Пламя войны (СИ) - Руд Евгений - Страница 44

— Вороны, Макс. Это его жена!

Макс тряхнул головой и через несколько секунд снова стал похож на себя самого.

— А что еще мне оставалось делать? — сердито спросил он. — Если бы я стал с ней ругаться, она начала бы вспоминать прежние разговоры и обиды, а я бы не знал, что отвечать. Это выдало бы меня через пять минут. Единственным шансом было перехватить инициативу.

— Понятно, значит, ты перехватил инициативу? — сухо поинтересовался Джефф.

Макса передернуло, он подошел к алькову, сорвал с себя одежду Первого лорда и надел свою.

— Мне пришлось. Я должен был позаботиться о том, чтобы она не стала слишком много думать, иначе она обязательно что-нибудь заметила бы. — Он просунул голову в свою тунику. — И клянусь астелами, Джефф, если я и могу что-то делать как верховный лорд, так это поцеловать красивую женщину.

— Наверное, это правда, — не стал спорить Джефф. — Но… она же должна знать, как целуется ее собственный муж.

— Конечно, должна, — фыркнув, сказал Макс.

Джефф нахмурился и вопросительно посмотрел на Макса. Тот пожал плечами.

— Все же очевидно, разве нет? Они практически чужие люди.

— Правда? А ты откуда знаешь?

— Люди, наделенные властью, вроде Гая, имеют в своей жизни женщин двух разных типов. Политических жен и тех, кого они действительно хотят.

— С чего ты взял? — спросил Джефф.

Выражение на лице Макса стало каким-то бесцветным, словно он отправился в прошлое.

— Опыт. — Он тряхнул головой и провел рукой по волосам. — Поверь мне. Политические жены не имеют ни малейшего представления о страсти своих мужей. Вполне возможно, Гай не целовал ее со дня свадьбы.

— Правда?

— Да. И разумеется, в королевстве не найдется смельчака, который рискнул бы стать ее любовником и таким образом нажить себе врага в лице Гая. В подобной ситуации бедная женщина чувствует… ну, скажем, огорчение. Вот я им и воспользовался.

Джефф покачал головой.

— Это… как-то неправильно. Понимаешь, я могу понять политические причины, по которым заключаются браки между лордами, но… наверное, я всегда думал, что любовь между ними тоже существует.

— Аристократы не женятся по любви, Джефф. Эта роскошь дана гольдерам и свободным членам общества. — Его губы скривились в горькой гримасе. — В любом случае я все равно не знал, что еще можно сделать. И все получилось.

Джефф кивнул другу.

— Похоже на то.

Макс закончил одеваться и облизнул губы.

— Хм, Джефф. Думаю, нам не стоит никому про это рассказывать, верно? — Он смущенно посмотрел на друга. — Пожалуйста.

— Про что рассказывать? — с невинной улыбкой поинтересовался он.

Макс с облегчением выдохнул и улыбнулся ему в ответ.

— Ты отличный парень, Джефф.

— А откуда ты знаешь, что я не стану тебя шантажировать позже?

— Нет, это не в твоем характере.

Они поспешили к двери, которая вела к маленькой лестнице, уходившей в ближайшее из подземелий.

— Кстати, — сказал Макс. — А что в твоем письме от тети?

Джефф прищелкнул пальцами и помрачнел.

— Я знал, что о чем-то забыл.

Он засунул руку в карман и достал письмо от тети Беллы. Открыв, он прочитал его в свете лампы, висевшей на верхней площадке лестницы.

Джефф смотрел на написанное и чувствовал, как у него дрожат руки.

Макс это заметил, и в его голосе прозвучала тревога.

— Что такое?

— Мне нужно идти, — сказал Джефф едва слышным шепотом. С трудом сглотнув, он объяснил: — Что-то случилось. Мне нужно ее повидать. Прямо сейчас.

Глава 19

Кэлен добралась до Боргольда к полудню. Колонна остановилась в полумиле от стен стедгольда, на холме, нависшем над долиной, в зеленой чаше которой расположились строения стедгольда. Дрейк отмел все возражения капитана-рыцаря и первого копейщика и осторожно спустился в опустевший стедгольд, чтобы поискать там потенциального врага. Вскоре он вернулся, задумчиво хмурясь, и колонна двинулась в сторону ворот, ведущих в Боргольд.

С тех пор как Кэлен видела его в первый раз, это место сильно изменилось в лучшую сторону. Прежде, когда стедгольд находился во владении Синнера, работорговца и убийцы, здесь стояли обветшалые строения, окружавшие одинокое каменное убежище от непогоды, предназначенное для жителей стедгольда и животных. Пол убедил новых гольдеров перебраться в эти богатые и невероятно красивые места. Один из них нашел на земле Пола серебряную жилу, и Полу не только удалось расплатиться с огромными долгами отца, у него осталось достаточно, чтобы хватило до конца жизни.

Однако он не стал копить деньги, он тратил их на своих гольдеров и собственный дом. Новая стена, толстая и надежная, как в Индерфорде, теперь окружала строения стедгольда, возведенные из хорошего камня, включая большой сарай для скота — здесь помещались даже четыре геардоса, которых Пол купил для тяжелой работы, необходимой для процветания его стедгольда. За прошедшие годы он превратился из полуразрушенного, заросшего сорняками скопления жалких хижин, в которых жили никчемные людишки и несчастные рабы, в богатый и прекрасный дом больше чем для сотни людей.

Тем более странным и пугающим он выглядел сейчас. За стенами и на ближайших полях не кипела жизнь, над трубами не поднимался дым, животные не бродили в загонах и на пастбищах неподалеку от стедгольда, дети не бегали и не играли во дворах. Даже птицы не пели. Вдалеке, к западу от поселения, высилась, словно угрожая всем, кто на нее смотрел, величественная гора Гард.

Повсюду царила тишина, неподвижная и глубокая, точно в подземном море.

Почти все двери были распахнуты и раскачивались на ветру. Ворота в загон для скота и двери в каменный сарай тоже были открыты.

— Капитан, — тихо позвал Дрейк.

Капитан Онис, седой ветеран легионов и невероятно могущественный рыцарь земли, выехал из колонны рыцарей, сопровождавших их в Боргольд. Онис, старший офицер отряда рыцарей под командованием графа Вестланда, был среднего роста, но с такой толстой шеей, что она могла бы сравниться с талией Кэлен, а его мускулы и без помощи магии поражали своей силой. Он был одет в черную матовую кольчугу легионера, суровое лицо пересекал длинный шрам, который шел через всю щеку и приподнимал уголок рта в постоянной мрачной ухмылке.

— Сэр, — сказал Онис, у него оказался на удивление звонкий тенор с четкими и одновременно мягкими интонациями, присущими человеку, получившему великолепное образование.

— Доложите обстановку, пожалуйста.

Онис кивнул.

— Слушаюсь, милорд. Мои воздушные рыцари облетели всю долину и не нашли там никого — ни гольдеров, ни вообще каких-либо живых существ. Я приказал им построиться в форме прямоугольника и занять наблюдательный пост в миле от стедгольда на случай, если кто-нибудь еще захочет приблизиться к стедгольду. И соблюдать максимальную осторожность.

— Спасибо. Джерами?

— Милорд, — отозвался первый копейщик, вышел вперед из строя пехотинцев и с силой стукнул кулаком по нагрудной пластине, салютуя своему командиру.

— Установи стражу на стенах и договорись с капитаном Онисом о том, как организовать оборону этого места. Мне нужно, чтобы двадцать человек разбились на отряды по четыре и обыскали все комнаты во всех строениях стедгольда, чтобы убедиться, что они пусты. После этого соберите все продукты, которые сможете отыскать, и составьте их перечень.

— Все понял, милорд.

Джерами кивнул и снова отсалютовал Дрейку, затем развернулся, вытащил из-за пояса дубинку и принялся выкрикивать приказы своим людям.

Онис повернулся к своим подчиненным, его голос звучал тише, чем голос Джерами, но в нем была такая же уверенность и решимость.

Кэлен стояла в стороне, задумчиво наблюдая за Дрейком. Когда она с ним познакомилась, он был стедгольдером — даже не полным гражданином. Но и тогда он обладал внутренней силой, требовавшей от остальных послушания и верности. Он всегда отличался решительностью, был справедливым и сильным человеком. Но она никогда не видела его в собственной стихии, в новой роли графа Вестланда, командующего офицерами и солдатами легионов Астелии со спокойной уверенностью, опытом и знанием своего дела. Ей было известно, что он, естественно, служил в легионах, поскольку все мужчины Астелии должны отслужить по крайней мере один срок — от двух до четырех лет.