Загадай желание - Бэггот Мэнди - Страница 17

– Это здорово, правда. – Анна вздохнула, вспомнив разговор с Нитой на ярмарке. – Так ты собираешься поговорить с Павиндером? Чтобы развеять свои опасения насчет этой женщины, Джессики? Я имею в виду, что, если ты предельно честно расскажешь ему о своих чувствах, он тут же все объяснит, и, возможно, вы оба увидите ситуацию с другой стороны.

– Богини собственной судьбы сами пишут собственную историю, – отрезала Нита.

– Я понимаю, – сказала Анна. – И я только за, но ты же не хочешь сказать, что собираешься вычеркнуть Павиндера из всех глав?

Или она это и имела в виду?

– Смотря как повернется его история.

– Но ты не узнаешь, пока не поговоришь с ним.

– Именно, – заключила Нита. – И я не готова это узнавать. И готова говорить об этом, только делая вид, что мы обсуждаем чью-то книгу. Поэтому позволь мне сосредоточиться на том, что в твоем доме мужчина, и это не Эд и не электрик.

– Хорошо, – согласилась Анна. – Оставим пока эту тему. Но, Нита, я всегда рядом, помнишь? Что бы ни случилось.

– Проверь его телефон, – сказала Нита, меняя тему разговора.

– Что? Зачем?

– Потому что, заглянув в чужой телефон, ты легко выяснишь все, что тебе нужно. Даже сильно глубоко копать не придется, знаешь ли.

И Анна действительно знала. Потому что именно так она узнала об изменах Эда, и для этого ей даже не пришлось тайком разблокировать его телефон. Сообщение тогда просто нагло выскочило на экране, не заботясь о том, кто может его увидеть. Слава богу, это была не Рути…

– Если последний его запрос в поисковике был не про игру «Вордли», то, возможно, он и не человек, – продолжила Нита.

– Я не собираюсь лезть к нему в телефон, – ответила Анна. – Он у меня дома только потому, что пострадал. Как только он проснется, я вызову ему такси и больше никогда его не увижу.

– Для разблокировки по лицу нужно только, чтобы он быстро моргнул. Павиндер даже не проснулся, когда я так делала.

– Мне уже пора, – сказала Анна, поднимаясь со стула.

– Тогда позвони мне после того, как он сядет в такси, просто чтобы я была спокойна, что он не оказался каким-нибудь чокнутым вроде тех из леса в «Шершнях»[26]. И, наверное, не оставляй его рядом с кроликом.

Анна сбросила звонок, прежде чем Нита смогла зайти дальше в своих безумных предположениях. Она положила телефон на стол и тогда увидела его. Рюкзак Сэма. Он стоял на полу возле холодильника. Анна покачала головой. Нет, она не позволит сумасшедшей подруге залезть к ней в голову. Она не трогает личные вещи других людей, особенно тех, которые спасли ее ребенка от хулиганов, а потом посмотрели целый сезон марвеловского спин-оффа. Она погасила свет на кухне и уже собиралась направиться в гостиную, чтобы глянуть, не проснулись ли Рути с гостем. И совсем не заметила, что молния на рюкзаке Сэма была приоткрыта…

Глава 15

Сэм услышал голоса.

– Что рифмуется со словом «рис»?

– Ирис.

– Слишком просто. Нужно что-то другое.

– Прокис.

– Фу, нет, Рути.

– А если «крыс»? Ты бы оценил, Чизкейк, да?

Кот в ответ мяукнул так, будто его до глубины души оскорбили, не предложив что-нибудь получше. Сэм окончательно пришел в себя.

– Мне кажется, в «Ричмондском вестнике» что-то писали о нашествии грызунов в местном кафе. Но знаешь, думаю, их стоит пустить в ход, когда наступит год Крысы. Или сейчас год Крысы? Я могла бы это как-то приплести.

Ему это не снилось. Он врезался в машину. Вернее, машина врезалась в него. И он находился в Англии. В Лондоне. Боже, как же ему паршиво. Он потер лицо рукой. Кожа на ощупь была такой, словно у него на лице уже появилась недельная щетина. А сколько он вообще проспал в этом кресле?

– Сэм проснулся! Привет, Сэм!

Сколько времени? Какой сегодня день? Почему на этой девочке брюки с мишурой и футболка с изображением… это кто? Владелец «Вирджин Атлантик»?[27]

– Привет… Рути. – Он выпрямился в кресле, все его мышцы и кости тихо застонали.

– Я собираюсь отбивать чечетку. Я репетирую для рождественского выступления. Догадаешься, кто я?

Она покружилась на месте, а затем встала, уперев руки в бока. Сэм не имел ни малейшего понятия. Он покачал головой.

– Тебе придется рассказать мне.

– Я Мария! Ну, знаешь, мать Иисуса. – Рути взялась за край футболки и немного натянула ее. – Мы сделали альтернативные костюмы. Это Ричард Брэнсон. Он владелец…

– Может быть, Сэм хотел бы выпить кофе, прежде чем ты продолжишь. – Анна вошла в комнату с кружкой в крупный горошек в руках. На ней были джинсы и ярко-красный свитер, который делал ее глаза еще выразительнее.

«Сэм Джекман, да ты краснеешь?»

– Ого, спасибо, но если я все это выпью, то не буду спать всю ночь, – сказал Сэм.

Анна нахмурилась.

– Вам понадобится… больше двенадцати часов, чтобы вывести кофеин из организма?

Сэм почувствовал сильный удар сердца.

– А сколько времени?

– Восемь часов, глупенький. Сейчас утро. Воскресенье, – объявила Рути, делая «кик бол чендж»[28].

Он мгновенно вскочил, как будто собрался убегать, натворив что-то плохое. Он пробыл здесь всю ночь? Уже утро.

– Мне нужно идти. – Он оглядел комнату в поисках рюкзака и пальто. Затем он посмотрел на себя. На нем была кофта в черно-синюю полоску с длинными рукавами, которую Анна дала ему вчера. Он должен ее снять? Или оставить, постирать и вернуть позже?

– Выпейте кофе, – предложила Анна опять, протягивая ему кружку.

Кофе и впрямь вкусно пах. В животе, конечно же, было пусто, хот-дог уже давно переварился. Он ел здесь вчера? Он смутно припоминал пиццу.

– Я просто… не хочу отнимать у вас еще больше времени, – сказал Сэм.

– Мама не против, – сказала Рути. – Особенно если вы подберете ей рифму к слову «рис».

Сэм взял кружку, а Анна села обратно за ноутбук. В углу гостиной стоял небольшой письменный стол, наполовину скрытый за гигантской рождественской елью. На столе лежали блокноты, ручки, маркеры, стикеры, стояла фотография Рути – по крайней мере, Сэм подумал, что это Рути, – в костюме Человека-паука. Там был беспорядок, но в хорошем смысле этого слова. Такой беспорядок говорит о том, что здесь кипит работа и все эти вещи для нее пригодятся.

Он остался стоять и сделал глоток горячего черного напитка. Без молока. Откуда она узнала? Он вчера говорил ей об этом?

– «На бис»? – предложил Сэм.

Анна повернулась на стуле. На носу у нее были очки в толстой черной оправе. Он считал, что в таких очках женщины выглядят еще сексуальнее.

– Нет, – сказала Анна. – Но можно попробовать сделать что-то со словом «улыбнись».

– Я покормлю Чизкейка, – сказала Рути. – Ничего, если я дам ему еще тунца, пока у нас нет кошачьей еды?

– Черт, – произнесла Анна. – Я забыла, что не купила ему еды. Да, Рути, можно тунец. Аккуратнее с консервной банкой и…

– Я знаю! И я надену перчатки.

Рути вышла из комнаты, не прекращая отбивать чечетку, а Сэм шагнул в сторону стола.

– Над чем вы работаете?

– О, – отозвалась Анна, стуча по клавиатуре. – Чрезвычайно секретное правительственное задание. Как устроить вечеринку в резиденции премьер-министра и остаться безнаказанным.

– Поня-ятно.

– Шучу. Кто бы взялся за такую работу? Нет, мне поручено реструктурировать три кафе и пересмотреть стратегию их развития. Но они теперь все в одном месте, и никто толком не понимает, хотят ли они продолжать работать отдельно или нужно их все объединить. И я сейчас пытаюсь придумать разные варианты на оба случая, чтобы перестраховаться, пока жду окончательный ответ от владельца.

– И вы руководите всеми этими процессами отсюда? – спросил Сэм.

Анна повернулась к нему лицом.

– Вы хотите сказать, что этот стол из «Икеи» и этот стул, втиснутый между елкой и дверным проемом, не создают впечатление, что я глава корпорации?