Пламя войны (СИ) - Руд Евгений - Страница 71

Наступила тишина. Килтон не двигался.

— Джефф, с точки зрения морали ты совершенно прав, — наконец заговорил он. — Нам необходимо сделать трудный, но правильный выбор, каким бы ужасным он ни казался. — Килтон подождал, пока Джефф до конца осмыслит произнесенные им слова, а потом повернул голову к Стивенсу. — Капитан?

Стивенс молча стоял у стены, внимательно глядя на Джеффа. Его большой палец постукивал по рукояти меча.

Джефф встретил взгляд старого солдата и не отвел глаз. Стивенс глубоко вздохнул и сказал:

— Килтон, мальчик прав. В этот час наш долг состоит в том, чтобы сделать то, чего хотел бы Первый лорд, — и речь не идет о его политических интересах. Гай никогда бы не бросил Беллу, после того как сам призвал ее в столицу. И сейчас мы должны ее защитить.

Губы Килтона слегка дрогнули.

— Стивенс, — умоляюще сказал он.

— Гай наверняка принял бы такое же решение, — твердо сказал Стивенс. — Есть важные вещи, Килтон. Есть вещи, о которых нельзя забывать, если мы не хотим разрушить все, что построили наши предки.

— Мы не можем принимать решения, основываясь на страсти, — с отчаянием произнес Килтон. — Слишком многое сейчас зависит от нас.

Джефф вдруг кое-что вспомнил и посмотрел на Килтона.

— Вы были его другом. Вы дружили с сэром Диосом.

Когда Килтон снова заговорил, его голос был ровным, уверенным и спокойным.

— Мы вместе служили в легионе. Потом перешли в дворцовую стражу. Он был моим другом в течение шестидесяти четырех лет. — Голос Килтона не менялся, хотя слезы потекли из его невидящих глаз. — Я знал, что она едет в столицу и что при нынешних обстоятельствах Белла не будет в безопасности во дворце. Диос защищал твою тетю, поскольку я ему доверял. Я попросил его об этом. Он умер из-за того, что я рискнул его жизнью. Но все это не меняет дела.

Джефф смотрел на него.

— Вы знали, что моя тетя здесь? Что ей может грозить опасность?

— Именно по этой причине я позаботился о том, чтобы она остановилась у сэра Диоса. — Теперь голос Килтона стал резким. — Она должна была оставаться в его особняке до тех пор, пока положение не прояснится. Там она была в безопасности. Я не представляю себе, почему она решила покинуть особняк и почему Диос ей не помешал. Вероятно, он пытался связаться со мной, но… — Он тряхнул головой. — Я не понял, что происходит, не предвидел, как могут развиваться события.

— А вдруг у нее были серьезные причины рискнуть? — тихо спросил Джефф. — Возможно, она решила, что ждать больше нельзя?

Килтон покачал головой, но ничего не ответил.

— Мальчик прав, — сказал Стивенс. — Диос был дворцовым стражем, и он всегда был неглуп. И еще он учил меня и Тони владеть мечом. Он прекрасно понимал, какому риску подвергается Белла, покидая его особняк. И если он так поступил, значит, на то имелись причины.

— Неужели ты думаешь, я этого и сам не понимаю? — спокойно спросил Килтон. — Если я позволю нам отвлечься, мы можем потерять всю Астелию. И если я проигнорирую жертву Диоса, это может означать, что мы не узнаем о неизвестной опасности, о которой он так хотел меня предупредить. Я обязан сделать выбор. И мои чувства, какими бы сильными они ни были, не должны на него повлиять. Слишком многое поставлено на карту.

Джефф посмотрел на Килтона и вдруг почувствовал не острый, как бритва, ум легата-курсора, а глубокую горечь старика, пытающегося сохранить спокойствие перед лицом надвигающегося шторма и сгибающегося под гнетом неуверенности и жестоких потерь. Килтон был немолод. Будущее всего государства сейчас покоилось на его хрупких плечах, и бремя вдруг стало невыносимо тяжелым. И сейчас его стремление руководствоваться логикой, а не чувствами при принятии решений лишило его способности двигаться дальше.

И Джефф вдруг понял, что может изменить ситуацию. Он ненавидел себя за то, что сумел найти эти слова. Он ненавидел себя уже за одно то, что собирался их произнести. Он ненавидел себя, что у него есть силы, чтобы еще раз ранить кровоточащую душу старика.

Но только так он мог помочь своей тете Белле.

— Тогда остается только один вопрос. Доверяете вы или нет решению, принятому сэром Диосом. Если нет, то нам следует предоставить Беллу ее судьбе, — тихо сказал Джефф. — И тогда смерть сэра Диоса будет напрасной.

Килтон склонил голову, словно получил удар кинжалом в живот.

Джефф заставил себя не отвести от него глаз. Он должен видеть боль, которую причинил Килтону в момент его слабости. Эта боль — тут Джефф не сомневался — заставит Килтона действовать. И долгие мгновения тишины Джеффа тошнило от гнева, направленного на себя самого.

Он увидел, как Стивенс смотрит на него, и уловил, как что-то изменилось в глазах капитана. Однако Джефф замер в полнейшей неподвижности, позволив тишине довершить начатое.

— Я не знаю, как мы можем ей помочь, — наконец хрипло сказал Килтон. — Ведь нас всего лишь трое.

— Дайте мне Адриана и Габриэль, — сразу же сказал Джефф. — Освободите их от последнего экзамена. Пусть они проведут расследование. Им совсем не обязательно знать о состоянии Гая. В конце концов, Белла моя тетя. Теперь это известно всем. И будет вполне естественным, если я обращусь к ним за помощью. И… я могу обратиться к леди Плациде. Она один из лидеров Лиги Милены. Лига заинтересована в сохранении жизни моей тети. Возможно, они будут готовы оказать помощь в ее поисках.

Седые брови Килтона сошлись у него на переносице.

— Ты ведь понимаешь, возможно, Белла уже мертва.

Джефф вздохнул. Его тактика, выбор темы и чудовищные образы, мелькавшие в сознании, ужасали. Однако он старался дышать ровно и излагать кошмарные варианты развития событий спокойным, уверенным голосом, словно речь шла о теоретических проблемах, которые разбирались на занятиях в классе.

— Логично предположить, что Белла все еще жива. Если бы убийцы, расправившиеся с сэром Диосом и Жанин, хотели ее смерти, они оставили бы ее тело рядом с ними. Однако ее увезли с места покушения. Я полагаю, кто-то намерен ее использовать в дальнейшем, не убирая полностью со сцены.

— И кто же это может быть? — спросил Килтон.

— Тот, кому выгоден союз с ней, кто нуждается в ее поддержке, — ответил Джефф. — Речь может идти о верховном лорде, который хочет найти в ее лице поддержку, а не фигуру, сброшенную с доски.

— И как, по-твоему, она поступит? — спросил Стивенс.

Джефф облизнул губы, тщательно обдумывая ответ.

— Она не слишком любит Гая, — ответил он. — Но еще хуже она относится к тем, кто организовал нападение маратов на долину Вестланд. Она скорее выдавит себе глаза, чем встанет рядом с такими людьми.

Килтон вздохнул:

— Хорошо, Джефф. Попроси Адриана и Габриэль помочь тебе, но не говори, что за этим стою я. Кроме того, тебе не следует им ничего рассказывать о Гае. Свяжись с леди Плацидой и попроси ее о помощи — впрочем, я не думаю, что она проявит особый энтузиазм. Как только ты на публике доставишь ей послание от Гая, ты всем дашь понять, что она поддерживает Первого лорда.

— А на самом деле это не так? — спросил Джефф.

— Им невыгодно кого-то поддерживать, — ответил Килтон. — Но ты можешь их вынудить. Я думаю, им это не понравится. Будь осторожен, когда встретишься с ними.

— Маэстро, у меня есть свои контакты в городе. В основном ушедшие в отставку легионеры, — проворчал Стивенс. — Среди них имеется два или три человека, которых я могу попросить поискать Беллу. Я бы хотел немедленно войти с ними в контакт.

Килтон кивнул, и Стивенс направился к двери. Он немного помедлил возле Джеффа, пристально посмотрев на юношу.

— Джефф, сказанное мной прежде…

— У вас были все основания, сэр, — спокойно сказал Джефф.

Стивенс перевел взгляд на встревоженного Килтона.

— Возможно, этого будет недостаточно.

Капитан отвесил Джеффу короткий формальный поклон и вышел из комнаты, из коридора донесся быстрый сердитый перестук его шагов.

Внутри остались Килтон, Линялый и Гай, так и не пришедший в сознание.