Система: эксперимент - Тони Сия - Страница 32

– Все мутанты обладают способностями? – поинтересовалась я, чтобы сменить тему разговора.

– Да, но мы все разные. Мутантов мало, мы ведь просто ошибки Системы, а она редко дает сбой.

– Ты считаешь свой дар ошибкой? – удивилась я.

– А разве это не так? Общество видит в нас лишь усовершенствованную модель андроида.

– И ты согласен с этим?

– Конечно, нет. Именно поэтому я и хочу стать лучшим, чтобы в будущем получить привилегии при назначении на следующую должность. Если я сумею доказать свою работоспособность и предприимчивость, я верю, что больше никто не посмеет взглянуть на меня с презрением.

– Значит, мне нужно регулярно впечатлять зрителей, чтобы ты чаще мелькал на экране, верно? – дружелюбно поинтересовалась я.

– Буду крайне признателен.

Вспомнив Касиума, я улыбнулась.

– Могу я тебя кое о чем попросить?

– О чем угодно. Ну, в рамках основных правил проекта, сама понимаешь. – Он закатил глаза.

– Хочу обнять тебя, – я постаралась придать голосу мягкости, которую при общении с Лиром тщательно избегала.

Сейчас я видела в нем лишь мальчика, сделавшего все, чтобы защитить маму. Пусть я и была частью плана, его доверие и поддержка были нужны мне как воздух. Мне хотелось поддержать его, показать, что я точно не считаю его усовершенствованной моделью андроида.

Он наклонился ко мне, и я обвила руками его шею. Сильные руки притянули меня к себе, ответив на объятия.

– А ты мог бы за меня отомстить? – не в состоянии выкинуть из головы вчерашний инцидент, спросила я.

– Что мне нужно делать? – покорно спросил он.

– А ты уже готов? – Я рассмеялась, отстраняясь.

Мы вернулись к тренировке, и Лир показал несколько полезных приемов. Он был уверен: даже будучи слабым, можно нанести противнику урон. Благодаря Лиру я узнала, что большими пальцами можно выдавить глаза, а сильно хлопнув по ушам – оглушить противника. Не знаю, смогу ли я применить эти знания на практике, но, так или иначе, они придали мне уверенности.

Глава 24

Следующие два дня мы продолжали тренироваться. Мимоходом обсуждали возможные варианты развития событий и тактику решения задач на предстоящем испытании. Зои все-таки решила присоединиться к нашим занятиям, и ее смелость не могла меня не радовать. Порой во время спарринга с Лиром я замечала ее кроткие взгляды, говорившие о том, что постепенно она примирялась с присутствием брата в ее жизни. Приятно было видеть, как их отношения становятся лучше, хотя напряжение все еще чувствовалось.

Оставаясь одна, я с грустью вспоминала родных. Лир по просьбе Зои выяснил, что во избежание утечки информации участницам запретили общаться с родными. Он также узнал, что семьям участниц высылают фото и видеоотчеты, которые подтверждают, что с нами все в порядке. Я была рада узнать, что родители за меня спокойны, но чувство вины за то, что я не могла связаться с ними, не покидало.

Вечером накануне дня испытания раздался тихий стук в дверь. В комнату вошел Лир.

– Ты так и не починил сломанный замок, – упрекнула его я.

– Он все равно меня не остановит.

Лир весело пожал плечами и бросился ко мне на кровать. На нем снова был свободный домашний костюм, а вот на мне только атласная сорочка. Уже больше получаса я ворочалась в поисках мысленного покоя и удобной позы для сна.

– Нервничаешь?

– Думаю о родителях, – тяжело вздохнула я, вытягиваясь поверх одеяла.

– Расскажи, – тихо попросил Лир, устраиваясь поудобнее рядом со мной.

Два ночника слабо освещали комнату, придавая беседе интригующую интимность. Мне все еще было непривычно, что такой красивый и харизматичный мужчина мог заявиться ко мне посреди ночи, нарушая любые нормы приличия. Когда Лир оказывался так близко, а его взгляд был прикован ко мне, я будто околдованная хотела к нему прикоснуться… Просто погладить по лицу, плечам, дотронуться до груди… Невольно мой взгляд поспешил к его губам, что тут же смутило меня, заставив отвлечься на что-нибудь другое.

Откашлявшись, я попробовала собрать мысли в кучу.

– Больше всего я волновалась, что не могу рассказать им, что со мной все хорошо. Но теперь переживаю, как буду выглядеть в их глазах. Родители будут смотреть на то, как я флиртую. Это так смущает… – Я закрыла лицо руками. – Все эти прикосновения, взгляды… Как представлю их реакцию! – Я скривилась. – Во время испытаний или свиданий я об этом не думаю, но после, проигрывая в голове все, что происходит за день, я понимаю, что мне повезет, если они просто от меня откажутся! – пошутила я. – У нас, конечно, есть шоу подобного рода, но ваш эксперимент намного… откровеннее. Вся семья будет в шоке, когда в первые же десять минут первой серии я буду постанывать в твоих объятиях. Это все ты виноват!

Я легонько толкнула его.

– Но это всего лишь тактика! – Лир наигранно расстроился.

– Вот им это и объясни. – Я снова закрыла лицо руками. – Пиши записку, Лир… – прошептала я из-под ладоней.

– Помимо нашей невинной сцены, я думаю, в эфир может попасть твое свидание с Максимусом. Если, конечно, там есть на что посмотреть. А я уверен, он что-нибудь да попробовал. – Лир игриво наклонил голову, чтобы быть ко мне чуть ближе. – И невинные прикосновения Касиума, которого многие даже не воспримут всерьез. Ты еще очень невинно ведешь себя. Видела, что творят твои конкурентки? – Он ухмыльнулся. – Не думаю, что тебе достанется много экранного времени.

– Думаешь, мне нужно быть более раскрепощенной? – серьезно спросила я.

На обещаниях и договоренностях я далеко не уеду, когда верумианцы начнут серьезно увлекаться моими соперницами. Да и свое отношение к холостякам мне стоило бы пересмотреть…

– А ты сможешь? – с долей скептицизма спросил он.

– Не знаю. Поведение некоторых участниц иногда меня очень пугает. Будь я мужчиной, я бы и близко таких к себе не подпустила. Они же с первых дней на них виснут, а сами едва их знают!

– Скажем так, – медленно начал Лир. – Твои сильные стороны: искренность, сдержанность и некая загадочность. Если сравнивать тебя с другими землянками, твой подход к холостякам отличается. Ты не пытаешься их соблазнить, а, скорее, действительно пытаешься узнать их. Я бы на месте участника… – Он приподнялся на локтях и осмотрел меня, – точно захотел разгадать тебя.

– Что это значит? – Я прищурилась.

– Ты со всеми ведешь себя одинаково. С неопытным Этьеном, развратным Максимусом и открытым Катаром. Ты во всех стараешься найти что-то хорошее, разглядеть их суть. Поэтому мне так хочется отвлечь тебя, полностью овладеть твоим вниманием и мыслями. Не от великой любви, конечно, а просто из любопытства. Даже сейчас меня раздражает, что я, во всех смыслах такой идеальный, лежу в твоей постели, а ты меня спрашиваешь о других мужчинах. Это задевает. Понимаешь, о чем я?

Я неуверенно кивнула.

– Если это работает именно так, значит, надо дать холостякам понять, что я о них не думаю? – уточнила я.

Лир снова растянулся на постели.

– Думаю, да. Это раздражает, но невольно «цепляет».

– Ты правда считаешь себя идеальным? – Я тихо рассмеялась.

– Конечно, нет. В противном случае ты бы уже в меня влюбилась и отказалась от участия в проекте, – весело ответил он.

– Прости, что расстраиваю тебя, – наигранно извинилась я.

– Я правда ничуть тебя не привлекаю? – спросил Лир, по-детски надув губы, но тут же посерьезнел: – Из-за кое-каких событий в моей жизни я ненамеренно ловлю себя на желании впечатлить тебя, мне хочется убедиться, что я хорош. – Он улыбнулся. – А ты так стойко справляешься с моим вниманием, что я теряю уверенность в себе, – честно объяснил он.

– Наоборот, – я решила быть честной. – Именно из-за того, что твои действия пробуждали во мне то, что не должны были, я и просила тебя прекратить прикасаться ко мне.

– Что? – искренне удивился он. – Значит, ты думала обо мне?

– Я правда должна отвечать? – Смутившись, я обхватила одеяло.