснул, плохо, что уже темнеет. Конечно хорошо, что во сне он отсюда не свалился. Как же безрассудно было вот так засыпать. Что ему теперь делать? Лезть вверх и искать хорошую площадку уже нет смысла. В темноте это еще опаснее, чем днем. Спать тут – верная гибель – площадка слишком маленькая, одно неосторожное движение и он скатится вниз, ломая себе шею и все кости заодно.

Пока еще было достаточно светло Макар тщательно осмотрел место, где он сидел, привалившись к стене. Буквально в нескольких сантиметрах правее от него в стену был вбит болт. Ну конечно! Кто-то кто пробивал трассу, услужливо и тут вбил крепкий болт, к которому можно пристегнуться и спокойно спать, не боясь свалиться!

Макар действовал быстро. Свет неумолимо гас, но его еще хватало. Закрепив станцию, он начал спускаться на гри-гри и выщелкивать веревку. Это заняло времени больше, чем он ожидал, поэтому, когда ноги коснулись земли дневной свет совсем погас. Макар нашел в рюкзаке фонарик, снял станцию. Уложил все в рюкзак, достал жумар и закрепил его на веревке, застегнул страховочный карабин, закинул рюкзак за спину и начал восхождение вверх.

Жумарить было еще сложнее, двигался он медленно, тяжелый рюкзак тянул его вниз, стало совсем темно, на небе высыпали звезды. Прохладный ветер обдувал вспотевшую спину и заставлял покрываться мурашками уставшие руки. Макар лез, стиснув зубы. С каким-то маниакальным упорством он протягивал жумар выше по веревке и подтягивал на руках свое тело вверх, выпрямляя ставшие совсем деревянными ноги. Веревка все время путалась в ногах, соскальзывала и не хотела складываться петлей. Казалось, что рюкзак стальной рукой тянет его вниз и он просто стоит на месте. Но это было не так, очень медленно, но он поднимался вверх.

Наконец, когда ему уже стало казаться, что сил больше не осталось, жумар стукнулся об уступ. Огромным усилием воли Макар подтянулся и перевалился через край полки, упал на пол и лежал так несколько минут без движения. Потом аккуратно снял рюкзак, вытянул наверх всю веревку, достал из рюкзака теплые вещи, надел штаны, куртку. Зажег маленькую керосинку, налил в железную мисочку воды и приладил на огонь. Вода быстро закипела, Макар пил горячую воду и жевал сухую лапшу быстрого приготовления, посыпая ее специями.

Достал телефон – сигнала нет. Странно, конечно, но чего-то такого он и ожидал. Иначе Пашка точно отправил бы сэлфи отсюда. Макар не сомневался, что друг долез и расположился на полке гораздо раньше, чем он, ведь Пашка никогда не позволял себе заснуть, не сделав базу и привал. Макар до сих пор не понимал, как он не свалился отсюда, пока спал.

Макар крепко прикрепился к станции, накинул на себя плед, уселся в более-менее удобной позе. Вот так. Теперь можно спокойно спать. Он смотрел в черное звездное небо. А все же интересно, кто это был тот человек, который проложил тут трассу? Столько лет прошло, а болты все на месте, оттяжки висят и ни дождь, ни снег, ни палящее солнце не сделали им ровным счетом ничего. Висят, как новенькие. И за этими мыслями Макар провалился в сон.

3

Пробуждение было болезненным. Тело затекло, задубело, мышцы были скованы молочной кислотой, а мочевой пузырь настоятельно рекомендовал себя опорожнить. Не в силах противиться желаниям организма, Макар встал и сделал шаг к краю скалы. Потом размял затекшее тело. Он наклонял голову вверх, вниз, в стороны, наклонялся всем телом, приседал, махал руками. Сначала мышцы гудели и отзывались болью, но потом, постепенно кровь разгонялась по венам. Молочная кислота распадалась, молодое тело быстро восстанавливалось.

Макар достал телефон, посмотрел на экран. Все тот же значок – нет сигнала. Он вспомнил про то, что хотел сделать тут несколько фото. Утром вид открывался еще прекраснее – Сон – гора стояла на небольшом холме, поэтому все окрестные леса находились в низине, верхушки деревьев золотило солнце, а зелень была такая яркая, что дух захватывало. Макар нажал на значок камеры и ничего не произошло. Он нажал еще раз. Выключил, включил экран. Не помогало. Значок был просто неактивный. Через меню тоже не получилось вызвать приложении камеры. Ерунда какая-то.

Макар согрел воды, достал два пирожка и с аппетитом их съел, запивая горячей водой. Хотелось пить еще, но он экономил воду. Кто знает, сколько ему еще вот так ползти вверх? Макар принялся укладывать веревку в легкий рюкзак. Он сматывал ее аккуратно, следя, чтобы кольца укладывались ровно друг на друга, не мешая впоследствии вытягиванию веревки наружу.

В рюкзак отправилась и бутылка с водой. Теплые вещи сложил в походный рюкзак, оставшись в майке и шортах. День неумолимо начался, также как и восхождение Макара. Лезть было сложно. Несмотря на ранее утро, солнце уже разогрело воздух, было жарко. Вверх Макар продвигался крайне медленно. Сказывалась вчерашняя усталость.

Он часто отдыхал уже не из осторожности, а от усталости. Вчерашний подъем, ночь в неудобной позе, тяжелый рюкзак совершенно вымотали его и уже на десятой оттяжке Макару хотелось сползти вниз и остаться на нижнем уступе еще на пару дней, пока не отдохнет.

Он чувствовал такую усталость, которую давно уже не испытывал. Лезть вверх не хотелось. В голове бродили тревожные мысли. Зародились сомнения, а надо ли ему это, может все зря, а вдруг на следующем уступе, при условии, что он вообще там есть, он найдет мертвого Пашку? Что тогда? Что он скажет своему другу? Прости Пашка, что я тогда струсил и не пошел с тобой? Прости что не поддержал тебя, не подстраховал и обрек на верную гибель? Зато вот сейчас я такой хороший весь из себя, пришел за тобой, жаль, что поздно…

Отдыхая на очередной оттяжке, Макар дотронулся до бусины. Вот она – висит такая теплая, такая маленькая, такое вечное напоминание об их дружбе. Как он может так думать? Даже если и друга нет в живых – это был только его выбор, он взрослый мальчик и Макар совершенно не в ответе за его поступки, но, если Пашка погиб, совершенно негоже, чтобы его тело лежало где-то на камнях, обдуваемое всеми ветрами, омываемое дождями…. Нет, он должен двигаться дальше.