Желтая жена - Джонсон Садека - Страница 10

– Нам нужно поговорить, – шепнул он.

Я вытерла перепачканные желтком руки о край фартука и поднялась с пола. После ссоры в швейной мастерской мы с Эссексом не виделись. И как ни велики были обида и желание продолжать злиться на изменника, я понимала, что по-прежнему люблю его. И все еще хочу быть с ним.

– Нужно отнести яйца на кухню. Тетушка Хоуп ждет.

– Встретимся в конюшне через десять минут, – бросил Эссекс.

Я поставила корзинку на стол и сказала тетушке Хоуп, что пойду в швейную выполнять поручение Лавви – расставить пояс на юбках миссис Дельфины. Кухарка кивнула, не переставая напевать один из своих любимых госпелов[5], и принялась замешивать тесто, в котором собиралась обжарить камбалу на ужин хозяйке. Я подошла к конюшне с задней стороны и едва успела повернуть за угол, как распахнулась боковая дверь и Эссекс втащил меня внутрь. Затем поволок за собой вдоль центрального прохода, нырнул в стойло к жеребцу по кличке Гром и затолкал меня в дальний угол. Мы оказались в надежном убежище, укрытые от посторонних глаз за широким крупом коня.

– Здесь нас точно никто не заметит, – шепнул Эссекс.

Я старалась дышать ртом, чтобы не чувствовать густой запах конского навоза. Эссекс прижался губами к моему уху и заговорил так тихо, что мне пришлось напрягать слух.

– Я обдумываю план побега.

Я опустила руку в карман юбки и достала сложенный вчетверо листок бумаги.

– Что это? – спросил Эссекс.

– Карта. Я стащила ее из атласа мисс Салли.

Я расправила листок и прижала к стене стойла, чтобы изображение было хорошо видно нам обоим.

– Смотри, я отметила дорогу, ведущую на север. Думаю, если передвигаться по ней ночью, а днем прятаться в лесу, можно избежать встречи с теми, кто ловит беглых рабов.

Эссекс взял карту. Его пальцы на миг коснулись моих, знакомая жаркая волна пробежала по телу – так случалось всякий раз, стоило Эссексу оказаться рядом. Я наблюдала, как он сделал углубление в ворохе сена и спрятал туда карту.

– Ты удивительная, Фиби, – прошептал он.

Я всматривалась в темные глаза возлюбленного, ища в них признаки страха.

– Ты совсем не боишься? – спросила я.

– Я давно думал о побеге, с тех самых пор, как узнал, что тебя должны освободить. Будем считать, что мой план начал претворяться в жизнь.

Мне вдруг сделалось холодно: путь к свободе казался таким трудным и долгим, я боялась за Эссекса.

– Это опасно.

– Бежим со мной! – Он схватил меня за руку. – Вдвоем больше шансов. Мы будем отбиваться от врагов спина к спине. А ночью согревать друг друга…

– Но мама…

– У нас все получится!

Я поникла.

– Мама так много сделала для того, чтобы я могла обрести свободу. Мне кажется, она начала думать об этом задолго до моего рождения. Ради нее я обязана остаться и завершить начатое.

– Ты доверяешь обещаниям мастера Джейкоба?

– Да.

Эссекс прикусил губу.

– Послушай, – продолжила я, – нам следует посвятить в наш план тетушку Хоуп. В конце концов, Джаспер был ее сыном и единственным, кто бежал с плантации.

Эссекс согласно кивнул.

– Но мне хотелось бы, чтобы и ты ушла со мной. Фиби, я не представляю жизни без тебя.

Я приложила палец к его губам.

– Нужно набраться терпения. И так все завертелось слишком быстро.

– Ты простила меня? – Эссекс обвил меня руками за талию и так крепко прижал к себе, что стало трудно дышать.

Я понимала: у нас слишком мало времени и нет смысла тратить его на выяснение отношений.

– Пусть прошлое останется в прошлом. А нам нужно двигаться дальше.

– Но без тебя, Фиби, я не уйду.

Я коснулась его щеки ладонью, поцеловала и, вывернувшись из объятий, побежала назад к большому дому.

На следующее утро я спустилась на кухню за завтраком для миссис Дельфины. Тетушка Хоуп как раз поставила тарелки на поднос и накрыла металлическим колпаком. Я подошла вплотную к кухарке и шепнула ей на ухо:

– Эссекс в беде.

– Что за беда? – одними губами произнесла она.

– Очень большая, – сказала я.

Тетушка Хоуп наклонилась и сделала вид, будто роется в корзине под столом, – на случай если хозяйка с ее тонким собачьим нюхом учует неладное и, по своей излюбленной привычке, нагрянет на кухню с внезапной проверкой.

– Встретимся вечером. Приходи, как только она уснет.

В тот вечер я измельчила немного коры магнолии и добавила щепотку в чай миссис Дельфины. Снадобье подействовало: вскоре после ужина глаза у нее начали слипаться, так что, забросив свое обычное чтение – «Альманах Годи для дам»[6], – она отправилась спать. Едва заслышав храп из ее спальни, я на цыпочках спустилась по черной лестнице и выбралась из дома. Некоторое время я настороженно прислушивалась к разным странным шорохам и звукам, стоя в темноте возле кухонного домика, а затем, как было условлено, три раза тихонько стукнула в дверь. Под покровом ночи мы с тетушкой Хоуп направились в конюшню. Я негромко кашлянула. Эссекс открыл боковую дверь.

– Наши свидания стали гораздо чаще: теперь мы встречаемся дважды в день, – улыбнулся он мне, а затем поздоровался с тетушкой Хоуп и взял ее большую теплую руку в свою.

Эссекс провел нас в тот же укромный уголок, где несколькими часами ранее я показывала ему карту и уговаривала бежать с плантации. Втроем мы забились в стойло Грома: даже если бы сейчас кто-нибудь случайно заглянул в конюшню, нас не заметили бы. Тетушка Хоуп уселась на охапку сена, лежавшую возле стены, и вытащила из кармана фартука солидный сверток, который прихватила на кухне. Внутри оказались хлеб и печеная рыба. Кухарка протянула каждому из нас по большому куску угощения, и мы молча принялись за еду. Эссекс жевал, не сводя с меня жадных глаз.

– Ну вот, теперь, когда в животе больше не урчит от голода, можно поговорить. Так что у вас стряслось?

Я набрала в легкие воздух и выложила историю, которую два дня назад услышала от Эссекса. Когда я закончила, он сжал кулаки и сердито засопел, однако тетушка Хоуп не выглядела удивленной.

– Ничего нового, – пожала она плечами, – белые не прочь попользоваться нами, а потом бросить на произвол судьбы расхлебывать их грехи.

– Или избавиться от нас, чтобы скрыть свои неблаговидные поступки, – добавила я.

Эссекс начал мерить шагами тесное стойло.

– Мама говорила тебе, какие травы нужно принимать, чтобы избавиться от ребенка? – спросила тетушка Хоуп.

– Нет. – Я потупилась от неловкости, что так мало интересовалась маминым искусством. – В любом случае миссис Дельфине травы уже не помогут: слишком большой срок.

– И что ты собираешься делать? – Тетушка Хоуп посмотрела на Эссекса.

– Он должен бежать! – выпалила я. – У него есть карта. Я вырвала страницу из книги мисс Салли.

– Тут все решает время, – кивнула кухарка. – Когда ты намерен пуститься в путь?

– Как только появится такая возможность, – буркнул Эссекс.

– Прежде, чем родится ребенок, – вставила я. – Тетушка Хоуп, расскажи нам о Джаспере. Он ведь единственный на плантации Белл, кому удалось бежать.

– А потом его приволокли обратно, как шелудивого пса.

– Мы надеялись, ты сможешь рассказать нам о плане Джаспера. Куда он направлялся? – попыталась я заставить кухарку вспомнить подробности побега ее сына.

– План Джаспера состоял в том, чтобы добраться до Балтимора, найти работу в доках, а затем скопить денег и уехать в Нью-Йорк. – Тетушка Хоуп обернулась ко мне: – Для Эссекса было бы безопаснее иметь отпускную, выданную миссус Дельфиной. Ты можешь написать для него такую бумагу?

– Попытаюсь завтра, когда она уйдет на прогулку, – кивнула я.

– В таком случае решено! А я соберу провизии и дам ему самый острый из моих ножей, – пообещала тетушка Хоуп. – Фиби, ты идешь с ним?

– Мастер Джейкоб сказал, что подпишет бумагу на освобождение, когда мне исполнится восемнадцать. Так он обещал маме.